Восстание
Шрифт:
Удивительнее всего, что именно блестящий образчик доктринерского мышления сила возмездия равна значительности нападения привел к одобрению нашего плана нападения на отель ’’Царь Давид”. 29 июня 1946 года англичане оккупировали помещения, занимаемые Еврейским агентством. Еврейское агентство в то время считалось ’’еврейской штаб-квартирой”. Итак, в полном соответствии с доктриной, мы должны были отомстить англичанам, атаковав их штаб-квартиру, размещавшуюся в отеле ’’Царь Давид”.
Была, по-видимому, еще одна причина. Хагана, которая привыкла к своему удобному ’’полулегальному” положению никогда не предпринимала серьезных усилий по соблюдению правил конспирации. Руководители Еврейского агентства верили, очевидно, в некий воображаемый ’’международный статус” и считали себя неприкосновенными в случае какой-либо полицейской
Речь Шертока, которая подтверждала ответственность Еврейского агентства за акты саботажа, произведенные Хаганой, шла вразрез с заявлениями Давида Бен-Гуриона, сделанными перед членами англо-американской комиссии всего несколько месяцев назад. Отчет этот был не единственным документом, который англичане унесли к себе в отель ’’Царь Давид”. Стремление уничтожить эти документы сквозило в заявлении главы оперативного отдела Хаганы Ицхака Саде, встретившегося с нашим Гидди. Ицхак Саде обратился к Гидди с вопросом, сколько времени он оставляет между закладкой мин в здании и самим взрывом. Гидди предложил 45 минут. Ицхак Саде заявил, что ”45 минут — это слишком много времени в данном случае, англичане могут не только эвакуировать своих людей, но и вывезти все документы в безопасное место”. Ицхак Саде соответственно предложил оставить всего лишь 15 минут англичанам для эвакуации из отеля своих людей. Гидди успокоил его. Несмотря на свою молодость, Гидди обладал гораздо большим практическим опытом, чем начальник оперативного отдела Хаганы. Он ответил, что судя по его прошлому опыту, когда британские власти получают предупреждение, что одно из их зданий должно взлететь на воздух, они покидают здание мгновенно и не теряют время на документы. Гидди предполагал, что 15 минут все-таки недостаточно для эвакуации людей из такого большого отеля как ’’Царь Давид”. Наконец, был достигнут компромисс: полчаса.
Мне придется еще возвратиться к упоминанию об этой встрече между Гидди и Ицхаком Саде. Тем временем я возвращусь к главному документу, связанному с операцией по взрыву южного крыла отеля ”Царь Давид”. 1 июля 1946 года, через два дня после нападения Баркера на Еврейское агентство, мы получили от главнокомандующего Хаганой письмо следующего содержания:
Шалом!
а) Вы должны провести как можно скорее операции ”Чик” и ’’Ваш раб и избавитель”. Сообщите нам точные даты. Предпочтительно одновременно. Не сообщайте названия организации, выполняющей операцию, ни прямо, ни намеком.
б) Мы тоже кое-что готовим; поставим вас в известность в должное время.
в) Тель-Авив и его окрестности должны быть исключены из всех операций. Мы все заинтересованы в защите Тель-Авива как центра ишува и нашей собственной деятельности. Если Тель-Авив будет парализован волной арестов, как прямой результат проведенной операции, наши планы будут также парализованы. Случайно, нервные узлы всех других организаций не сконцентрированы в Тель-Авиве. Итак, Тель-Авив находится ’’вне границ” действия всех еврейских сил”.
С получением этого письма мы начали готовиться к проведению операции ”Чик”. Мы не могли выполнить ее немедленно. Просьба Хаганы, чтобы мы совершили нападение на отель, пришла к нам через несколько недель после того, как они отвергли этот план. Тем временем изменился ряд обстоятельств. В результате мы должны были провести снова все разведывательные операции и пересмотреть ряд важных оперативных деталей. Мы прекрасно сознавали, что диверсия в отеле ’’Царь Давид” будет самой большой из проведенных нами операций и может оказаться единственной в своем роде во всей истории партизанских войн. Совсем не просто проникнуть в самое сердце военного правительства и нанести удар в самой неприступной крепости.
Мы не должны
Творческие способности Гидди были мобилизованы полностью. Невинные на вид жестяные бидоны из-под молока были начинены взрывчатыми веществами огромной мощности. Они были оснащены всем необходимым. Один механизм определял время взрыва — полчаса после закладки бидонов со взрывчаткой в нужное место; второй должен был предотвратить любую попытку их демонтирования.
Мы тщательно продумали время начала операции. Были выдвинуты два предложения: одно на 11 часов утра, а другое между 4 и 5 часами пополудни. Оба предложения были мотивированы одинаково. Бидоны с молоком могли быть доставлены к правительственному крылу здания отеля ’’Царь Давид” только через кафе ’’Ридженс”, расположенное в подвале крыла здания отеля, занимаемого Баркером и Шоу. В эти утренние и полуденные часы кафе было обычно пусто. В обеденное время там было полно посетителей, среди них как штатские, так и военные. Нам представлялось необходимым произвести взрыв в то время, когда в кафе не будет посетителей.
Мы избрали более ранний час — 11 часов утра — потому, что в это время нам было легче координировать наше нападение с операцией, планируемой ЛЕХИ, — взрыв здания братьев Давид. Было очевидно, что эти операции должны были быть выполнены одновременно: в противном случае каждый лишь помешал бы другому.
Далее мы рассмотрели вопрос, как предупредить людей, чтобы избежать жертв. Прежде всего, чтобы отвести случайных прохожих от здания, мы решили взорвать небольшую бомбу, шумную, но безвредную. Затем мы тщательно отобрали три учреждения, куда должны позвонить, предупреждая о взрыве. Телефонное предупреждение мы собирались сделать тогда, когда наши люди будут уже далеко от подвала отеля. Этими тремя учреждениями были: администрация отеля ’’Царь Давид”, редакция газеты ”Палестайн Пост” и французское консульство, здание которого находилось рядом с отелем. Наконец, мы собирались прикрепить к жестяным бидонам из-под молока, начиненным взрывчаткой, плакатики, гласившие: ’’Мины. Не трогать.” на случай, если британские саперы предпримут попытку демонтировать бидоны после нашего телефонного предупреждения.
Операция ”Чик” была проведена в точности через три недели после того, как мы получили инструкции Хаганы, дававшие зеленую улицу нашей операции. За этот период состоялось несколько встреч между представителями Иргун Цваи Леуми и лидерами движения сопротивления. Один раз группа Штерна попросила отложить выполнение нашей операции, ибо они еще не были готовы к своей. Дважды или трижды мы откладывали выполнение намеченного плана по просьбе командования Хаганы. Эти отсрочки были очень опасны. С каждым разом число людей, которым было известно о намеченной операции, росло. Таким образом, каждая новая отсрочка представляла собой опасность не только для самой операции, но и для ее участников. Мы, соответственно, не раз энергично протестовали против этих отсрочек, но сдавались по необходимости. 19 июля я получил записку от Моше Сне:
’’Шалом!
Мои товарищи сообщили мне о последнем разговоре с вами. Я обращаюсь к вам лично и самым серьезным образом призываю отложить проведение намеченной операции еще на несколько дней”.
Мы решили удовлетворить эту просьбу и назначили день 22 июля как окончательную дату. Однако ЛЕХИ снова оказалась неподготовленной к выполнению своей операции; в самый последний момент было решено, что будет проведена только операция по взрыву отеля ’’Царь Давид”. Из-за консультации и совещаний, оказавшихся вдруг срочно необходимыми в последнюю минуту, время взрыва было отложено на один час — в 12 часов вместо 11.