Восстание девяти
Шрифт:
Остальные вертолеты, широко рассредоточившись в небе, заходят на нас с разных сторон. Столбы взрывов окружают нас. Один вертолет пролетает прямо над головой, и я скатываюсь с крыши, уходя от его огня.
Изо всех сил стремлюсь я очистить свое сознание. Это трудно сделать, но я уже достаточно приобрел необходимых навыков, чтобы создать в своей голове условия для общения. Я делаю несколько глубоких вдохов и успокаиваю свой разум.
— Номер Десять? Где вы находитесь? Нас атакуют.
— Я слышу, — как говорит она. — Мы идем. — В ее мыслях чувствуется невозмутимость при нашем критическом положении. Хорошо, что можно слышать их и чувствовать, зная, что другие спешат тебе на помощь.
Я обегаю вокруг машины и вижу,
— Десятая и остальные уже почти здесь! — кричу я Девятому в водительское окно. В следующее мгновение орудийная башня, которая, как я знаю, находится на капоте машины, взрывается, посылая над моей головой осколки горячего металла. Я скатываются с крыши автомобиля, так как и ее раскроили пополам новым градом пуль.
Девятый выскакивает из машины и хватает две винтовки, которые я поставил в песок у его двери.
— Похоже, мы дорвались до настоящей войны. Я ждал этого всю свою жизнь.
Вертолеты летят назад и становятся в линию над дальними автомобилями, образуя единый фронт. Девятый поднимает свою ладонь, и ведущий черный грузовик внезапно взмывает в воздух как космический челнок. Девятый переворачивает руку, и машина падает обратно вниз. Можно слышать, как кричат люди недалеко от того места, где мы находимся. Машина зависает в воздухе прямо перед самым ударом о землю, а затем грузно ложится вниз. Мы следим за мужчинами, которые выбираются из-под машины на дрожащих ногах, не зная куда деваться. На звук удара Берни Косар, по-прежнему в форме ястреба, пикирует, опускаясь на дорогу за покореженным автомобилем, и превращается в зверя. Замыкающие грузовики сворачивают в сторону пустыни, чтобы избежать встречи с ним, другие бестолково мечутся вокруг. Берни Косар ревет.
Девятый бросается на заднее сиденье автомобиля и выбрасывает в песок наши Ларцы. Открыв свой, он вытаскивает цепочку зеленых камней и серебряный посох, и, возвращаясь к битве, кричит мне:
— Ты ждешь остальных. Берни Косар и я скоро вернемся!
Я кричу ему в след:
— Смотри, не веселись слишком долго! И убедись, что не взорвал вход на военную базу!
Передо мной маячит вертолет, чутьем я уловил момент, когда надо отскочить в сторону, но в то же самое время, что-то обожгло мою левую ногу. Я падаю вниз головой в песок, ослепленный болью. Это ощущение мне слишком хорошо знакомо, и я катаюсь по земле, крича во все горло. Я знаю, что это значит. Жгучий шрам у меня на ноге. Другой член Гвардии мертв.
Все меркнет перед глазами. Мысль, что еще один из нас умирает, захватывает меня целиком, я настолько парализован горем, так глубоко ощущаю потерю, как будто зарываюсь в песок. На одного солдата меньше, чтобы возвратить Лориен, одним солдатом меньше, чтобы сражаться, чтобы спасти Землю и все живое на ней. Две ракеты врезаются в нашу машину, разрывая ее на куски.
Пули свинцовым дождем льют на меня, и, как раз вовремя мой браслет расширяется, превращаясь в щит. Слабое утешение, что мое Наследие настраивается на опасности, с которыми мне приходится сталкиваться — хотя я не знаю, почему оно не защитило меня от первого огневого штурма. Пули ложатся тесно и стрельба не прекращается. Когда мне, наконец, удалось увидеть новый шрам вокруг своей лодыжки, я был шокирован, увидев вместо шрама два зияющих пулевых отверстия. Я не знаю, возможно ли быть более счастливым, узнав, что ты ранен и рана кровоточит. Я настолько рад, что это не еще один шрам, что я даже не замечаю, что руки мои в крови. Когда удалось остановить кровотечение, я заметил, что в пустыне повисла странная тишина. Мой щит вновь становится браслетом.
Я перевернулся и посмотрел вверх. Надо мной стоят три подростка. Высокий смуглый мальчик с
— Рад видеть тебя снова, номер Четыре. Я — Восьмой.
Прежде чем я успеваю что-либо ответить, он исчезает.
Одна из девушек низкого роста, с золотисто-каштановыми волосами и тонкими чертами лица. Она выглядит не старше двенадцати лет, и я знаю, что это должно быть Номер Десять, Гвардеец со второго корабля. Она опускает Ларец и преклоняет колени передо мной. Другой член Гвардии, высокая девушка с длинными до плеч каштановыми волосами, устанавливает свой Ларец рядом с первым и, не говоря ни слова, опускается на колени рядом со мной, она кладет обе руки на мои раны. Сильный холод охватывает меня, и тело мое конвульсивно дергается на жарком песке пустыни. Я чуть не упал в обморок от боли, когда она вдруг пропала. Я смотрю на свою лодыжку и вижу, что раны мои полностью зажили. Это поразительно. Девушка стоит, предлагает мне руку и помогает стать на ноги.
— Чертовски хорошее наследие ты получила, — все, что я смог сказать.
— Джон Смит. — Широко раскрытыми глазами она смотрит на меня с благоговением, как на знаменитость. — После всего этого времени, я не могу поверить, что ты стоишь здесь передо мной.
Я собрался было ей ответить, но из-за ее плеча я увидал ракеты, летящие в нашу сторону. Я толкаю девчонок на землю, падаю на них сверху, и дюны позади нас извергаются, словно вулкан, вздымая тучу песка высоко над нашими головами. Когда песок оседает, рядом с нами появляется Восьмой.
— У вас все в порядке? Все готовы драться? — говорит он.
— Да, мы в порядке, — говорит высокая девушка, кивая на мою ногу. Десятая сказала, что она была с Седьмой и Восьмым, так что это должно быть Номер Семь. Прежде, чем я успеваю должным образом представиться, Восьмой исчезает во второй раз.
— Он может телепортироваться, — говорит Десятая, улыбаясь моему удивлению. Мне трудно поверить, что, в конце концов, многие из нас вместе. Я улыбаюсь ей в ответ.
Вдалеке, я вновь вижу Восьмого, воюющего вместе с Девятым и Берни Косаром. Они разрушают каждый приближающийся грузовик; переворачивают и приводят в негодность тяжелую военную технику, как дешевые пластмассовые игрушки. Красный посох Девятого вскрывает днище низко летящего вертолета. Восьмой телепортируется возле черного Хаммера и переворачивает его руками. Два вертолета колыхнулись навстречу друг другу и сталкиваются в один огненный шар.
Новое чувство неотложности скорейшего нахождения Шестой нападает на меня.
— Так значит вы Седьмая и Десятая; какие у вас способности? — говорю я, когда нахожу наши пушки на песке и даю каждой по одной.
— Ты можешь звать меня Марина, — говорит девушка с коричневыми волосами. — Я могу дышать под водой, видеть в темноте и лечить ранения. И у меня есть телекинез.
— Зови меня Элла, — слышу я голос Десятой в своей голове. — Кроме телепатии я могу менять свой возраст.
— Взаимно. Я Четвертый. Раздолбай с длинными темными волосами — это Девятый. А тот зверь — это моя химера, Берни Косар.
— У тебя есть Химера? — Спросила Элла.
— Я не знаю, что бы я без него делал, — говорю я. Остатки бригады наконец разделяются и дюжина машин соскакивает с дороги и едет к нам троим. Небольшой шлейф дыма показывается наверху одной из машин, и я с помощью телекинеза отправляю только приготовившуюся ракету куда-то в песочные дюны. Другие авто и внедорожники начинают прибавлять скорость.
Я начинаю подбирать части от разрушенной машины Девятого и кидать их в приближающуюся бригаду. Я запускаю в них шины, двери и даже покореженные сидения. Марина делает то же самое, и у нас получается остановить три или четыре машины. Но до сих пор остается больше половины дюжины или даже больше машин, с которыми нужно справиться.