Воссоединение

Боган Эливан

— Бери, конечно, а мы завтра, по дороге домой, ещё насобираем.

Старик недовольно хмыкнул:

— То-то вы сразу за стол уселись! Проголодались наверное? Запасов у меня не много, но накормить вас я смогу. Давно, очень давно не бывало у меня гостей.

Он резво вскочил со скрипучего стула, прихватил оба мешка и скрылся за маленькой светлой дверью, видимо, ведущей на кухню: через некоторое время они услышали грохот посуды, потрескивание огня и, наконец, оттуда потянуло чем-то очень аппетитным. Друзья долго молчали, прислушиваясь к доносящимся звукам и наблюдали, как на столе медленно сгорают свечи. В их тёплом розоватом

свете, дом в самой чаще леса казался ещё таинственнее: в гостиной пахло неизвестными душистыми травами, под потолком, отбрасывая косую длинную тень, притаившись, сидел чёрный паук, он словно присматривался к нежданным гостям. Казалось, что здесь давно уже никто не живёт, а хозяин только что вернулся, не успев толком прибрать и заново обжить свой дом.

— Может быть, убежим, пока не поздно? — наконец прошептал Флимти, испуганно оглядывая старый дом, — Не доверяю я этому злобному старику, кто знает, что у него на уме?

— Нечего бояться, — коротко и тихо ответила Венсалор, — В этом доме очень уютно…

— Уютно?! — с недоумением спросил Фобди, — Ты только посмотри: везде пыль, паутина, вся мебель вот-вот развалится, — он надавил грудью на стол: тот жалобно заскрипел и закачался, — Не уверен, выдержит ли он, когда старик поставит на него пару тарелок.

— Значит, вам здесь не нравится? Так и быть, уйдём пока не поздно, а тому кто нас приютил, достанется замечательный ужин! — предложила Венсалор, оглядывая проголодавшихся друзей.

— Нет уж! — вскричал Флимти, и тут же понизил голос, — От ужина я отказаться не смогу… и всё же, очень странный этот старик, вы видели его одежду?

— Какие-то обноски…, - хмыкнул Фобди.

— Приглядитесь получше: она очень богато украшена, только такая старая, что с первого раза и не поймёшь, кто он на самом деле, — заметил Флимти.

Немного погодя из кухни раздался громкий повелительный голос:

— Идите сюда, скорее, мне нужна помощь!

Флимти вжал голову в плечи, но Фобди встав из-за стола, потащил его за собой:

— Нечего бояться, поможем, раз просит!

Когда он вытянул Флимти из-за стола, дверь кухни настежь распахнулась и перед ними возник хозяин дома с полными тарелками дымящейся еды: они не видели, что там, но запахи заставили их позабыть обо всём. Каждый взял по тарелке и быстро поставил на стол. А потом, не дожидаясь указаний старика, друзья осторожно зашли на кухню и принесли всё, что он успел приготовить. И, вскоре, перед Венсалор возвышались аппетитные горки с горячими пирогами, грибной суп и жареное мясо: видимо старик незадолго до появления незваных гостей ходил на охоту.

Они принялись за кушанья, запивая сладковатым бодрящим отваром из трав и ягод, громко стуча ложками по глубоким тарелкам, и не сразу заметили, что старик не притрагивается к еде и только наблюдает за ними.

— Что же ты сам не ешь? — поинтересовалась Венсалор откусывая пирог с ягодами, собранными ею в лесу. Всё, что готовили в королевском дворце, не шло ни в какое сравнение с этим пирогом, будто бы ничего вкуснее она никогда не ела. Хозяин дома тихонько усмехнулся и нахмурился:

— Ешьте, угощайтесь. Я не голоден.

Флимти и Фобди и вовсе не слушали, о чём говорит Венсалор, они были до крайности заняты поглощением позднего ужина.

— Как же зовут тебя? — тихо спросила Венсалор, протягивая руку к ещё одному пирогу.

— Моё имя знать совсем не обязательно, я и сам стал его забывать.

Тех, кто произносил его много лет назад, уже нет…

— А нам, в таком случае как называть тебя? — растерянно пробормотала она, рассматривая старика. Он больше не казался ни суровым ни страшным: теперь на его усталом, морщинистом лице Венсалор разглядела благородные утончённые черты, высокий лоб, большие внимательные глаза, потерявшие цвет. Девушка вспомнила слова Флимти и пригляделась к одежде безымянного старца. Она была такой старой, что поначалу, казалась нищенскими обносками, но на ней не было потёртостей или дыр. Одежда была действительно дорогой и расшита серебром. Только так уже давно никто не одевался. Дочь короля видела такие наряды на знатных людях древности, в старых летописях, хранящихся во дворцовой библиотеке.

— Кто же дал тебе имя — Венсалор? — спросил незнакомец прищуриваясь и потирая сухие морщинистые руки, — И сколько тебе лет?

— Мне исполнилось двадцать лет, двадцать третьего мая. А имя мне дала мать.

Старик быстро закачал головой, что-то говоря, но так тихо, что слов было не разобрать. Потом посмотрел на Венсалор: от этого пронизывающего взгляда, дочь короля замерла, она не могла даже пошевелиться. Старик будто бы читал её мысли и видел что-то такое, чего сама Венсалор не могла понять. Не в силах отвернуться, она словно утонула в этом взгляде. Ей казалось, что свечи погасли, наступила полная тишина, и, теперь, она видела только лицо старика, и светящиеся изнутри глаза.

— Двадцать лет… — прошептал он наконец, и перевёл взгляд, на громко чавкающих Флимти и Фобди. Венсалор положила пирог обратно на тарелку.

— Спасибо за ужин, — довольно сказал Фобди, вставая из-за стола, и поглаживая округлый живот. Флимти тоже пролепетал слова благодарности, понятные только ему одному.

— Ну, что ж, теперь гости сыты, пора спать, — поднимаясь, громко произнёс старик, пропадая уже за другой дверью, ведущей в длинный коридор.

— Вот уж правда загадочный старик! — воскликнула Венсалор, вставая из-за стола и собирая пустые тарелки. Флимти тут же вскочил и принялся ей помогать. Фобди нечаянно задел локтем ложку, она со звоном ударилась об пол. Спустя мгновение в двери показался хозяин и недовольно буркнул:

— Я сам здесь приберусь, а вы ступайте спать, пока всю посуду мне не перебили!

От неожиданного появления старика, Флимти всё же выронил пару тарелок, и те разбились на мелкие кусочки. От страха, Флимти спрятался за Венсалор.

— Отправляйтесь спать! — устало и раздражённо приказал старик, — Ваши кровати в самой дальней комнате, а там сами разберётесь.

Стараясь не задеть старика, Флимти и Фобди быстро проскользнули в тёмный коридор. Венсалор ещё раз поблагодарила хозяина дома и пожелала ему спокойной ночи, а он пробубнил что-то неразборчивое и с грохотом захлопнул дверь.

Девушка прошла по коридору и в самом конце свернула налево, попав в комнату с тремя расстеленными кроватями. Она выбрала ту, что стояла у окна, закрытого плотной, пахнущей пылью занавеской. И, как только голова коснулась подушки, она сразу же уснула, а Флимти и Фобди, чьи кровати стояли совсем близко друг к другу, прислушивались ко всем звукам, доносящимся из гостиной. Друзья попытались окликнуть её, чтобы обсудить сытный ужин, но Венсалор не отвечала. Флимти приблизился к ней и видя, что девушка спит, прошептал: