Воссоединение
Шрифт:
– Будет лучше сэр, если в Основную ветвь отправится тот, кто уже имел с ними дело и знает обо всем.
– Кого вы имеете в виду?
– Доблестного генерала Хауэра, сэр.
– Вы согласны?
– Конечно, сэр.
«Это все же лучше, чем оказаться в лапах КЕК», – подумал Эндрю, не зная, что его кандидатура была обговорена заранее и настоял на ней именно Силаев, чтобы его родственник действительно не стал жертвой комитетчиков.
– Хорошо…
Пока шел ремонт, представители двух ветвей человечества утрясли последние формальности, а Хауэр – свои семейные дела. Через неделю можно
Генерал Хауэр за мужество и блестящее руководство кораблем и эскадрой после гибели комсостава был произведен в контр-адмиралы, став равным по званию своему дальнему родственнику Силаеву.
Винсент же, отдав Хауэру на один час взятый им под командование крейсер, попросил временного командира по древней традиции сочетать его браком с Шарлоттой Кассель. После чего продлил этот час до того времени, пока тройка кораблей не вошла в пределы Новоземной Федерации, устроив себе, таким образом, своеобразный медовый месяц, который он провел со своей женой, почти не выходя из каюты.
Адмирал Хауэр был не против.
Но это счастливое время, когда он почти обо всем забыл, пролетело быстро, и снова пришлось подниматься на мостик и выполнять свои обязанности. Только теперь он не задерживался дольше обычного, что с ним бывало раньше, и даже наоборот, хотел, чтобы время его вахты заканчивалось как можно быстрее. Ему не терпелось снова оказаться с Шарлоттой.
87
Корабли уже вошли в столичную систему Ластбардер, и Винсент, что называется, догуливал последние свободные часы перед долгими рапортами и докладами.
– О боги, что это?! – воскликнула Шарлотта, стоявшая у иллюминатора.
Винсент подошел и лишь тяжело вздохнул:
– Война…
Крейсер, шедший к планете, быстро обгонял едва плетущиеся подбитые корабли различного класса. Их были десятки, многие десятки, может даже больше сотни. И все они были со следами жутких взрывов, шрамов от лазеров, с вырванными надстройками. Некоторые суда вообще тащили буксиры, поскольку у них не было то двигательных отсеков, то носовых частей. Вся эта масса искореженной стали, которая когда-то была боевыми кораблями, производила неизгладимое впечатление. Даже для много повидавшего Винсента Силаева такое большое количество битых кораблей было в новинку.
Кроме того, среди этого каравана погибших кораблей, вместе с которыми погибли десятки тысяч членов экипажа, он заметил и корабли Альянса, которые тоже тащили на буксирах в печи для переплавки.
– Это ужасно! Что же произошло?
– Хотел бы и я это знать…
– Командир, прошу вас немедленно прибыть на капитанский мостик.
– Уже иду.
Адмирал быстро оделся и выбежал из каюты.
– Что произошло?
– На границе чужие метки, сэр. Радар пишет «противник». Они приближаются к планете.
– Почему не объявили боевую тревогу?!
– Мы у себя… и наши не реагируют… – замялся полковник Лантан.
Судна, охранявшие планету, действительно стояли на месте и никак не реагировали на приближение неизвестных кораблей.
– Не важно! Объявить тревогу
– Есть, сэр!
Пока устанавливалась связь, Винсент в увеличении успел рассмотреть корабли. Это были явно не федеральные борта, а такие вылизанные, что корабли Новоземной Федерации выглядели по сравнению с ними угловатыми уродами. Может потому, что на них были выпуклости – колпаки, закрывающие пушки, а на этих судах таких колпаков не наблюдалось. Но неизвестные корабли производили впечатление именно боевых судов.
«Может, пушки вообще внутри бортов?! И просто выезжают, когда это нужно, – пришла Винсенту неожиданная мысль. – Но тогда где находится экипаж кораблей?»
– Командующий на связи, сэр!
– Сэр, почему вы не реагируете на появление противника?!
– А с чего вы взяли, что это противник?… – улыбнулся Снайпс.
– Но это не наши! Они не отвечают на «свой-чужой»!
– Но ведь и не Альянса…
– Действительно… Но тогда чьи они?
– Успокойтесь адмирал… отключите сирену, все в норме. А что касается того, чьи они… то можете и сами догадаться.
– Ветвь Феникса?!
– Да. Они сами вышли на нас. Так уж совпало, что вы прибыли одновременно, может оно и к лучшему. Сразу все вместе и поговорим… Ветвь Феникса, Основная ветвь и Ветвь Отверженных… Историческое событие, не правда ли?
– Д-да, сэр…
– Вы в числе приглашенных, так что постарайтесь соответствовать.
– Есть, сэр. А откуда так много битых кораблей?
– Это следствие нашего плана. После потери завода, чужие, обозленные до предела, решили ответить тем же и снова попытались отбить систему Йомадан. Но мы были к этому готовы и стянули туда весь флот, который только смогли собрать. Можете себе представить, что там творилось… Около тысячи кораблей только с нашей стороны. Это была крупнейшая битва в нашей истории, и нам удалось отстоять свою позицию.
– Понятно.
– А кто та дама рядом с вами, адмирал?
Винсент обернулся. Шарлотта проникла вслед за ним на капитанский мостик. Этого никто даже не заметил, а если бы и заметили, то вряд ли стал прогонять.
– Моя жена, сэр, Шарлотта Силаева.
– Да?!!
– Так точно, сэр, – улыбнулся Винсент, увидев, как у командующего полезли брови на лоб. – Она журналистка из республики Фрайдум.
– Что ж, – взял себя в руки командующий. – Она тоже приглашена не только в качестве вашей жены, но и как профессиональный журналист. Будет освещать на своей родине это событие.
– Спасибо, сэр, – улыбнулась Шарлотта. – Мы обязательно придем.
Эпилог
Встреча началась странно. Собравшиеся из разных миров люди сидели за столом тремя группами и молча рассматривали друг друга, не притрагиваясь к еде, лишь в самом начале они представились, пригубив бокалы с шампанским, после чего повисла странная тишина.
Винсент и вправду плохо понимал, какими словами можно было начать разговор. У всех по отношению друг к другу были свои далеко не бескорыстные цели, и ложь, сказанная здесь и сейчас, будет слишком явной и отпугнет, отторгнет людей друг от друга навсегда, опустив между ними завесу в лучшем случае недоверия, если не откровенной вражды, чего, естественно, никто не желал. Наверное, именно поэтому все молчали, чтобы как можно дольше сохранить это единство.