Восьмая Марта
Шрифт:
— Ага, то есть, у вас в доме это норма — заскочить в семь утра на чаёк? — с чересчур доброжелательной улыбкой спрашивает Артём, а я представляю, что бы устроил Антоха.
А что, уже семь? Долго же я причипуривалась к случайному разговору с соседом. Но хоть не пропали зря мои старания — теперь разговариваю на собственной кухне с братом.
— Тём, вот только не надо сейчас надумывать ничего лишнего, ага? Это просто внезапный порыв, — я смело смотрю в Тёмкины тёмно-серые глаза и мне почти не стыдно.
Наглею с каждым днём. Возможно, это тоже волшебное действие роскошного французского белья.
— М-м, — понимающе кивает Тёма и, протянув
Я опускаю глаза и начинаю краснеть. И вовсе не из-за того, что мой брат увидел краешек моего соблазнительного лифчика и вызывающе приподнятые полушария груди. Мне стало стыдно от того, что Артём мог подумать. Вариантов здесь немного, и мирное чаепитие вряд ли вообще им рассматривается.
— А что, мне надо было без лифчика пойти? — я резко запахиваю халатик и с вызовом смотрю на брата.
Да — пусть объяснит, что он имел в виду. А, может, всё остальное моё бельё гораздо смелее и эротичнее, пусть докажет, что это не так. Не станет же он диктовать совершеннолетней сестре, какие лифчики следует надевать в универ. А я именно туда сейчас и собираюсь.
— Ну при чём здесь твоё бельё, котёнок? — ласково произносит Артём. — Просто туда вообще ходить не следовало. Ты хоть понимаешь, как со стороны мог быть расценен твой ранний визит?
***
В такси по дороге в универ я всё время думаю о Тёмкиных словах. О том, что я лакомый кусочек для любого мужчины, и о том, что настоящий мужчина обязан приложить усилия и набраться терпения, чтобы завоевать понравившуюся женщину. И женщины зачастую сами виноваты в том, что мужики обленились и разучились ухаживать. А зачем напрягаться, если добыча сама прыгает на охотника. А ещё говорил, что Максим хищник, и такие, как он, не способны оценить такой подарок, как я.
В чём-то Артём мне откровенно льстил, в некоторых вопросах, наверняка, был прав, но кое в чём я была с ним совершенно не согласна. А сам-то он разве не хищник? Он хоть кого-нибудь попытался завоевать, за кем-то ухаживал? И кого он сам способен оценить, кроме меня, его любимой сестрёнки? Так что здесь есть, о чём поразмышлять. Жаль только не с кем обсудить. Сегодня ведь пятница и Софийка, конечно, спит без задних ног. А я ей вчера даже не позвонила, чтобы узнать, как она добралась домой. Тоже мне — подруга.
И я не могу поверить своим глазам, когда я обнаруживаю Сонечку около универа. Мало того, что она не дрыхнет беззаботно, так ещё и приехала на учёбу раньше меня и теперь нетерпеливо поглядывает на свои часики.
— Манька, ну где тебя носит? — Софийкины глаза гневно сверкают, как два изумруда. — Здесь только ленивый ещё не поинтересовался, всё ли у меня в порядке.
— Сонь, не сочти за издёвку, но… у тебя действительно всё в порядке? — осторожно спросила я.
— Нет! — рявкнула Сонька. — Пока я тут изображала статую в ожидании тебя, у меня все локоны развились. И вот на кого я теперь похожа?
— На очень злую, но прекрасную ведьму, — я взяла Софийку под руку, уводя в корпус. — Что случилось-то у тебя? Ты сроду в такую рань по пятницам не приезжала.
— Ты мне лучше ответь, почему у тебя телефон со вчерашнего вечера выключен? Я уж подумала — всё — дружба врозь и сиськи на бок.
— Как это? — я достала из сумочки айфон и уставилась в чёрный экран.
После того как вчера мой новенький треснутый гаджет отреставрировали, я даже не взглянула на него. Как такое может быть, я
— Ну-у..? И что мы зависли? — подруга просканировала меня внимательным взглядом. — А ты что это такая красивишная сегодня, а? А ну колись.
Ну, я и раскололась. Сонечка чуть с ума не сошла, пока дождалась окончания лекции, чтобы услышать продолжение.
***
— Мань, а ты не брешешь? — недоверчиво спросила Сонька, но, напоровшись на мой возмущённый взгляд, поспешила исправиться: — Не, ну просто, чтобы ты — и сама потащилась к мужику… Манька-а, ты втрескалась не по-детски!
В ответ я только тяжело вздохнула и с надеждой уставилась на подругу. Мы уже пятнадцать минут сидим в столовой, а я не проглотила ни крошки. Сейчас всё произошедшее утром кажется мне ужасно неправильным и пошлым. Теперь Артём будет думать обо мне, как о распущенной и легкодоступной. И разве это не так? Ещё несколько часов назад я была доступна для своего соседа, как круглосуточная пицца.
Об этих переживаниях я тоже рассказала Сонечке, рассчитывая на мудрый… ой, да хоть какой-нибудь совет. Даже если её сомнительный опыт в борьбе за счастье мне ничем не поможет, я всё равно не буду чувствовать себя одинокой в своих страданиях.
— А знаешь, Мань, я тобой горжусь! — ошарашила меня Сонька. — Вот я бы, наверное, так не смогла, хоть мне и терять-то особо нечего. Но в чём-то твой Артём прав — ты должна дать шанс своему Максу тебя заслужить. А ты ему чуть не подарила возможность тебя уложить. Слишком жирно для того, кто настолько в тебе сомневается, что даже не позволил объясниться. Конечно, этот ваш поцелуй — просто пипец, как круто, но, поверь, дорогая, после того, как он затащит тебя в койку, ничего подобного с вами уже не случится.
— А любовь? — расстроенно спросила я. От Сонькиного пророчества захотелось спрятаться.
— Любовь? Хм, самое лучшее в любви — это ею заниматься. Только вот романтики под дождём уже не будет, — жёстко припечатала Сонька. — Так что пошпилиться ты ещё успеешь, а сейчас пусть этот жеребец помучается, пока не осознает, что ты его пара.
— Истинная?
— Чего? — не поняла Сонька.
— Ну… пара — истинная?
— Дура, что ли? Фэнтези перечитала? Истинная — это у волков, а у жеребцов — что не кобыла — то пара.
Вот и поговорила с мудрой подругой.
Весь день я не могу сосредоточиться на учёбе, и мне очень хочется снова прогулять. Нет, просто гулять в никуда — это не про меня, у меня есть конкретная цель. Правда, после обработки братом и верной подругой контуры у этой цели поплыли. Вот и я теперь плаваю в сомнениях и противоречиях. К слову, противоречия появились после Сонечкиного как бы случайного вопроса:
— Мань, а после моего отъезда твой психованный братец что обо мне говорил?
Я же ей рассказала, как развивались события после её отъезда, но Сонька, вероятно, даже мысли не допускает, что о ней можно забыть. И я очень не хочу её разочаровывать, но врать не хочу ещё больше, чтобы она не придумывала себе то, чего нет на самом деле. И пусть Софийка и не из тех, кто станет воображать романтику на пустом месте, но ведь она прежде всего женщина и порой очень ранимая, хоть никогда и не признается в этом. И вот, пожалуйста — неприступная Софи запала на самого неподходящего для неё парня. Это же как два скорпиона в одной банке. И, кстати, по гороскопу они оба и есть скорпионы.