Вор
Шрифт:
— Я ценю это, Шарлотта, но Джон и я оба взрослые. Думаю, мы можем быть
вежливыми.
— Да, ну, а я нет, — заявила она. — Камилла, мне очень жаль, что я прошу тебя об
этом, но не могла бы ты подняться наверх? Это очень старые, очень скучные взрослые
вещи.
Это была ложь, жалкая ложь. Камилла заметила, Шарлотта Миллер была слаба на
обман.
— Всё в порядке, детка, это не займет много времени, — бесцеремонно сказал
Габриэль.
— Всё равно, —
Камилла поднялась по ступеням, чувствуя превосходство. Она и Габриэль могли
перехитрить любого. Она закрыла дверь в свою комнату со слышимым щелканьем, но она
не была внутри. С ее ухудшенным слухом она не будет рисковать, она не пропустит этого
ни за что.
Камилла стояла в коридоре, ожидая, когда разговор просочится вверх по лестнице.
Закрыв глаза, она предалась слуху.
Она услышала гневное дыхание. Разочарование. Тэйлор.
— Если ты хотел поговорить со мной наедине, — говорил Габриэль, — тебе
следовало сделать это, когда Шарлотта не смогла бы так легко за тобой последовать.
— Как ты посмел сюда вернуться? — кипел Тэйлор.
— Как я посмел? — слегка подражая ему, сказа Габриэль. — Какой драматический
поворот фразы. Как я посмел. Звучит, как Шекспир. Но я не уверен, что мы на таком же
уровне.
— Мы уже прошли этот уровень, старик.
Старик? Камилла нахмурилась. Они ведь выглядели одинакового возраста.
— Продолжай обвинять меня во всём, что тебе нравится, мне все равно, —
спокойно произнес Габриэль. — Причина, по которой я здесь, не имеет с вами ничего
общего. Не имела раньше, и не имеет сейчас.
— И я предполагаю, что ты тут лишь из-за хорошей школьной системы, теперь,
когда ты стал ответственным родителем, — огрызнулся Тэйлор. — Что же ты делаешь с
этой бедной девушкой? Рин Унимо съест ее живьем. Так вот почему ты привез ее сюда?
Тебе с ней стало скучно, и ты решил, что пришло время избавиться от нее?
В венах Камиллы бешено стучала кровь. Она хотела перепрыгнуть через лестницу
и ударить Тэйлора в лицо. Габриэль бы никогда не сделал этого. Тэйлор ничего не знает.
— Она должна выходить в мир временами, — сказал Габриэль. — Может быть, я и
ждал слишком долго, но я эгоист в этом плане. Ты хочешь напасть на меня Тэйлор?
Почему ты всё еще здесь? Мне помнится, ты кричал, что уйдешь из Хэйвенвуда при
первой же возможности.
Молчание. Камилла предполагала, что Тэйлор был ошеломлен внезапным
поворотом.
— Это не твое дело, — медленно произнес учитель английского.
— Что Унимо пообещала тебе? — спросил Габриэль. — Что могло удержать тебя
здесь?
— Габриэль,
Снова тишина. Камилла представляла, как Тэйлор свирепо смотрит на ее опекуна.
Она предполагала выражение лица Габриэля — невыносимо шутливое и невозмутимое.
— Ты хочешь знать, что я пережил, — хладнокровно говорил Габриэль. — Ты
пришел спросить, каково это было, несмотря на то, что ты мог предположить, что я не
скажу. Если бы я был скрытен, ты бы оправдал свои подозрения во мне. У меня плохие
новости для тебя, Тэйлор. Времена изменились и мои планы весьма просты. Я хочу, чтобы
Камилла закончила среднюю школу, выросла и делала всё то, что пожелает, пока не будет
достаточно взрослой. Таков план. Камилла собирается выжить среди вас, что бы ни
случилось. Сейчас это означает ходить в школу и справиться со всем тем, что ты или Рин
Унимо подсунете ей. Эта девушка может пережить богов, если сосредоточится на этом.
Глаза Камиллы расширились. Что он имел в виду? Пережить богов?
— Ты действительно собираешься убеждать меня в том, что все это для нее. И ты
предполагаешь, я в это поверю.
— Я не скажу, что ожидаю, что ты поверишь, но да.
Вина причиняла острую боль Камилле. Она была эгоистична. Она не понимала, что
все проблемы, на которые Габриэль пошел, из-за нее.
— Прекрасно, — сказал Тэйлор. — Тогда у меня всего один вопрос. Где меч?
— Хм?
— Не играй со мной в дурака, — закричал Тэйлор. — Меч моего отца исчез в ту же
ночь, что и ты. Что ты сделал с ним?
Габриэль вздохнул.
— Есть вещи, которые действительно всего лишь совпадение. Я не имею ничего
общего с ним.
И снова молчание.
— Ты можешь осесть здесь, — смиренно сказал Тэйлор. — И я не могу
остановить тебя. Но не ожидай, что тебя будут приветствовать с открытыми объятьями.
Все до сих пор помнят ярмарку.
— О, она все еще проводится каждый год? — пренебрежительно спросил
Габриэль.
Послышалась возня обуви по плитке.
— Джон, не надо, — закричала Шарлотта.
Камилла рискнула выглянуть за угол. Шарлотта стояла между ними, положив руки
на плечи Тэйлора, удерживая его на расстоянии.
— Пора уходить, — сказала она ему.
Тэйлор смотрел на Габриэля, который лишь пожал плечами.
— Сейчас.
— Разве ты не хочешь спросить его кое о чем, Шарлотта? — с горечью произнес
Тэйлор, хотя и отступил на пару шагов.
— Нет, не хочу, — твердо ответила она.
— Ты уверена? Ты не задумывалась о том, почему Саймон пропал без вести за