Вор Города. Невольник
Шрифт:
— Что за сведения? — еле вороча, языком, спросил вор. — Что он искал?
— А, тебе это знать не надо, горожанин. Живи в своем выдуманном мире, жри, трахайся, да умирай в назначенный Создателем час. Вот твое право!
"Да что ты в самом деле, нашел время для морали, — мысленно стенал Галент, сил на разговоры уже не осталось, — Мне то чего это втирать?!"
— Сгинул Вериска в темницах каменных, да забыл о зелени, о синеве небесной. Только тьма, холод и церковные крысы. Спасти его, обязан ты! А теперь пшел вон и только посмей сбежать. Найду и брошу в кадку
Галент потерял сознание, а когда очнулся, он оказался на набережной, в компании бродячих псов. Тощие псины с интересом глазели на вора, думая: толи завтрак к нам пожаловал, толи пройти мимо… Вор вскочил на ноги, заметив голодный блеск в собачьих глазах, схватился за меч и зарычал. Стая скуля убежала. Галент сделал два шага вперед, словно собираясь их преследовать, да рухнул обратно лицом в грязь.
В голове у него шумело, как после выпивки, тело едва слушалось. Но он был жив и — Галент провел ладонью по голове, — не стал горшком для фиалки. Вор со стоном сделал выдох и громко, с чувством выругался.
Немного полегчало.
Поднявшись на ноги, Галент побрел домой. Отдохнуть, подумать, да взяться за это проклятущее дельце.
— Демон меня надоумил заняться этим воровством, — выругался вор. — Лезь теперь в пекло.
У него не было иллюзий на счет этой работы. Самоубийство! Но большим безумством было бы пойти против воли Алоя. Шаман, этот сумасшедший ублюдок, выкидыш леса — этот богопротивный червь смог внушить вору страх. Куда уж добрячку Сайленсу с его привычкой появляться внезапно и так же внезапно пропадать. Вот толи дело Алой — вот ужас во плоти!
Уж лучше принять смерть от рук бывших братьев, они хотя бы молятся за упокоение души еретика.
Глава 16. Подготовка
Последующие дни вор занимался только тем, что прокручивал в голове все недавние события. Смерть механиста, бунты, язычники, хитрец Сайленс — он тоже свою похлебку варит, как пить дать! Галент оказался в самой гуще событий, хотя не собирался лезть во все это дерьмо. Так, поиграться с Церковью в кошки мышки — это можно, он несколько лет этим занимался.
Теперь же вор попал на мельницу, но не рабочим, а ресурсом, который должен быть переработан. Галент пришелся язычникам по вкусу и те собирались использовать его, как козырную карту.
Вор все это понимал и даже верил, что все так и есть. Как же иначе? Все его используют, всем он необходимым. Ведь так сложно найти ловкача, не известного в Городе. Действительно карта, спрятанная в рукаве.
Только какой толк от всех этих рассуждений? Галент только все больше и больше поддавался черной меланхолии. Сказывалась на его настроении и бессонница. Сон два дня обходил кровать Галента стороной — воспоминания о муках священника, ставшего чем-то сродни навозу, не давали покоя.
На третий день Галент сподобился сходить к аптекарю и купил самое убойное снотворное. Помогло. Галент отоспался
Но ответа в стране сна Галент так и не нашел.
— Надо что-то делать, — решил он, когда очередной день подходил к концу. — Алой много времени мне не даст.
Побродив по комнате, вор заметил письмо просунутое под дверью. Судя по слою пыли оно тут провалялось давно, с самого первого дня.
Вор взял письмо не без опаски, развернул его и прочел: "месяц".
— Сын собаки, — прошипел вор, вспомнив Алоя.
Его работа, не иначе, только у дикаря может быть такой корявый, пьяный почерк, как у портового грузчика походка. Этим ребятам приходится постоянно набираться смелости в трактире, чтобы не бояться подходить к воде. В доках даже солдаты пьянствую, даже офицеры и генералы…
— В задницу, — вор потряс головой.
Какая разница, кто, где пьет?! Вот у него самого проблемы! Язычники слов на ветер не будут бросать, подойдет срок, и его пригласят в цветник.
Вор торопливо принялся собираться, затолкал в тайник так и не тронутый дневник Дука, часть золотишка и стрел со взрывчаткой. Остальное вор взял с собой и вернулся в дом на крыше, где бросил снаряжение.
Галент решил, если язычники требуют от него невозможного, то он должен будет сотворить чудо! А чудеса так просто не даются.
Галент отправился в "Дикий мир", где обитал Госнольд. Название таверны теперь казалось устрашающим, недобрым знамением. Но вор отбросил все сомнения и уверенно направился внутрь заведения. Вышибала у дверей дежурил тот же, хозяин признал Галента, но сказал, что господина Госнольда еще нет на месте. Он предложил вору подождать слухача Вейнтас да отобедать.
Вор почти не ел всю неделю, был бледен и худ, так что не отказался от обеда. Деньги ему надо было экономить, раз он решил обратиться за помощью к шпиону, но силы тоже нужны.
Обед принесли быстро: жареная рыба, пироги, пиво. Все выглядело аппетитно, привлекательно, но вор нехотя взялся за ложку.
— Хорошо, хоть мяса не притащили, а то точно бы вытошнило, — сказал Галент про себя.
Он ел долго, буквально заставляя себя, и наелся быстро. Хватило жареной рыбы, на пироги он даже не посмотрел, а от пива тошнило. Галент позвал служанку и попросил чего-нибудь полегче. Ему принесли воду, в которую капнули пряной настойки. Вода была холодной, свежей и живительной.
Галент вдоволь напился, расплатился и остался сидеть на месте, ожидая Госнольда. Он ни о чем не думал, просто пялился в огонь. От интерьера таверны его теперь тошнило не хуже, чем от монастырских хором.
— Да и что хуже… теперь, — кашлянув, сказал Галент вполголоса.
— Хуже? Хуже зимы только весна.
Вор вздрогнул и уставился на подошедшего человека. Это был Госнольд, так что вор не удивился.
— Напугал? Ну, извини, ты не отвечал на приветствие.
— Угу, дело есть.