Вор Города. Невольник

Егоров Алексей

— Так проще, — решил Галент.

Ему принесли небольшую, пухлую бутылку коньяка, которой уличному забулдыге хватило бы на пару глотков. А посетители этого заведения смакуют напитки, желая познать вкус жизни, а не забвение смерти. Галент попробовал спиртное и оно пришлось ему по вкусу.

Никто на вора не обратил особого внимания, мало ли почему состоятельный гражданин пришел в простом платье отобедать. Существует же общество, отрицающее мирские радости, они одеваются неброско, радеют за минимализм во всем, но при этом не гнушаются тратить

деньги на дорогие вещи и вкусную еду. Такие люди не ценят деньги, они свободны от них. По крайней мере, так они сами утверждали.

Галент мелкими глотками пробовал тяжелый напиток, который пришелся кстати после прогулки по морозной улице. Спиртное создавало иллюзию тепла, обманывало тело. Хорошо было бы начать обед с аперитива, но Галент по простоте не знал, что подобные напитки существуют. А может и знал, просто не придал значения.

Вору хотелось получить удовольствие, отдаться наслаждению, а не играть роль благополучного горожанина. Для этого он все равно рожей не вышел.

Принесли огромную тарелку с большим куском горячего, дымящегося мяса в виноградных листьях. Гарниром служила незнакомая вору крупа, оказавшаяся на вкус вполне приемлемой. Рассыпчатые желтоватые зерна идеально гармонировали с истекающим соком мясом.

Другой бы заметил, что мясо жилисто, а крупа не доварена, но вор был далек от таких тонкостей. Его желудок и так с радостью принял угощение.

"Интересно, — подумал Галент, — а в отхожем месте они тоже хранят листья винограда?"

Выпивка и еда на время полностью привлекли внимание вора, он перестал обращать внимание на окружение. В такой бы момент инквизиция с легкостью взяла бы его, но они были заняты своими теневыми делами. Церковникам недосуг было гоняться за ренегатом, залегшим на дно. У них недостаточно было взрывчатки, чтобы поднять такую рыбину, как Галент, на поверхность.

Вор не торопился, он скупо брал двузубой вилкой отрезанный кусочек мяса, некоторое время любовался им, и только потом отправлял в рот. Под конец обеда блюдо полностью остыло и Галенту принесли свежей выпечки из лавки пироженщика за углом. Выпечка была так себе, это заметил даже Галент. Да и сладкому не было место в забитом желудочном бурдюке.

Галент откинулся назад и разбросал руки в стороны. Живот казался непривычно большим, мешающим выступом, который придавил вора к стулу.

— Неплохо, — Галент подавил желание отрыгнуться. — Надо совершать такие прогулки почаще, заслужил, да…

Ему было тепло и приятно, и даже расставание с несколькими золотыми не расстроило вора — у него такого добра хватит надолго. А потребуется — так еще добудет.

— Я же ловкач, — сказал про себя Галент, — я смогу. Но сейчас мне это не требуется.

Оставив мысли о мести, вор остался без какой-либо цели и внезапно, прямо на стуле он почувствовал пустоту внутри. Месть хоть как-то, но делала его жизнь нужной. Не Городу, не горожанам, но нужной. Все равно же, его деятельность кому-то принесла пользу, ну, а кому-то и вред, но так всегда происходит.

Даже

Писание утверждало, что не существует добрых поступков.

Галент уперся взглядом в пустое блюдо, которое служанка не рискнула убрать со стола — голодный гость волком бы посмотрел на нее, ведь осталось еще добрая четверть! В блюде не сыскалось смысла или какого-нибудь ответа, подсказки о том, что делать дальше. Освободившись, Галент потерял то единственное, в чем нуждался — в направлении или, точнее, направляющем. Даже цель-месть появилась только благодаря церковникам, но Галент больше не хотел заниматься этим бессмысленным делом.

Порыв давно угас, вор только сейчас смог перевести дух и подумать о своем месте в жизни.

— Чем-нибудь да займусь, — сказал, наконец, Галент, не приняв никакого решения.

Теперь он полагал, что полностью освободился от прошлого. Злость и обида остались, но теперь не были доминантами в его поведении.

Галенту на ум пришел Госнольд — соглядатай Вейнтас. Этот парень был таким же проходимцем, как и сам Галент. Наверняка он сможет что-нибудь подсказать, не цель в жизни, конечно, но работенку подкинет. Уж вор сможет зарекомендовать себя.

Ухмыляясь, Галент взялся допивать коньяк. Это уже было явно лишним, но вор не мог остановиться. Спиртное освобождало от забот, пусть и на время. Галент был благодарен тому демону, что изобрел эту хитрую жидкость.

— Вот где философский камень, — пробормотал он, разглядывая коньяк в стакане, — он умеет трансформировать!

— Да вам бы в поэты, — шутливо заметил человек за соседним столиком.

Галент вздрогнул и со стуком поставил бокал на стол, обернулся. Но за соседним столом сидели ничем не примечательные господа. Конечно, шпионы и должны быть незаметными, тенями человеческого социума. Галент устыдился своего испуга, ничего не поделать, привычки берут свое.

"Мне никогда от них не избавить… да и стоит разве?" — промелькнула у него мысль.

— Прошу прощения, что отвлекли вас, — ответил господин и коротко кивнул.

— Ничего, — пробормотал Галент в ответ.

Он был не в обиде, наоборот, даже благодарен. Этот человек вернул его с небес на землю, напомнил о том, что вор находится в непривычной для него среде. Да и была ли эта привычная среда? Даже уличная жизнь теперь плохо вспоминалась Галенту — столько лет прошло, с тех пор как он мальчишкой обчищал карманы в Гончарне. Те времена ушли, забрав с собой опыт.

Галент пошел прочь из ресторана, но домой не пошел. Он хотел прогуляться по Городу, по той его части, в которой теперь обитал. Пора было наверстать упущенное. Не без иронии Галент думал, что служение Церкви не было бездарно потраченным временем. Он ведь смог убраться с гнилых берегов Гончарни, снять свою собственную комнату, да и недавно отобедал в таком заведении! Какой социальный рост!

О таком не могут мечтать даже эльфы, которые живут на улице мастеров в прибрежном районе, а ведь они неплохо зарабатывают.