Вор Города. Невольник

Егоров Алексей

Вместо этого очевидного пути Галент избрал свой излюбленный — вдоль стены здания. Он открыл окно, перелез через подоконник и ступил на узкий, обледенелый карниз. Держась за лепнину, чтобы не соскользнуть, Галент пошел вдоль карниза к освещенным окнам.

Стоило немалых сил, чтобы не соскользнуть. Перчатки вору пришлось снять, чтобы держаться за узкие щели в декоре стен. Его пальцы промерзли до костей и не слушались, а ноги постоянно съезжали вниз. Карниз имел небольшой уклон, чтобы на нем не скапливался снег. Галент ругал себя на чем свет стоит,

не понимая, как вообще додумался до такой авантюры. У него же только одна жизнь, стоило ли ею так рисковать? А тут еще этот ветер, прилетевший, казалось, из самого ледяного места в море, где рождаются плавучие куски льда.

Полчаса спустя, окончательно замерзнув, вор добрался до окна и заглянул внутрь. Он увидел кусочек стола, на котором стояла керосиновая лампа. Она и камин освещали всю комнату. За столом кто-то сидел, но Галент не мог рассмотреть, кто это был. Но, судя по вензелям на чернильнице — то была хозяйка этого особняка. В углах кабинета притаилась тьма, в которой смогли бы спрятаться даже десять галентиков.

Галент вздохнул и вцепился в полуколонну, за которую держался. Госпожа Вейнтас была столь любезна, что оставила окно приоткрытым. Потрепанная книга придерживала раму, чтобы та не закрылась. Галент не представлял, что бы делал не окажись этой лазейки.

— Вся эта затея — дерьмо! — сказал про себя Галент и потянулся к окну, чтобы толкнуть крючок.

Открыв окно, вор ввалился в комнату и скользнул в тень рядом с большим растением в кадке. Несмотря на зимние холода, кустарник цвел, у Галента зачесалось в носу — так пыльцой пахло, что он хотел чихнуть.

— Кто здесь? — на удивление спокойно спросила женщина.

Она сидела в глубоком кресле, который казался раза в три больше ее самой. Руки женщина держала под столом, Галент их не видел. Керосиновая лампа слепила вора и, пока его глаза не привыкли к свету, он не видел ее лица, да это ему и не требовалось — Галент все равно не знал, как выглядит торговка.

Галент, чтобы произвести впечатление, не стал выходить на свет и из своего укрытия сказал:

— Хочу предложить вам свои услуги, леди Вейнтас.

— Неужели? — не без иронии сказала она. — И каков же род услуг, предлагаемых вами?

— Услуги… специфического рода, — шепотом ответил Галент.

— Театралов не нанимаю, покиньте мой кабинет!

Галент опешил и вышел из укрытия, чтобы предстать во всей красе. Красы было мало, но род своей деятельности вор смог представить. Он решил зайти с другого бока и прекратил юлить:

— Имя Галент вам о чем-нибудь говорит?

— Нет, — Асани уменьшила фитиль керосинки, чтобы огонь не так слепил гостя. — Но, наверное, это имя что-то значит в определенных кругах Города? К сожалению, я не имею чести знать каждого бандита с улицы, мне достаточно ваших баронов.

Торговка выглядела старше своих лет, Галент дал бы ей лет пятьдесят, но то было следствие тяжелого недуга и ранения. Летом ее подстрелили во время небезызвестных в Городе событий. Под глазами у Асани залегли темные круги,

волосы выцвели и не казались такими пышными, она исхудала и мало походила на удачливую торговку. Галенту показалось, что этот союз будет смешон — калека и крыса. Прекрасная пара, что и говорить.

— Я не подчиняюсь баронам, — гневно ответил Галент, — я бывший монах…

— Бывший? Значит, мертвый. Садись и говори, раз пришел.

Галент потащил к столу стул и уселся напротив Вейнтас. Асани положила на стол массивный револьвер незнакомой вору конструкции и улыбнулась.

— Неужели ты думал, что меня так просто застать врасплох?

— Признаюсь, — немного удивленно сказал вор, — думал.

— Так что не делай резких движений, стреляю я хорошо. — Она махнула рукой. — Говори!

— Я бежал из монастыря Святой Заступницы, что в Гончарне. Некоторое время скрывался в Городе, но инквизиция… в общем… пришлось заняться этим ремеслом.

— Значит, бывший инквизитор, так?

Галент кивнул.

— Это хорошее… э-э… резюме…

— Рекомендации, — поправила Асани, — ты же не на работу устраиваешься.

— Я бы хотел предложить свои услуги, — повторил вор, улыбнувшись, — по-моему, я неплохо зарекомендовал себя. Ваш револьвер, конечно, несколько испортил мою задумку, но, в целом, я справился на отлично.

— Ты так гремел по карнизу, что только мертвые не слышали тебя.

— Так вам нужны услуги вора или нет? — вспылил Галент.

— Нет, — ответила Асани. — На что мне такой неумеха?

— Ладно, — сквозь зубы процедил Галент. — Пусть будет так, но имейте в виду, что это я убил епископа собора Святого Кёра!

— Неплохо, уважаемый отец Бейсил создавал слишком много проблем баронам Извилка. Но что мне от этого? Убийства не являются тем средством, которым я пользуюсь.

— Что вы говорите, благородные какие!

— Твой сарказм не уместен. Я предпочитаю старых безынициативных врагов, чем новых со свежими идеями.

Галент поморщился. Все выходило не так как он думал.

— У меня имеются кое-какие бумаги — теневая бухгалтерия или вроде того — из монастыря.

— Это меня заинтересует. Сотня.

— Тысяча, самостоятельно вы такие данные не сможете добыть.

— Двести, никому другому ты это сбыть не сможешь. А! Инквизиции попробуй продать эти данные, эти бумаги их заинтересуют.

— Леди Вейнтас, — стараясь сдержаться, сказал Галент, — ваш сарказм так же неуместен. Семь сотен!

В итоге они сошлись на пятистах двадцати пяти золотых — Галент упорно торговался, ну желая уступать этой бабенке он не хотел. Эта бледная мышь уделала его в пух и прах, вор такого потерпеть не мог. Она танцевала на костях его гордости, а он ничего не мог поделать с этим.

— Давай сюда эти бумаги, — в итоге потребовала Асани.

— Они у меня не с собой.

— Так что же ты сюда заявился дурак?! — вскричала торговка, хлопнув ладонью по столу.

— Извините, пожалуйста! Я просто проходил мимо и решил зайти к вам в гости.