Волшебник
Шрифт:
– Напротив, - возразил Камацу, и губы его тронула улыбка, сейчас самое благоприятное время для решительных действий сторонников заключения мира. Ведь позор, который вы сегодня навлекли на Стратега, на его клан и всю партию Войны, ослабит их позиции в Совете. Нам надлежит воспользоваться этим.
– Он осторожно дотронулся морщинистой рукой до плеча Миламбера.
– Но вам надо торопиться. Всемогущий! Возможно, в эти самые минуты кое-кто уже составляет заговор с целью вашего устранения.
Миламбер кивнул.
– Спасибо вам за все, господин Шиндзаваи. Надеюсь, что
– Я тоже надеюсь на это и буду молить небеса о вашем здравии и благополучии. Если вам доведется встретить Касами, скажите ему, что отец любит его и помнит о нем!
– Обещаю вам это, Камацу. А теперь прощайте!
Вынув из поясного кармана амулет, Миламбер подозвал к себе Кейталу с ребенком, обнял ее за плечи и произнес слова магической формулы.
Часовой едва не подпрыгнул от удивления и испуга, когда перед ним неожиданно появились высокий чародей в черной сутане и женщина с ребенком на руках. Все трое молча направились ко входу в Звездные Врата, расположенному в нескольких сотнях ярдов от сторожевого поста. Солдат проводил их оторопелым взглядом.
На платформу с укрепленными по ее краям высокими столбами поднимались отряды воинов. Миламбер отрывисто приказал офицеру, ответственному за перемещение войск:
– Велите им пропустить нас!
– Как прикажете, Всемогущий!
– поклонился тот и крикнул воинам, чтобы те посторонились.
Миламбер взял Кейталу за руку и подвел ее к платформе. Через мгновение их окутало облако мглистого тумана, пронизанное исходившим ниоткуда пульсирующим светом множества разноцветных искр. Миламбер сделал шаг вперед, ведя Кейталу за собой. Они ступили на землю посреди цуранийского лагеря в долине у Серых Башен. Уильям так и не проснулся.
На темном небе ярко горели звезды. Солдаты грелись у походных костров. К Миламберу и Кейтале подбежал офицер караульной службы.
– Что вам угодно. Всемогущий?
– У вас в лагере есть лошади?
– Есть.
– Приведите нам двух оседланных.
– Как прикажете, Всемогущий!
Офицер приказал одному из воинов привести с поляны двух лошадей для Всемогущего. Когда на лицо его упал отблеск одного из костров, Миламбер узнал в нем Хокану. Тот жестом предложил ему отойти в сторону от костра, чтобы никто не смог подслушать их разговор.
– До нас дошли слухи о катастрофе на Имперских Играх, которую один из Всемогущих вызвал с помощью своего искусства, прошептал младший сын Шиндзаваи.
– Мне думается, это были вы.
– Поэтому я и покинул Келеван.
– Многие из офицеров в нашем лагере душой и телом преданы Стратегу. Мне страшно помыслить, что стало бы с вами, узнай они о вашем появлении здесь.
– Я не собираюсь задерживаться в лагере, Хокану, улыбнулся Миламбер.
– Мне больше всего на свете хочется как можно скорее оказаться вдали от него. Для этого я и просил тебя предоставить нам с женой лошадей. Я только что виделся с твоим отцом, Хокану. Он очень тревожится за Касами. На твоем месте я вернулся бы
– Так я и сделаю, Всемогущий. Прошу вас, если вы увидите моего брата, передайте ему, что я жив и вскоре вернусь на Келеван.
Миламбер кивнул, и Хокану вернулся к походному костру. Молодой воин привел с поляны двух рыжих лошадей. Миламбер помог Кейтале взобраться в седло.
– Старайся крепче держать в руках поводья, дорогая, сказал он ей и вспрыгнул на спину своей лошади. Кейтала передала ему спящего Уильяма. Они молча покинули расположение цуранийских войск и стали спускаться с холма. Часовые и командиры дозорных отрядов несколько раз окликали их, но при виде черной сутаны Миламбера почтительно кланялись и предлагали продолжить путь.
Кейтала без труда удерживалась в седле. Она смотрела вокруг расширившимися от страха глазами. Стремительное перемещение с одной планеты на другую через небесные врата так подействовало на ее воображение, что она все еще не могла прийти в себя. Все, на чем останавливался ее взгляд, казалось ей опасным и непривычным. Но из уст ее не вырвалось ни единого вздоха, ни слова жалобы. Она готова была разделить судьбу своего мужа и следовать за ним повсюду, куда бы ни лежал его путь.
Над густым лесом занимался рассвет. У края тропинки всадников остановил повелительный окрик:
– Стойте! Кто вы такие?
Из-за дерева появился часовой в коричневом плаще с эмблемой в виде чайки с золотой короной.
Невысокий мужчина в черной сутане спешился, взял на руки ребенка и помог ехавшей рядом с ним женщине сойти на землю.
– Я - Паг из Крайди!
– с улыбкой ответил он воину.
Глава 12. НАСЛЕДНИКИ
Паг склонился над ложем умиравшего герцога. Лиам, Кулган, Мичем и Брукал стояли поодаль.
– Я так рад, что ты вернулся, Паг, - прошептал герцог. Он тяжко закашлялся и, когда приступ миновал, бессильно опустился на подушки. В углах его рта появилась кровавая пена.
– Пусть все подойдут сюда, - едва внятно пробормотал он. Все, кто собрался в палатке, обступили его ложе.
– Лиаму и Кулгану известно, - сказал Боуррик, - что я оставил значительную сумму денег для учреждения в Королевстве школы магии. Здание для нее надлежит построить на острове посреди Звездного озера. Пусть ее возглавят Паг и Кулган.
– Чародеи молча поклонились. Оба едва сдерживали слезы. Минуты герцога были сочтены. Все понимали это, но никто не в силах был не только вернуть его к жизни, но даже облегчить его тяжкие страдания.
– Помнишь, Паг, - слабо улыбнулся Боуррик, когда ты спас принцессу от троллей, я пообещал, что ты получишь от меня еще одну награду, помимо земельных угодий и придворного титула.
– Паг кивнул.
– Так вот, в королевских архивах хранится документ, составленный мною в те дни и засвидетельствованный Лиамом и Тулли. Согласно этому документу, ты принадлежишь к нашей семье и по праву можешь носить гордое имя кон Дуанов. Я знаю, что ты не посрамишь его!
– Паг опустился на колени и приник губами к некогда могучей и сильной, а ныне безжизненной, бледной и иссохшей руке Боуррика.