Вольный странник
Шрифт:
Сначала она не столько услышала, сколько почувствовала пальцами почти неслышный звук, который постепенно усилился и превратился в негромкий гул. Она вслушивалась в него, позволяя этому гулу проникнуть в каждый свой орган, каждую косточку, в позвоночник, пока все ее существо не стало наполнено этой текучей, струящейся вибрацией. Когда он проник в каждую клеточку ее тела, он впитала в себя природу и суть кристалла. Тогда девочка открыла глаза и вернула Виллуму бриллиант.
— Больше он мне не понадобится.
Учитель одобрительно кивнул.
— Когда
Дверь распахнулась, и раздался скрипучий голос, который словно отравил в помещении воздух.
— Настало время начинать. Ты уже потратила на это чуть не весь день. Теперь посмотрим, не прошло ли для тебя это время даром. — Кордан снял серебряную крышечку с коробочки со снадобьем. — Ты сегодня к нам присоединишься, Виллум? — Он осклабился, протянув Виллуму коробочку. — Озабочен, пошел ли ей впрок твой урок?
Не обратив внимания на его подколку, Виллум взял чуть-чуть снадобья и невозмутимо устроился на стуле. Кордан тоже принял щепотку снадобья, потом повернулся спиной к Виллуму, загородив от него Стоув, и быстро протянул ей полную чайную ложку лилового вещества. Она с радостью его проглотила и открыла рот, чтоб он дал ей добавку. Тот с готовностью это сделал.
ВОЛНЫ ПЛЕЩУТ О ПЕСЧАНЫЙ БЕРЕГ ОСТРОВА. НЕ БОЛЕЕ ЧЕМ В ЛИГЕ ОТ НЕГО ИЗ МОРЯ ВЗДЫМАЮТСЯ СВОДЧАТЫЕ СТОЛПЫ БАСТИОНА — ПЕРВОГО ИЗ ШЕСТИ СТРОЕНИЙ, СОСТАВЛЯЮЩИХ НЕПРЕОДОЛИМЫЙ БАРЬЕР, ОТДЕЛЯЮЩИЙ ИХ ВОСТОЧНЫЕ ПРЕДЕЛЫ ОТ ВЛАДЕНИЙ ЛОВЦОВ ВИДЕНИЙ.
НА ТЕРРАКОТОВОЕ ПЛЕЧО СТОУВ САДИТСЯ СОКОЛ И ШЕПЧЕТ ЕЙ НА УХО: «НАЧИНАЙ ПРОЦЕСС ПРЯМО ТЕПЕРЬ».
СТОУВ ВСПОМИНАЕТ ЗВУК БРИЛЛИАНТА И ВНИМАТЕЛЬНО В НЕГО ВСЛУШИВАЕТСЯ, БУДТО РАЗДУВАЯ ИЗ ИСКОРКИ МАЛЕНЬКИЙ ОГОНЕК, ПОЗВОЛЯЯ ЕМУ РАЗГОРАТЬСЯ И РАЗРАСТАТЬСЯ В НЕЙ, ПРЕВРАЩАЯСЬ В ПЛАМЯ, НАПРАВЛЯЯ ЕГО ВИБРАЦИЮ. ЖУТКАЯ БОЛЬ ПРОНИЗЫВАЕТ ЕЕ СТУПНИ, КОГДА ИЗ ГЛИНЯНЫХ ОНИ ПРЕВРАЩАЮТСЯ В БРИЛЛИАНТОВЫЕ. ОНА ГРОМКО КРИЧИТ, И ПРЕВРАЩЕНИЕ ПРЕРЫВАЕТСЯ.
НАД НЕЙ НАВИСАЕТ ОГРОМНЫЙ СТЕРВЯТНИК. «ВОТ ВИДИШЬ! ОНА НЕ МОЖЕТ С ЭТИМ СПРАВИТЬСЯ», — С ИЗДЕВКОЙ ПРОИЗНОСИТ КОРДАН.
СОКОЛ ВИЛЛУМ МЯГКО ЕЕ ПОДБАДРИВАЕТ: «ДАВАЙ-ДАВАЙ, СОВСЕМ ПОНЕМНОЖКУ… ЗАСТАВЬ БОЛЬ РАБОТАТЬ НА ТЕБЯ. СДЕЛАЙ ТАК, ЧТОБЫ БОЛЬ ПОМОГАЛА ТЕБЕ МЕНЯТЬСЯ».
ОНА ВНОВЬ ВСПОМИНАЕТ ТОТ ЗВУК, И, КОГДА СЛЫШИТ ЕГО, ТРАНСФОРМИРУЮТСЯ ЕЕ ЩИКОЛОТКИ, ИКРЫ И КОЛЕНКИ. ОНА ЧУТЬ СГИБАЕТ ЛЕВУЮ НОГУ — И ВЗРЫВ АДСКОЙ БОЛИ ЗАСТАВЛЯЕТ ЕЕ КОРЧИТЬСЯ НА ПЕСКЕ. «ЭТО ЖЕ ПРОСТО СМЕШНО!» — БОРМОЧЕТ СТЕРВЯТНИК, ГЛУМЛИВО МИГАЯ ЧЕРНЫМ ГЛАЗОМ.
НО СОКОЛ НЕ ОТПУСКАЕТ ЕЕ ПЛЕЧО, ПРОДОЛЖАЕТ НАШЕПТЫВАТЬ, ЧТО С БОЛЬЮ НАДО БОРОТЬСЯ, ИСПОЛЬЗОВАТЬ ЕЕ КАК ДВИЖУЩУЮ СИЛУ ДЛЯ ДОСТИЖЕНИЯ ЦЕЛИ.
ДИКАЯ БОЛЬ СНОВА ПРОНЗАЕТ ТЕЛО, КОГДА БРИЛЛИАНТОВОЕ ПРЕОБРАЗОВАНИЕ ОХВАТЫВАЕТ ЕЕ НОГИ ВСЕ ВЫШЕ И ВЫШЕ. КОГДА ОНА ДОСТИГАЕТ БЕДЕР, ВИЛЛУМ ПРИКАЗЫВАЕТ ОСТАНОВИТЬСЯ.
«ХОРОШО, НА СЕГОДНЯ
У СТОУВ ВЫРЫВАЕТСЯ ВЗДОХ ОБЛЕГЧЕНИЯ, БОЛЬ ПОНЕМНОГУ СТИХАЕТ, И ОНА СОСРЕДОТАЧИВАЕТСЯ НА СТОЯЩЕЙ ПЕРЕД НЕЙ ЗАДАЧЕ.
«ПОСМОТРИМ, СМОЖЕТ ЛИ ОНА СОХРАНИТЬ ТРАНСФОРМАЦИЮ НОГ, КОГДА ВСТАНЕТ», — ПРЕНЕБРЕЖИТЕЛЬНО ГОВОРИТ СТЕРВЯТНИК И БРОСАЕТСЯ ВНИЗ, ДЕРЖА КУРС НА БАСТИОН.
«НЕ ЗАБЫВАЙ, ЧТО ТЫ ЗАЩИЩЕНА ЛИШЬ ЧАСТИЧНО. ЕСЛИ РЕШИШЬ ОБОРОНЯТЬСЯ РУКАМИ, МОЖЕШЬ ИХ ПОТЕРЯТЬ», — ПРЕДУПРЕЖДАЕТ ЕЕ ВИЛЛУМ И, НЫРНУВ, УСТРЕМЛЯЕТСЯ К ОСТРОВУ.
БЫСТРО НАБИРАЯ СКОРОСТЬ, ОНА ВСПОМИНАЕТ ВСЕ, ЧТО ЕЙ ИЗВЕСТНО О БАСТИОНЕ. ИМЕННО НА ЭТОЙ ГРАНИЦЕ ЛОВЦЫ ВИДЕНИЙ КАК-ТО ПОПЫТАЛИСЬ РАСШИРИТЬ СВОИ ВЛАДЕНИЯ. САМИ КОЛОННЫ — ЭТО ВСЕ, ЧТО ОСТАЛОСЬ ОТ ПРЕДЫДУЩЕГО СТРОЕНИЯ, СОЗДАННОГО ЕЩЕ ДО ОТКРЫТИЯ СНАДОБЬЯ. ДАРИЙ ВТАЙНЕ ИХ ВОССТАНОВИЛ, СОЗДАВ НЕПРЕОДОЛИМУЮ ПРЕГРАДУ, ОТКИНУВШУЮ ЛОВЦОВ ВИДЕНИЙ НАЗАД И ПРЕДОТВРАЩАЮЩУЮ ИХ НОВЫЕ ВТОРЖЕНИЯ.
СТОУВ ПОВОРАЧИВАЕТСЯ ТАК, ЧТО МЕЖДУ КОЛОННАМИ СНАЧАЛА ДОЛЖНЫ ПРОЙТИ ЕЕ АЛМАЗНЫЕ НОГИ. СО СТОЛБОВ В НЕЕ УСТРЕМЛЯЮТСЯ ЖУТКИЕ МЕТАЛЛИЧЕСКИЕ ШИПЫ, НО ОТ СОКРУШИТЕЛЬНОЙ СЕРИИ УДАРОВ ЕЕ КРИСТАЛЛИЧЕСКИХ НОГ ОНИ РАСПАДАЮТСЯ В ПРАХ. ЧЕМ БОЛЬШЕ ШИПОВ ОНА УНИЧТОЖАЕТ, ТЕМ С БОЛЬШЕЙ СКОРОСТЬЮ В НЕЕ ЛЕТЯТ СЛЕДУЮЩИЕ, И ТАК ПРОДОЛЖАЕТСЯ ДО ТЕХ ПОР, ПОКА ОНА В ВИХРЕ ДВИЖЕНИЯ НЕ ПЛАВИТ ВЕСЬ ЛЕТЯЩИЙ В НЕЕ МЕТАЛЛ.
ЦЕЛИКОМ ПОГЛОЩЕННАЯ ЭТОЙ ОРГИЕЙ РАЗРУШЕНИЯ, ОНА ЛИШЬ В ПОСЛЕДНИЙ МОМЕНТ ОБРАЩАЕТ ВНИМАНИЕ НА ХРИПЛЫЙ КРИК СТЕРВЯТНИКА. ТОГДА ОНА ДЕЛАЕТ КУВЫРОК НАЗАД И УСТРЕМЛЯЕТСЯ ОБРАТНО К ОЖИДАЮЩИМ ЕЕ НАСТАВНИКАМ.
«СОВСЕМ НЕПЛОХО», — ГОВОРИТ ВИЛЛУМ. В ГОЛОСЕ ЕГО ЯВСТВЕННО СЛЫШИТСЯ ГОРДОСТЬ ЗА ВОСПИТАННИЦУ.
«В ПОЛНОМ ОСНАЩЕНИИ ЗАЩИТОЙ СДЕЛАТЬ ЭТО БУДЕТ СЛОЖНЕЕ. ПОСМОТРИМ, КАК ТЫ СПРАВИШЬСЯ С ЗАДАЧЕЙ ЗАВТРА», — СУХО БРОСАЕТ КОРДАН.
Стоув встала со стеклянного стула и взглянула на двух своих инструкторов:
— К какому заданию меня готовят?
Виллум молчал. Кордан ухмыльнулся, в голосе его прозвучал слабый намек на подобострастие.
— Тебе уже говорили, что только Дарий может обсуждать с тобой этот вопрос. Дарий сделает это, когда сочтет необходимым.
Кордон явно хотел ее спровоцировать, но она не собиралась нарываться на неприятности, особенно из-за него. Все будет, как она решила, только надо набраться терпения.
Как же она ненавидела это терпение!
МАБАТАН
ОДНАЖДЫ ДРУГ, ГЛАСИТ ПРЕДАНЬЕ,
ПРОРОКУ ВЫДАЛ УКАЗАНЬЕ —
ПОКИНУТЬ ЭТОТ МИР.
ЕЩЕ СКАЗАЛ НАШ ДРУГ СВЯТОМУ,
ЧТОБЫ ОСТАВИЛ ОН ДРУГОМУ
ТОТ ПУТЬ, ЧТО ОН ТОРИЛ.
СВЯТОЙ ДАЛ ВОЛКУ ПОРУЧЕНЬЕ
ХРАНИТЬ И ПРОДОЛЖАТЬ ДВИЖЕНЬЕ
СТЕЗЕЙ, КОТОРОЙ ШЕЛ КУМИР.
По сигналу Роуна Лампи бросил в лодку рюкзаки, потом аккуратно шагнул в нее сам, следя, чтобы утлое суденышко не опрокинулось. Опустившись на сиденье, Лампи повернулся к мальчику.