Волки севера (сборник)
Шрифт:
О Стовин, подумала она, как мне не хватает тебя. А почему не хватает, я не знаю, ведь, пока ты был здесь, я довольствовалась одним поцелуем в щеку раз в неделю. Но уже прошло шесть недель и мне недостает тебя.
Она посмотрела на толстую пачку печатных листов, лежащих перед ней на маленьком столике. «Гибридизация канис руфус и канис батранс в Сангре де Кристо Маунтен Нью-Мексико» — гласила надпись на желтой обложке… Дайана Хильдер, доктора Философии, Университет Колорадо.
Вот оно, подумала она. Работа восемнадцати месяцев… 45000 слов, 237 цветных слайдов.
Но
Теперь пришла пора покинуть Альбукерк, Университет и вернуться в свой колледж в Булдере. Она подумала без особого интереса, что она будет делать дальше. У нее были предложения из Канады работать над сезонной миграцией, но это все еще очень неопределенно. Во всяком случае, работать в Булдере она больше не собиралась. И перед ее глазами возник образ небольшого городка в Колорадо. Велосипеды, стоящие возле красно-коричневой стены колледжа, учащиеся, прогуливающиеся по улицам, уютные старые районы с небольшими особняками, утопающими в зелени. И над всем этим громада горы на фоне неба с огнями Национального центра Исследований атмосферы на склоне. Да, неплохо будет провести немного времени в Булдере. Но немного. Нигде, Хильдер, нигде, — твердо пообещала она себе, — ты не будешь задерживаться надолго. Она снова взяла письмо Стовина. В нем было несколько любопытных замечаний.
Корпус Биологии находился в центре научного городка. Она прошла по парку, наслаждаясь ярким солнцем. Вокруг летали поздние бабочки самых невероятных расцветок. В корпусе вряд ли кто-то был, но, поднимаясь по лестнице, она вошла в пустой коридор, прошла в комнату исследователей и застыла от удивления: перед ней был человек, которого она хотела увидеть.
— Хэлло, Френк, я ищу тебя.
Человек за столом у окна отложил журнал, который читал. Дайана успела заметить, что это был английский научный журнал «Нэйчур».
— Прекрасно, — сказал он, — Это должно было случиться. Теперь я могу сделать еще одну попытку, но умоляю, будь со мной ласковой.
— Не беспокойся, — сказала она смеясь. — Я учла прошлый урок и теперь буду держаться от тебя подальше, — И она отскочила назад, когда он сделал полушутливую попытку схватить ее. — Мне нужно тебя кое о чем спросить.
— Почему я каждый раз танцую минуэт? — спросила она себя. Френк Ван Гельдер был уже женат, и ему стукнуло сорок два года, но иногда он вел себя, как зеленый мальчишка. Но он очень много знает о повадках канис люпус? Канис люпус — северный волк, основатель вида.
— Спрашивай, — сказал
— Имеются ли примеры того, что серые волки активно ищут падаль? Я имею в виду животных, давно погибших.
Ван Гельдер стал серьезным, каким он становился тогда, когда ему задавали серьезные вопросы.
— Канис люпус ищет падаль, — задумчиво произнес он. — Это бывает крайне редко. И чаще всего — это останки человека. В Шотландии и Центральной Европе существует много примеров того, что волки грабят старые кладбища.
Дайана содрогнулась, но Ван Гельдер не заметил этого.
— Нет, — сказал он. — Волки любят свежую добычу.
— Значит, для тебя увидеть волка — даже целую стаю, ожидающую, когда появится падаль, — будет неожиданностью? К тому же, когда вокруг пасутся живые олени.
— Если волк ищет падаль, то это может быть только волк-одиночка. Нет, я не верю, что стая может опуститься до такого. Полярные медведи — да. Они обшаривают льды в поисках падали. Но не волки. И уж во всяком случае, не стая, не социальная группа.
Дайана нахмурилась.
— А сколько волков может быть в стае?
— Примерно столько же, сколько и у других видов волков. И это ты знаешь не хуже меня. Семейная стая — шесть, десять… А если очень холодно, то максимум двадцать.
— Но не сотня?
Он рассмеялся.
— О, Боже, нет. Ты наверное читаешь сказки. Численность стаи определяется возможностью сопротивления жертвы. Совершенно нет необходимости собираться в такую стаю, чтобы затравить три или четыре карибу. И ничто не рассеивается быстрее, чем стадо оленей при нападении волков.
— Значит, ты удивился бы, увидев стаю волков в сто голов?
— Разумеется. Я сказал, что нет необходимости волкам собираться в такую стаю. По крайней мере, с тех пор, как умер последний мамонт.
Она удивилась.
— Последний мамонт?
— Конечно. В Плейстоценовую эру было только два живых существа, способных справиться с мамонтом. Это канис люпус и хомо сапиенс. Волки и люди. Люди изобретали ловушки и оружие, волки совершенствовали зубы и когти. Но и те, и другие научились сотрудничать друг с другом. Я полагаю, что ты не сможешь убить мамонта в открытом бою, один на один. И волки тоже убивали мамонта, собираясь в громадные стаи, до сотни голов. Парочка мамонтов долго служила пищей сотне волков. Но с тех пор, как мамонты исчезли, волкам уже не нужно собираться в такие стаи. Чтобы убить карибу или больного моржа, нужно не более трех-четырех волков.
— Ясно. Спасибо, Френк. Именно это я и хотела узнать.
— Это будет тебе дорого стоить, — со вкусом проговорил он, — это будет стоить тебе времени, а мне денег. Как насчет того, чтобы пообедать на будущей неделе? Кристина уезжает, так что я буду питаться в ресторане.
— Никаких шансов. Я буду в Булдере.
— Булдер? Зачем?
— Мой университет.
— Значит, в Булдере уже есть университет? Почему я последним узнаю об этом?
— Очень смешно, — сказала она, закрывая за собой дверь. И на всем обратном пути она размышляла об арктических волках Стовина.