Волчья страсть
Шрифт:
Ингрид усаживает меня за грубо сколоченный стол и ставит передо мной деревянную миску с мясом и глиняную кружку с каким-то напитком. Сначала делаю глоток — вкус вяжущий, кислый, похоже на черемуху, а потом жадно набрасываюсь на еду. Только сейчас осознаю, насколько голодна.
Ингрид садится напротив, наблюдая за мной с нескрываемым интересом. Взгляд у нее цепкий, изучающий.
— Аррон сказал, ты ничего не помнишь, — произносит она наконец.
— Да, — киваю я, не отрываясь от еды.
— Совсем ничего?
— Совсем. Только свое имя.
Она
— Никогда не видела метку?
— Метку? — переспрашиваю я.
— Не знаешь, что это?
Я отрицательно качаю головой, чувствуя, как учащается пульс. Что еще за метка?
— Даа... видимо, ты действительно потеряла память, — говорит она, и в ее голосе слышится удивление, словно в первый раз она не совсем мне поверила.
Дальше мы сидим в тишине. Я молча доедаю свой обед, а потом Ингрид ведет меня к ручью неподалеку от поселения — оттуда, как она объясняет, они берут воду.
— Скоро вечер, — бросает Ингрид через плечо, — вернется Аррон. Надо натаскать воды в баню. Заняться домом. Чтоб он не прогнал тебя, как Майру.
Открываю рот, чтобы возразить, но вовремя закрываю. Меня это не касается, ведь я собираюсь бежать при первой возможности. Может даже этой ночью.
— Та только и умеет, что ноги раздвигать, — продолжает Ингрид, не оборачиваясь. — Глядишь, брат и метку тебе поставит. Волк же у него теперь есть, хвала богине.
Я молчу. Мне не нужна никакая метка. Я же не племенная корова, чтобы ставить на мне клеймо.
Когда мы добираемся до ручья, я благодарю Ингрид за все и возвращаюсь «домой». В бане беру два ведра и иду обратно. По дороге замечаю знакомое растение. Мята. Отрываю несколько листиков и нюхаю. Точно мята! Можно заварить вместо чая, Ингрид же советовала мне создавать уют. К тому же, мята успокаивает. Может, Аррон крепко уснет... а я сбегу.
Возвращаюсь в баню, ставлю ведра. Очаг здесь давно погас, как, собственно, и в доме. Как развести огонь без спичек или зажигалки, я не знаю. Похоже, план стать примерной хозяйкой на грани провала.
Я не сдаюсь. Снова иду к Ингрид и прошу помощи. Та смотрит на меня с нескрываемым удивлением, потом качает головой и протягивает какое-то полукруглое приспособление из камня и металла.
Я беру его в руки, верчу, пытаясь понять, как это работает. Ингрид тяжело вздыхает и, прихватив пучок какой-то сухой травы, идет вместе со мной в дом Аррона. Там она под моим удивленным взглядом за пару быстрых движений разводит огонь в очаге, снова качает головой и уходит.
Оставшись одна, осматриваю имеющуюся посуду. Ее немного — одна глубокая глиняная чашка и кружка. Интересно, Аррон тоже обедает у сестры?
Наливаю воды в чашку и ставлю на огонь. Жду, пока она закипит, и бросаю несколько листиков мяты. Дом заполняет знакомый аромат. Отливаю часть получившегося напитка в кружку, сажусь на постель, упираясь
Сижу так до самого вечера, пока не слышу какой-то шум снаружи — голоса, смех.
Выхожу на улицу и вижу Аррона. Он идет, волоча за собой огромную тушу, похожую на оленя. По снегу за ним тянется кровавый след.
Рядом с Арроном идет его брат — тот самый альфа, что хотел отдать меня толпе голодных мужиков, — и еще несколько человек. У них тоже добыча, но более мелкая.
Они замечают меня. Смотрят насмешливо. Все, кроме Аррона. Его взгляд хмурый, тяжелый. Опускаю глаза. Не знаю их правил. Должна ли я встречать его? Помогать? Или ждать внутри? Поэтому остаюсь на месте, замерев у двери.
Аррон подходит сам. Бросает тушу прямо у порога, садится на корточки, достает нож и начинает разделывать добычу. Движения уверенные, отточенные. Кровь течет густой струей, окрашивая снег.
— Принеси воды, — бросает он, не глядя на меня.
Захожу в дом, мысленно благодаря Ингрид за полезный совет, наливаю воды в кружку и возвращаюсь к Аррону. Он принюхивается, делает несколько больших жадных глотков, отдает мне пустую тару, а потом вновь принимается за тушу.
Я смотрю, как лезвие режет плоть, как вываливаются внутренности. Улавливаю резкий кислый запах и меня мутит.
— Если еще что-то нужно — зовите, я буду внутри, — выдавливаю я и, не дожидаясь ответа, захожу в дом.
Сижу одна довольно долго. За окном становится совсем темно. Уже думаю лечь спать, как дверь открывается, и в дом заходит Аррон.
Его волосы мокрые — видимо, уже успел помыться.
— Пойдем, — говорит он, кивая на выход.
— Куда? — не понимаю я.
— Ужинать, — в его голосе звучит нетерпение.
До меня не сразу доходит, что он зовет меня к общему костру.
— Я… я не хочу. Можно я останусь здесь?
— Нет! — отрезает он. — Вставай.
Послушно поднимаюсь с постели и иду за мужчиной. В голове проносятся вчерашние воспоминания, и внутри неприятно сжимается.
У костра уже все собрались. Аррон уверенно подходит ближе и занимает свободное место возле альфы. Сажусь рядом, стараясь не встречаться ни с кем взглядом. Замечаю, с какой ненавистью смотрит на меня Майра. Сейчас она сидит далеко, в самом конце, между двух мужчин, с которыми я видела ее днем.
— Сегодня у нас праздник! — громко озвучивает альфа, привлекая к себе внимание. — Мой брат наконец обрел волка!
Он хлопает Аррона по плечу, и толпа одобрительно гудит.
— И он добыл нам ужин. Ешьте! — добавляет альфа.
Мужчины встают со своих мест, подходят к туше, что жарится на костре, и отрывают большие куски. Аррон повторяет их действия, отщипывает немного мяса от своей доли и подносит к моим губам.
У них так принято? Осматриваюсь по сторонам и замечаю, что другие мужчины делают то же самое. Открываю рот, позволяя покормить себя. Аррон не сразу убирает пальцы, и я случайно прихватываю их губами, замечая, как его глаза вспыхивают золотом.