Волчья страсть
Шрифт:
Ее дом совсем рядом, через два от моего. Женщина сидит на лавке и раскладывает пучки трав.
— Эйра, — кивает она. — Давненько ты не заходила. Неужели снова тяжелая?
В ее голосе звучит сожаление. Видимо, помнит, чем заканчивались
— Не знаю, — отвечаю я. — Вот пришла проверить.
— Сейчас…
Она встает и заходит в дом. Возвращается меньше чем через минуту с маленьким зеленым листом в руках и протягивает его мне:
— Держи.
Я машинально принимаю лист и непонимающе смотрю на Тойру.
— Ну, — нетерпеливо говорит она, — чего ждешь? Пожуй и скажи, какой вкус.
Послушно кладу лист в рот и начинаю жевать.
— Сладкий, — озвучиваю свои ощущения.
Женщина тяжело вздыхает.
— Тяжелая, — с грустью произносит она. — Может, в этот раз получится, — добавляет без особой уверенности.
Тяжелая? То есть я… беременна?
— С-спасибо, — отрывисто бросаю Тойре и быстро направляюсь к дому.
Сердце колотится в груди. Неужели получилось?
До самого вечера я пребываю в прострации. Что, если я снова не смогу выносить ребенка? А если смогу? Как буду рожать в отсутствии нормальной медицины?
Сижу на постели, поглаживая свой живот и думаю обо всем. Накручиваю свои страхи. Даже когда мой альфа возвращается с охоты, не выхожу его
Слышу снаружи его тяжелые шаги и резко встаю с постели.
— Что случилось? — настороженно спрашивает Аррон, заходя в комнату. — Ты заболела?
— Нет, я… — запинаюсь, голос дрожит, — …я беременна. Кажется…
Он хмурится, непонимающе смотрит на меня. От волнения я совсем забыла, что ему незнакомо это слово из моего мира.
— У нас будет ребенок, — повторяю я.
В комнате становится тихо. Аррон смотрит на меня, не моргая, застывает и, кажется, даже не дышит. Впервые вижу его таким растерянным.
— Ребенок… — тихо шепчет он.
Опускается передо мной на колени, обнимает руками за бедра и прикладывает ухо к животу.
Секунда. Другая.
Мы стоим неподвижно словно статуи. Потом Аррон поднимает голову и говорит охрипшим голосом:
— Я слышу его.
И тут меня прорывает. Я всхлипываю, по щекам текут слезы. Словно без его подтверждения я не верила до конца.
Аррон поднимается, бережно обхватывает мое лицо ладонями и целует.
— Я люблю тебя, Мира, — признается он впервые за все время нашего знакомства. — Люблю.
— Я тоже тебя люблю, — отвечаю в перерывах между всхлипами.
Его шершавые пальцы безуспешно пытаются стереть влагу с моего лица. Но я не могу остановиться — продолжаю плакать. От счастья.