Волчонок
Шрифт:
— Показывай мне свою ванную. Я сделаю тебе все, что угодно: покрашу, приклею, заделаю, как было, чтобы ты оставил нас в покое.
— Какой ужас! Жаль, что я уже вызвал ремонтную бригаду. Твоя помощь, к сожалению, мне уже не пригодится. — Мистер Альфредо потер ушибленное плечо и продолжил все так же издевательски смотреть на сына.
— Ну и отлично. Я хочу, чтобы ты отозвал у Билла то, что ты ему понаприсылал. Теперь, когда проблема решена.
Альварес задумчиво поскреб заросший подбородок.
— Да если бы она была решена, — с сожалением протянул он. — Но, видишь
— Это какие же? — в тон ему отозвался Том.
— Я ему объяснял, что нельзя пользоваться душем сверх меры.
— Альварес, хватит. Мы оба знаем, что ты злобишься на него только потому, что он предложил мне место жительства. Как и Фиби, до которой ты докапывался все эти годы.
— Я предупреждал: никогда не связывайтесь со мной. У вас до этого еще нос не дорос, — посмотрев на свои ногти, заметил Альварес.
— Я так и знал. Дело лишь в том, чтобы показать всем свой авторитет, — Томас кивнул. — Тогда слушай мои условия. Ты слезаешь с него. И тогда я не доношу о том, что ты вытворяешь в этом доме. Я давно собирался покончить с этим. Я знаю о тебе слишком много, папа. И доказательства у меня найдутся. Так что по-хорошему говорю: отступи.
Мистер Альфредо нехорошо усмехнулся, на секунду опустив глаза. Когда он их поднял, Тома окатило огненной волной бешенства.
— Ты пришел угрожать мне, щенок? Как насчет того, что и у меня есть против тебя кое-какие факты? Интересно, как твой бойфренд посмотрит на то, что ты шизофреник? Может, мне стоит рассказать ему, как ты умеешь ловко залезать в головы к людям и промывать им мозги?
Том замер. Эта беседа принимала очень неправильный оборот.
— Я не шизофреник, — тихо прошипел он. — Это эмпатия*. Я чувствую только тех, кто близок мне по духу. Билл такой же.
— Да-да. Сказка, которую ты придумал, чтобы доказывать людям, что ты не шизик. Ну, а Кернер уже знает о том, что он «такой же»? Ты уже ему рассказал? Готов поспорить, что ни слова, — мистер Альфредо продолжал наслаждаться диалогом.
— Не вмешивай его в это. У нас совсем не те отношения! — огрызнулся начинающий закипать Том.
Мистер Альфредо насмешливо смотрел на своего сына.
— Ты жалок, Томас. Ты для меня — сплошное разочарование. Всегда был, а сейчас особенно. Иди… — он отстранился, чтобы освободить парню проход. — Я ничего не буду отзывать. Но, так и быть, не стану рассказывать ничего твоему дружку. Он все равно узнает рано или поздно.
Томас кивнул. Опустил глаза. А через секунду удар сокрушительной мощности обрушился на домовладельца, впечатывая его в стену.
— Скотина, только подойди к нему еще раз, я тебе ноги вырву, — рыкнул парень прежде, чем успел сообразить, что он делает.
— Убери от меня руки, Томас, — хрипел мистер Альфредо. — Убери.
— Да как ты можешь на родного отца руку поднимать? — из комнаты на шум выскочила миссис Альфредо.
— Он мне не отец, — Том не мог совладать с собой и своим гневом. — Уже давно.
— Выметайся… из моей… квартиры… — хрипло дышал мистер Альфредо, хватаясь за сердце. — Рут, прогони
— Том, уходи от нас. Было лучше, когда тебя не было здесь.
— Я и сам не рад. Не могу здесь находиться. Здесь все насквозь пропахло предательством и равнодушием, — зло бросил он и, сплюнув прямо на пол, громко хлопнул дверью.
— Щенок, — мистер Альфредо трясся, как при лихорадке. — Он мне за это ответит. Оба они ответят. Оба.
***
Промаявшись весь день всякими домыслами и сомнениями, к восьмому часу вечера Билл сидел и нервничал на подоконнике.
У него почему-то было очень нехорошее предчувствие. Первую половину дня он судорожно думал о способе достать деньги. Потом он размышлял, что можно было урегулировать все это мирным способом и попробовать извиниться перед Альфредо. Когда он счел, что это был самый маловероятный вариант, попробовал немного поработать, но макеты упорно не получались — кисть съезжала, шаблоны были как на подбор ужасными, и через пятнадцать минут Кернер бросил это пустое занятие. Ему совершенно не нравилось то, что он был дома один — как никогда захотелось поговорить с кем-то. Но Фиби была не рядом, Том — на своем посту в баре, а Гарри и Грегори…
Вспомнив про братьев, Билл от нечего делать сходил и позвонил им в дверь. Ответом ему была тишина. Наверное, они в своем спортзале. Кернер вернулся домой, попытался почитать, попытался полежать, но и из этого ничего не получалось.
Устав карабкаться на стену, он набрал номер Тома, но нарвался на автоответчик. Абонент недоступен.
— Да что б вы все… — Билл зло встряхнул трубку. — Эл? Ты тут? Эл?
Молчание. Как будто весь мир оглох и просто несся мимо, пока Кернер пытался достучаться хотя бы до кого-нибудь.
Часов в семь домой пришла Фиби, но и это не скрасило одиночества. Билл никак не мог отделаться от неприятного чувства тревоги.
Он вкратце рассказал подруге о произошедшем, на что получил раздраженное: «Я так и знала». Больше тема не поднималась. Девушка принялась мрачно жарить что-то на ужин, потому что сегодня была ее очередь готовить, а Кернер ушел нервничать на окно.
Там он задумчиво пощелкал зажигалкой Тома, взял его сигареты. От Альфредо часто пахло дымом, Билл уже привык к этому запаху. Он вообще привык ко всему; ему даже начало казаться, что этот парень всегда был в его жизни. И теперь моменты его отсутствия тянулись, как жженая резина, неприятная и прилипающая к нервам.
Он вытащил одну сигарету. Чиркнул колесиком. Затянулся. Закашлялся. Бросил пачку в пепельницу, не забыв потушить окурок. И снова стал ждать.
Альфредо не появился ни к одиннадцати. Ни к двенадцати. Ни к часу. Билл сделал еще несколько попыток дозвониться ему на мобильный, потом не смог терпеть больше и, махнув на все рукой, расстроенно сел за руль своей машины и поехал в его бар.
***
— Том. Я ищу Тома, — Билл застыл у двери, засунув руки в карманы джинсов.
Гориллообразный охранник подозрительно осмотрел посетителя с ног до головы. Кернер выдержал взгляд и перевел глаза за его спину, вздрогнув при виде знакомой фигуры у стойки.