Волчонок
Шрифт:
Взгляд парня внезапно остановился на двух фигурах, светлеющих в сгущающихся сумерках. Два человека медленно приближались к подъезду. Том без труда узнал их. Это были Аманда и Билл — они держались за руки и о чем-то оживленно болтали. Остановившись около подъезда, пара некоторое время находилась в непосредственной близости, а затем они и вовсе повисли друг на друге и уже не расцеплялись до самых дверей. Их губы бесконечно соприкасались, как будто эти двое спешили съесть друг друга.
Вереница неприятных мурашек отчего-то побежала у Томаса по спине. Это было ощущение дежавю, похожее на то, что
Том кивнул сам себе и своим мыслям. Подумав еще с секунду, он вышел в коридор, взял свои документы, куртку и ключи от машины.
И вышел из дома.
Он обещал себе никогда больше не пытаться сближаться с людьми и исключений ни для кого делать не собирался.
***
Это была очень странная ночь. Для Фиби она прошла в порывах найти креативное решение идеям, которые роились в ее голове. Для Грегори и Гарри, которые поздно вернулись со своей смены в тренажерном зале, она закончилась пивом, чипсами и наполовину просмотренным фильмом «Пила», над которым парни смеялись как подорванные, пока усталость не унесла их в мир Морфея. Для Тома же она обернулась бесконечно извивающейся, плывущей перед глазами лентой дороги, плывущей перед глазами все то время, уводящей его как можно дальше от Альвареса Альфредо.
Ну а Билл… Он безумно радовался, что ему, наконец, удалось совладать со своим страхом. Он и сам не знал, почему этот вечер для него закончился именно так. Но желание наладить свое существование было в нем достаточно сильно, чтобы попробовать все стороны жизни. И он надеялся, что Фиби была права, когда сказала, что девушка немного отвлечет его мысли.
***
Солнечный свет ударил прямо в лицо. Звук поднимающихся жалюзи мигом выбросил Кернера из приятных объятий утреннего сна, где он нежился после пары часов бесконечных постельных физических упражнений. Молодой человек поморщился и отвернулся.
— Дорогой! Пора вставать, — пропел мелодичный голос где-то рядом с ухом.
Дорогой? — Билл открыл один глаз.
Улыбающееся лицо Аманды нависло над ним. Он почувствовал легкий поцелуй и снова попытался открыть глаза и сесть на кровати. Все тело ломило. Некоторые мышцы болели, как после подъема по лестнице. Это были не очень приятные ощущения.
— О-о-о… Что вчера было?.. — с трудом протянул Билл, все же принимая сидячее положение.
— Вчера все было очень и очень замечательно, — Аманда светилась как горсть золотых монет. — Ты действительно потрясающий парень, Билл.
Кернер с натяжкой улыбнулся. Теперь воспоминания о вчерашней бурной ночи тоже вернулись. От стыда уши парня приобрели цвет свеклы.
— А… Да, было… здорово?
— Конечно, здорово! — она похлопала его по плечу. — А теперь марш завтракать! Тебе надо восполнить запасы белка в организме!
Билл снова содрогнулся. Ощущение неправильности, полного непонимания себя и своих ощущений накрывало его с головой. Еще никогда он не чувствовал столько странных и разных эмоций сразу.
— Мы сейчас с тобой поедим, потом на пробежку. А потом у меня на тебя кое-какие планы — мы с тобой пройдемся по магазинам. Кстати, ты знал, что у нас неподалеку есть очень красивый парк? Я отведу
— Аманда? — Билл перебил поток ее мыслей. — Я не смогу сегодня, у меня в… — он кинул быстрый взгляд на часы, — в одиннадцать? Да, в одиннадцать… назначена встреча.
— Встреча? — карие глаза расширились от удивления.
— Ну да. По работе. Собеседование, — бессовестно плел Билл всякую чушь.
— Ладно, не страшно. Но вечером-то ты мне сможешь составить компанию? Мы могли бы…
— Я боюсь, что я очень устану вечером, — снова перебил ее Билл. — Может, в другой раз? Завтра или послезавтра?
Аманда замерла. На ее лице не отражалось ни грамма понимания.
— Что-то не так? Я что-то сказала или сделала, что тебе не понравилось? — удивленно спросила она.
— Нет, — Билл выпрыгнул из-под одеяла и поспешно надел свои боксеры. — Нет, ты была на высоте… крошка, — зачем-то добавил он и тут же мысленно отвесил себе очень сильного пинка.
— Крошка? — Аманда пошатнулась от удивления. — С тобой точно что-то не так. Готова поклясться, такое общение точно не в твоем стиле. У тебя точно нет множественной личности или чего-то такого?
Билл сейчас не был уверен даже в том, что его зовут Билл. Тот Кернер, которого он знал всю свою жизнь, ни за что бы не сделал ни одной из тех вещей, что творились вчера ночью в этой постели. При воспоминании о множественной личности Билл занервничал.
— Нет. Знаешь, я… опаздываю. Вот и все. Не люблю опаздывать, — между короткими обрывками фраз он умудрился найти в горах одежды свои носки и джинсы. Майку он не стал даже одевать — перекинул ее через плечо, взял свои кроссовки и отправился к двери прямо так. Аманда все это время смотрела на него очень большими и удивленными глазами.
— Я тебе позвоню, — бросил парень уже с порога и был таков.
Сказать, что его новая девушка сейчас поняла хоть что-нибудь из его бессвязной болтовни, значило бы очень капитально соврать.
***
Стремясь как можно быстрее добраться до своей квартиры, Билл пару раз споткнулся о ковер, расстеленный от самого лифта по всей длине коридора. В его голове, в его душе сейчас был полнейший хаос.
Он на секунду в удивлении застыл около своей двери, когда, наконец, добрался до знакомых цифр «483». Дверь, несомненно, была его. Но теперь на полированном дереве красовались глубочайшие, словно выпиленные лобзиком светлые царапины. Кернер застыл от удивления. Спустя несколько секунд рассматривания «шедевра», он понял, что они складывались в весьма явное и очень хорошо читаемое слово: «FAGGOTS» (*прим. автора – с англ. «педики»).
Он удивленно провел пальцами по царапинам. Кому могло прийти в голову сделать это?
Парень недоуменно огляделся и, все же достав ключи, попал в свою квартиру. Он молился, чтобы Фиби была на месте и немного оттаяла. Необходимо было с кем-то поговорить.
Ему повезло. Девушка была дома. Но со вторым пунктом было сложнее — как только Билл зашел, она тут же отвернулась от него и сделала вид, что сильно занята окрашиванием своих ногтей в ядовито-розовый оттенок.
— Фиби. Ты видела нашу дверь? — Билл отбросил все тревожащие его мысли и попытался сначала выяснить мелкие жизненные обстоятельства.