Волчонок

-Joy-

Еще минут пятнадцать оба парня не шевелились. В коридоре щелкнул замок. В дверях появилась уже собранная и одетая Фиби.

— Что, плохо? — ехидно поинтересовалась она.

— Очень, — простодушно отозвался Билл.

— Поделом, — тут же наградила его ответом девушка и скрылась в своей половине квартиры.

— За что всегда любил ее, — Том поднял указательный палец, не отрывая лица от ковра, — так это за ее замечательную дружескую поддержку и чуткость.

Билл мрачно кивнул. Он был готов растянуться

и лечь рядом с Альфредо, но очень боялся пошевелиться.

***

Том ушел ближе к вечеру, но Билл не смог и не стал его задерживать потому, что парень снова стал весьма отстраненным. Он молчал почти все время, а Кернер не стремился к поддержанию разговора — ему и самому было достаточно плохо.

— Я пойду, Билл, спасибо тебе за компанию, — только бросил сосед напоследок.

— Ты на меня не в обиде? — брюнет прислонился к косяку.

Том поднял на него взгляд. Получилось немного мягко и неловко.

— Нет. Нет, Билл, — он слегка склонил голову. — Спасибо тебе. За все.

Затем внезапный вчерашний гость тихо вышел и затворил за собой дверь, а хозяин квартиры так и остался стоять в размышлении, чем ему сегодня занять себя. Планов не было никаких. Фиби молчала, явно страшно раздражаясь присутствию своего бывшего друга, Грегори и Гарри были заняты в свою смену в тренажерном зале, так что Билл был предоставлен сам себе. Он задумчиво почесал затылок. Похоже, для него это значило всего лишь очередной вечер дома наедине со своими мыслями. А заодно и с компанией, которая периодически не давала ему покоя.

Но сначала все же надо было помириться с Фиби.

***

Мистер Альфредо злобно выключил камеру наблюдения, по которой он только что отсмотрел все, что происходило в подъезде в районе двенадцати часов вчерашнего вечера.

В коридоре хлопнула дверь. Усталый и встрепанный Томас появился на пороге, с трудом держась на ногах.

— Привет, отец. Пока, отец, — он попытался пройти мимо в свою комнату.

— Хорошо вчера повеселился с твоим новым дружком-гомиком? — вместо приветствия бросил ему Альварес.

Том смотрел на него с несколько секунд, затем ехидно фыркнул.

— Да. Замечательно, — он пожал плечами. — У нас было все и даже больше.

С поразительной для своего возраста скоростью, домовладелец оказался рядом с сыном и прижал его к двери.

— Сукин сын. Вон из моего дома, — раздельно прошептал он. — Я не для того пустил тебя сюда, чтобы ты делал все, что и раньше.

— Отпусти меня, Альварес, — глаза молодого человека зло сузились. — У меня вполне достаточно силы, чтобы показать тебе, насколько я зол.

Он резко оттолкнул старика от себя. Проходя мимо него, Том глянул на него сверху вниз.

— Не тебе мне указывать, как жить эту жизнь, — дверь его комнаты шумно захлопнулась мгновение спустя. — Больше не тебе.

Альварес пнул от злости пачку старых

газет в прихожей. Затем сорвал с вешалки куртку, бросив ее на пол. Затем стукнул ладонью по двери в комнату Тома.

— Ты знаешь меня, мальчишка! Мне ничего не стоит отправить тебя туда, откуда ты еле вырвался!

Из-за двери не донеслось ни звука. Том никак не прореагировал на эту угрозу.

Мистер Альфредо тихо и зло дышал. Он достал из нагрудного кармана клетчатой рубахи ингалятор и поспешно вдохнул порцию лекарства. В его сознании, искаженном от бешенства, все еще маячили две фигуры, обнимающиеся около лифта. Как наяву мистер Альфредо видел своего сына в руках мальчишки с одиннадцатого этажа, который посмел столь нагло вторгаться в их жизнь.

— Чтоб вы все горели синим пламенем, — зло процедил домовладелец и взял со стола отвертку, крепко сжав ее в руке.

У него тоже было еще достаточно сил, чтобы демонстрировать свое недовольство. Кернер переполнял чашу его терпения и с этим надо было что-то делать.

***

— Фиби, брось. Ты не можешь не разговаривать со мной вечно, — Кернер все же не выдержал мучительных пыток алкоголизма и решил попробовать помириться с той девушкой, которая на него серьезно надулась. — Ты мне можешь выделить всего одну таблетку? Ты же говорила…

Девушка, не оборачиваясь, открыла ящик стола и достала оттуда какие-то зеленые капсулы. В парня немедленно полетела упаковка. Билл поймал то, что прилетело ему в руки. Прочитав название, он закатил глаза.

— Слабительное. Очень остроумно.

— Самое эффективное средство, которое я знаю, — буркнула она и снова увлеченно склонилась над столом.

Сегодня она предпочла склеивать свои шедевры из монеток, бумаги и какой-то соломы. Кернер опасался лезть ей под руку, но ему действительно было очень надо.

— Слушай, ладно тебе, — заныл Билл. — Ну прости, что не предупредил!

— Ты все равно меня не слушаешь! Зачем тебе мое общение? — отозвалась ему соседка.

За ее спиной ненадолго замолчали, обдумывая ответ.

— Потому что ты единственная, с кем я могу тут поговорить! — Ну… почти…

— Билл? Серьезно. Я занята. Если тебе нужно лекарство — сходи и купи. Или попроси его у Альфредо. Уверена, он тебе не откажет.

Напряженное молчание повисло в комнате. Оба обитателя квартиры искали способы наладить конфликт. Вернее, искал один Билл, Фиби не хотела даже поворачиваться. Преодолев в себе последнюю гордость и — что было в разы хуже — пьяную дрожь, Билл подошел к ней и встал рядом, отбрасывая на девушку виноватую тень.

— Мне очень жаль, что так получилось второй раз. Но Том… у него фактически нет дома. И я тоже стою меж двух огней, потому что мне он не кажется плохим парнем. Мне было скучно. И мы с ним просто… Болтали. В этом же нет ничего плохого.