Волчонок

-Joy-

Гарри встрепенулся, как подстреленный воробей.

— Аманда?

— Черт. Включайся скорее! — девушка жалела, что не может посмотреть в его сторону и сжечь его взглядом. Она все еще заслонялась ладонью. — При чем тут она? Она бы, наверное, спала не отдельно!

— Да. Да, верно, — Гарри согласно закивал и расслабленно осел в кресле. Все остальные мелочи мигом перестали его тревожить.

— Там Том, — зашипела Фиби. — Альфредо. Он все еще тут!

Гарри повернулся в ее сторону. Теперь

и в его лице читалось нескрываемое беспокойство.

— Тот? Который был там вчера? Погоди… Они что… Э?

— Я понятия не имею. Они ввалились пьяные. И легли спать. До сих пор ни звука из комнаты. Билл совершенно меня не слышит. Нам надо что-то сделать, это не может так продолжаться.

— Это и ежу понятно, — Гарри кинул на нее мрачный взгляд. — Подваливай к нам. Это нельзя обсуждать так.

— Только если ты оденешь хотя бы трусы! — взмолилась Фиби.

Сосед закатил глаза, однако девушка казалась готовой отстаивать свою позицию во что бы то ни стало.

Через пять минут они сидели на кухне у братьев, где весьма недовольный Грегори накладывал всем по тарелкам торт.

— Будешь? — вежливо предложил он Фиби.

— Он со стеклами? — осторожно осведомилась она.

— Не смей оскорблять мою кулинарию! — окрысился парень. — Я стараюсь, как могу, чтобы прокормить эту семью.

Фиби опасливо покосилась на произведение искусства. Постучав ложкой по шоколадной глазури она услышала звук, который мог бы издать покрытый цементом кирпич. Она вежливо улыбнулась и обошлась одним кофе.

— Короче. Ваши идеи?

— Как я понимаю, уговоры не помогли?

— Абсолютно. Альфредо продолжает к нему липнуть. Билл не понимает, с каким козлом собирается связаться.

— Да с чего ты взяла, что он собирается? Он же не гей.

— Какая разница! Я не хочу, чтобы он даже дружил с ним, — поморщилась девушка. — Он совершенно не умеет защищаться. Вы же знаете Альфредо, он ни перед чем не остановится.

— Да что ты как мать-наседка? — встрял Грегори. — Он большой мальчик. Сам за себя решит.

— Ты его не знаешь, — резко отозвалась мулатка. — Он до сих пор переживает за ту ночь, когда мы его напоили. Чувствую себя ужасно из-за этого.

— Ты вроде говорила, он ввалился вчера домой пьяный. Значит, мальчик быстро учится! — весело заметил Гарри.

В него немедленно полетело печенье.

— Черт. Я как знала, что вы не поймете. И чего я с вами говорю? Дураки. — Фиби гневно встала со своего места.

— Да погоди ты орать, мамаша. — Гарри задумчиво почесался. — Я не говорю, что мы не будем ничего предпринимать. Мы понаблюдаем за Элом.

— Тьфу, не называй его так, — Фиби передернулась. — Он больше не Эл. Эл был нашим другом. А этот… Для меня он умер как личность сразу, как смылся без объяснений.

—

Ты совершенно не готова поверить в то, что он мог измениться?

— Нет, — отрезала девушка.

Гарри и Грегори переглянулись. Затем все трое с сомнением посмотрели друг на друга.

— Ладно. Мы посмотрим, — резюмировал Гарри. — Твоя задача — сделать все, чтобы как можно дольше оставаться у Билла. Мы хреново следим за такими делами.

— Без тебя знаю, — огрызнулась Фиби. — Мне придется терпеть дома этого Альфредо… Фу.

На этих словах она совершенно без аппетита принялась за несъедобный торт, проклиная на чем свет стоит бога кулинарных искусств, который не наградил Гарри небесным даром делать нормальную выпечку.

***

Открыв глаза, Том увидел очень необычную картину. Это было похоже на ворс ковра, маячащий в десяти сантиметрах от его носа.

Жалкие секунды отделяли его от столкновения. Альфредо не понял, как это случилось, но он тут же больно приложился лбом об эту приятную мягкость и ощутил на своей шкуре всю прелесть состояния под названием «утреннее похмелье».

Он крепко выругался.

— М-м-м… — простонал во сне Билл, услышав шум, и открыл глаза. — Что-о-о…

Та же самая мысль пришла в голову и Тому. Он бы тоже очень хотел знать, что это все значило. Воспоминания жужжащим ульем кружились в голове и ни одно из них не давало особой ясности.

Том поднял глаза. Увидев с пола того, в чьей комнате ночевал, он обреченно ткнулся обратно лицом в ковер.

— Я так и знал, — тихо донеслось до Билла.

— Что знал? — простонал в ответ Кернер, который уже начал уставать от такого образа жизни.

— Ты затащишь меня к себе.

— Ну и что. Какая уже разница. Никто же не умер.

Том показал ему с пола фак. Это было все, на что он оказался способен.

Они лежали молча еще минут пятнадцать. После этого Билл все же сделал усилие подняться и дойти до кухни. Его мучила страшная жажда. Ему показалось странным, что он не обнаружил Фиби. Он налил два стакана воды, для себя и для Тома. Зайдя в комнату, он обнаружил, что тот все еще лежал лицом в ковер.

— Ты живой? — Билл осторожно поднес ему стакан. — На водички.

Немощная рука потянулась за стаканом. Альфредо с трудом координировал свои движения.

— Черт. Давно я так не ужирался. Старею, наверное, — тихо заметил он, с трудом фокусируя взгляд.

— А я никогда не ужирался. Вообще. Все началось, только когда сюда приехал, — поделился горем Билл.

Он сел на ковер и опустил лицо в ладони. О том, чтобы продолжать сегодня собеседования не могло быть и речи. Кернер сомневался, что он вообще сможет выйти из комнаты.

— Добро пожаловать, — мрачно пошутил Том.