Волчонок

-Joy-

Билл стоял в прихожей и внимательно изучал свое осунувшееся и побледневшее отражение. Сказать, что новая жизнь приносила ему кайф или хотя бы вошла в колею, значило очень и очень капитально соврать. Он успел не так много — разобрал сумки и сделал пару важных звонков. В остальном его существование все еще напоминало руины и разруху.

На днях ему звонили родители. Пришлось врать, что все идет хорошо и ничего аномального не происходит. Билл не хотел волновать свою мать и доставлять радость отцу. Он не собирался сдаваться, несмотря на череду неудач. За все это время единственным… человеком?.. с которым ему удавалось

поговорить, был голос, сживающий его со свету. Кернер не знал куда себя деть от этой назойливой болтовни. Кроме того, никто из его новых друзей с ним не пересекался. Билл и сам не искал с ними связи — смотреть в глаза людям, с которыми он так внезапно разделил свою личную жизнь, не было никаких моральных сил и желания. Он только раз виделся с Грегори и Гарри, когда вышел на балкон подышать свежим воздухом. Идею о том, чтобы выяснить, с кем у него был физический контакт он забросил, потому что боялся узнать подробности. Аманда, как он полагал, исчезла из виду по той же причине. Был шанс, что они вообще могли не увидеться никогда в жизни, и сейчас эта мысль приносила облегчение. Пока было трудно сказать, что делать со всем этим навалившимся грузом.

Кернер стоял и задумчиво смотрел на газету в своей руке. Красным маркером были обведены несколько объявлений. Каждое предлагало воспользоваться услугами опытного психолога. Это казалось самым разумным решением ситуации, и, как бы ни хотелось не возвращаться к тому, с чего все это началось несколько лет назад, сейчас выбор был не велик.

Парень как раз договорился о визите, когда вдруг в квартире наверху раздались громкие крики, хлопанье дверей и жуткий топот. Кернер протер ладонью усталое лицо и задумчиво посмотрел на дверь. С той вечеринки, кроме остальных проблем, ему приходилось периодически выслушивать жалобы Фиби на то, что Альфредо в этот раз точно сживет ее со света. Сосед, конечно, говорил ей, что все будет в порядке, но что-то в этом шуме на сей раз насторожило его. Он надел свою домашнюю футболку и отправился посмотреть, все ли в порядке.

Мне кажется, у кого-то сейчас будут большие проблемы, — радостно подсказал ему голос, пока они преодолевали свой путь по коридору до лифта.

Мне кажется, это не твое дело… — вяло отозвался Кернер. За все это время он уже смирился с тем фактом, что избавиться от этой компании ему будет непросто. Но убедить себя в том, что это нормально — отвечать кому-то, кого было даже не видно — так и не удалось.

На твоем месте я бы не стал туда ходить, — продолжал давать наставления невидимый собеседник.

Заткнись, — зло завершил Кернер эту традиционную беседу. Они всегда заканчивались одним и тем же.

Поднявшись на этаж, где жила Фиби, парень почти лишился дара речи. Он ожидал увидеть многое, но только не то, что увидел: дверь квартиры соседки была открыта, из нее, одна за другой, вылетали вещи различной степени весомости. В коридоре, довольный и улыбающийся, как стоваттная лампочка, стоял мистер Альфредо. За его спиной толпились какие-то люди и Фиби, пытающаяся что-то им объяснить.

— Вы не можете этого делать, — кричала она, — это частная собственность! Нарушение прав!

— Ты тоже нарушаешь права. Я предупреждал тебя, Соммерс, я предупреждал! — злорадствовал Альфредо. — На тебя в этом доме больше всего жалоб, мне ничего не стоило получить ордер на твое выселение.

— Альфредо! Ты не

имеешь права лапать мои вещи! — Фиби удалось выхватить у одного из мужчин свой кожаный кейс с кистями и красками. — Не трогайте это.

— Твое извещение лежит у меня на столе уже неделю. У тебя было время собраться. Если ты этого еще не сделала, это только твои проблемы.

— Но я его увидела только сегодня!

— Это твои проблемы, как я уже и сказал. — Альфредо кивнул головой людям в форме. — Выносите все, кроме мебели.

— Это незаконно! — попыталась девушка встрять еще раз. Альфредо посмотрел на нее с гаденькой усмешкой.

— А ты попробуй докажи, Соммерс, — его острый взгляд полоснул Фиби по лицу. — Так ты сказала, когда поцарапала мою машину?

Девушка открыла рот. Она не знала, как еще могла повлиять на ситуацию.

— Фиби, — Билл подошел к ней, удивленно окидывая взглядом помещение. — Что тут творится?

— Билл, — глаза ее были красные. — Меня выселяют. Альфредо… — она не смогла продолжать. Слезы мешали ей говорить.

Все шло к этому… — меланхолично заметил голос.

Билл удивленно открыл рот. Такого поворота событий он не ожидал.

— Одну минуточку, — парень опомнился. — Можно взглянуть на документы?

— Да, пожалуйста.

К ногам Билла тут же полетели бумажки. Кернер не стал возмущаться подобной грубости. Он наклонился и поднял их, чтобы внимательно изучить. В действительности, Фиби Соммерс, чье имя упоминалось в самом начале, должна была покинуть помещение дома по адресу *** не позднее сегодняшнего дня. Перечень жалоб, подписанный размашистой раскорякой мистера Альфредо, прилагался.

Ого. Публичные домогательства, разврат, аморальное поведение… В каком веке встречались такие формулировки? — поинтересовался голос, который, как и всегда, следил за ситуацией и не мог смолчать.

— Мистер Альфредо, я уверен, все это можно как-то решить… — попытался встрять Билл.

— Нет, парень. Решить это можно было до того, как вы начали портить мое личное имущество.

Фиби всхлипнула. Ее тонкие руки обвились вокруг шеи Билла, и она зарыдала ему в футболку. Кернеру искренне хотел бы ей помочь, но сердце его отбивало бешеный ритм, а решение почему-то никак не находилось.

А что, если… — внезапно само по себе вспыхнуло в голове.

— Значит, вы хотите ее выселить. Фиби. Сколько составляла твоя арендная плата?

— Какое это теперь имеет значение?

— Нет, это важно. Скажи мне.

— Примерно тысяча долларов. Не так уж много, — раздался невнятный отклик.

Билл кивнул.

— Эта квартира, она была записана на твое имя?

— Да, Билл. Но я не понимаю, к чему ты…

Брюнет просиял. Он знал, что перечеркнет все свое существование в доме тем поступком, который собирался совершить.

— Погодите, — он остановил мужчин, опечатывающих коробки с вещами. Отнесите все это в квартиру ниже. С мебелью мы потом разберемся.

Перекошенное лицо мистера Альфредо тут же возникло прямо возле его носа.

— Нет, Кернер. Единственное, куда она пойдет сейчас, это на выход. Тебе ясно?

— Да? — злой и совершенно не настроенный на дебаты Билл сейчас был готов вмазать этому чертовому старику. — А ты проверь меня, Альфредо.

Кернер сложил руки на груди и посмотрел сверху вниз на начинающего зеленеть, как плесень на сыре, домовладельца.