Волчок
Шрифт:
— Я сделаю это только тогда, когда всех отсюда выпустят, — эта мысль вывалилась изо рта раньше, чем Влад успел сообразить, но произнес он ее твердо.
— Ничего себе, — пораженно усмехнулся "байкер". — Как ты себе это представляешь?
— Да ваще легко. Берешь ключ, и открываешь двери.
— А потом Лютомир берет мою семью и вышвыривает из города. Князь выполняет не только обещания, но и угрозы. Поэтому предлагаю выбор: я могу просто усыпить тебя дротиком и напоить, или ты сам это выпьешь, и я принесу тебе еды, — нехотя добавил «байкер». — Ну и всем, кому скажешь. Так и быть.
Влад задумался. Уродливая окрысившаяся морда,
В исступлении он таращился на охотника, оттягивая время.
— Я уже устал повторять, что я не оборотень, — он встал и подошел к решетке. — Если вы наконец успокоитесь… давай сюда.
Влад принял протянутый между прутьями маленький черный пузырек из толстого стекла, напоминающий бутылочку из-под духов, повертел в руке, недоверчиво разглядывая. А потом замахнулся и швырнул об стену.
Пузырек с придурковатым стуком отскочил и пустился в нижний брейк, прыгая и катаясь по полу. Влад и Элексий синхронно дергали головой, следя за его передвижениями, пока он не остановился у решетки. Наступила тишина. Недавний звон все еще оседал в ушах.
Парни изумленно смотрели на бакляшку с налипшими на нее волосками грязного сена. Потом перевели взгляд друг на друга и одновременно дернулись с места. Влад легко опередил охотника и схватил бутылек, собираясь на этот раз поступить умнее и просто вылить содержимое в щель. Но его схватили за другую руку. Держа отвар как можно дальше от решетки, Влад нарочно выронил его. Он недоуменно уставился на Элексия, который почему-то не отпустил его, а вцепился еще крепче.
В следующую секунду руку прострелила оглушающая боль. Все мышцы мгновенно напряглись до предела. Легкие непроизвольно сжались. С ним такое было только однажды, в детстве, когда он зачем-то разгрыз провод от телевизора. Надо же, что вспомнил, а главное вовремя.
В этот раз удар был сильнее. От сцепленных рук даже прыгнули искры, как от шерстяного свитера и с треском прыгнули на прутья решетки.
Элексий отпустил руку и шмякнулся на задницу. Влад упал назад себя на сено. Сознание было при нем, а вот тело не слушалось, словно не принадлежало ему. Волосы на затылке и шее ощутимо вздыбились. Хотя, конечно, не так как у его нового знакомого.
Охотник встал, оперся на колени и тряс головой и моргал, чтобы прогнать "молнии" из глаз.
— Вот это я жахнул…, — просипел он делая глубокие вдохи и медленные выдохи.
Придя в себя, Элексий не спеша отпер ключом дверь и вошел в камеру. При этом каждое прикосновение к чему-либо отдавалось легким разрядом, от чего он дергался и непроизвольно ругался.
Он подобрал пузырек, подошел к лежащему пленнику и, не обращая внимания на слабые попытки сопротивления, взял парня за щеки и влил отвар ему в рот. Почти весь. Часть Влад вдохнул, закашлявшись, а остальное расплескалось ему за шиворот и охотнику на одежду.
— Ну, — цыкнул Элексий, отряхивая с куртки жидкость напоминающую застоявшийся чай. — Как-то так.
Он взялся за дверцу и снова дернулся от микроразряда.
— Не смотри на меНЯ, как русалка на уху. Я из-за тебя теПЕРЬ… теперь....
— Пикачу недоделанный, — мстительно прокашлял Влад.
— НЕ… не знаю, кто это, глАВ-ное, что и тебе досталось.
—
— Обращайся.
Элексий улыбнулся своему же каламбуру и вышел. Запирая за собой дверь, он уронил ключи и смог поднять их только с третьего разряда..., то есть раза.
— Не скучай, я скОР-ро вернусь, — сказал он Владу, оглянувшись в последний раз.
Тот еле-еле поднял руку и показал средний палец.
Охотник направился к выходу, нервно хихикая и дергаясь от остаточного электро-тика.
Влад попытался встать. Он хотел вызвать рвоту и избавиться от проглоченной отравы, но какая-то его часть вдруг воспротивилась этой идее, представив привычный для него процесс как что-то страшное и недопустимо мучительное. К тому же он потратил остатки сил на последний жест.
Он понимал, что повторялся. В Яви он так никогда не делал, обычно просто убегал. Поэтому толком не научился интересно посылать. Оказалось, что это очень нужный навык в Нави.
— Дерьмо, — досадливо выдохнул он, одним словом описав свое положение, свою неоригинальность и вкус отвара, и бессильно уронил голову на грязное мокрое сено.
Глава 35 Стакан наполовину пылен
В дороге Север не смог сомкнуть глаз. Не столько потому что за спиной лежал полуживой кентавр, сколько из-за более живой компании. Охотник с забавным именем Зюмик оказался отнюдь не забавным человеком, рассказывающим не очень забавные вещи.
Увидев, как Север любуется проплывающим мимо пейзажем, он подметил:
— Красиво.
— Ага.
— Хороша Навь без нечисти. Сразу чувствуется народная свобода и сила.
— Ну… да? — с подозрением согласился Север.
А потом Остапа понесло. Охотник стал с горячностью народного агитатора расписывать в красках, как люди выберутся за пределы долины и заполнят всю Навь. Потом стал жаловаться о том, что ему приходится рисковать жизнью и тратить время, развозя продукты для простолюдинов, хотя это должны делать такие же простолюдины. А талантливые и сильные охотники как он должны командовать отрядами, а то и городом, ведя народ в светлое будущее. В подтверждение своих лидерских способностей он показал татуировку, которая из-за обилия стрел походила на штрихкод, опоясывающий все предплечье. Север подавился бутербродом и выдавил из себя брезгливое "ого". Польщенный реакцией собеседника Зюмик еще несколько часов рассказывал про каждую убитую им тварь. А потом перешел на советы и рецепты, как лучше приготовить кентавра или баюна.
Север отчаянно старался сохранять заинтересованный вид и даже поддакивал, когда мог. Но внутри все больше боялся, что Зюмик заметит его свернувшиеся в трубочку уши, заподозрит в неодобрении и прирежет его. Прямо как своих товарищей, чьи тела, наверное, уже доели пересмешники.
Когда появились пересмешники, им пришлось потеснить кентавра и раненого охотника. Зюмик, всадив с каким-то садистским удовольствием кентавру очередной дротик со снотворным, сел прямо на него. И еще посмеялся над Севром, который настолько боялся кентавра, что втиснулся в противоположный угол у задних копыт. Но по крайней мере заткнулся. Севру и так стоило больших усилий, чтобы не спихнуть его с Йура. А когда Зюмик пригревшись на горячем лошадином боку, привалился к стенке и заснул, Север, практически вися, на перекладине клетки, чтобы не отдавить Йуру ноги, боролся с желанием связать охотника и выпустить кентавра.