Воины бури
Шрифт:
— Так же страшно, когда дрался с тобой, — съязвил я.
— Наложил в штаны, значит? — ухмыльнулся он.
— Мы позаимствовали корабль у твоего братца! — рассмеялся я.
— Вижу! — он вложил меч в ножны. — Теперь ты в безопасности! Отсюда до берега уже глубоко!
— Гребите! — крикнул я гребцам, те распрямились на скамьях, Сэброга пролетела последние несколько ярдов и выскочила на гальку. Я сошел с рулевой площадки, перевалился через правый борт, плюхнулся в воду, что доходила до бедер, и чуть не потерял равновесие, но Сигтрюгр спрыгнул со своего валуна,
Даже отсутствие глаза не умаляло его красоты – ястребиное лицо, светлые волосы, всегда улыбающийся, и я прекрасно понимал, почему Стиорра уплыла с ним из Британии. Я искал для нее мужа среди воинов Мерсии и Уэссекса, того, кто бы соответствовал ей по уму и неистовой пылкости, но она сама сделала выбор и вышла замуж за моего врага, который теперь стал союзником. Я был рад его видеть, даже удивлен той волной удовольствия, что почувствовал.
— Ты, похоже, не спешил, господин, — весело сказал он.
— Я знал, что тебе ничто серьезное не угрожало, — ответил я, — так с чего было спешить?
— Потому что у нас эль кончился.
Он повернулся и прокричал стоявшим на скалистом склоне.
— Можете спрятать мечи! Эти мерзавцы — наши друзья! — он дернул меня за локоть. — Пойдем, познакомишься с внучкой, господин.
Но Стиорра пришла сама, ведя девочку за руку, и признаюсь, у меня перехватило дыхание. Но слезы застлали мне глаза не при виде ребенка. Я никогда не любил маленьких детей, даже собственных, но любил свою дочь и понимал, почему Рагналл развязал ради нее войну. Стиорра стала женщиной, статной и уверенной, так похожей на мать, что мне было больно на нее смотреть. Стиорра, улыбаясь, подошла и почтительно присела.
— Отец, — сказала она.
— Я не плачу, — сказал я, — просто соринка попала в глаз.
— Да, отец, — ответила она.
Я обнял её и привлек к себе. На ней было темное платье из прекрасно вытканного полотна, а поверх него — черный шерстяной плащ. С шеи свисал молот из слоновой кости с золотым ожерельем вокруг. Волосы Стиорра зачесала высоко, сколов заколками из золота и слоновой кости. Она шагнула назад, чтобы подвести ближе дочь.
— Твоя внучка, — сказала она, — Гизела Сигтрюгрдоттир.
— Попробуй еще выговорить такое.
— Характер не слаще.
Я посмотрел на девочку, которая была так похожа на свою мать и бабушку. Смугленькая, с большими глазами и черными волосами. Она смотрела серьезно, но поскольку нам было нечего друг другу сказать, мы оба молчали. Стиорра посмеялась над нашим немым знакомством и повернулась поприветствовать Финана. Мои люди уже швартовали Сэброгу, длинными канатами привязывая её к валунам.
— Ты, наверное, захочешь оставить людей на борту, — сказал Сигтрюгр. — Два корабля моего брата стерегут залив. Хрёсвельг и Нидхёгг.
— Хрёсвельг теперь наш, — ответил я, — скоро и Нидхёгг станет. Оставшиеся два тоже захватим.
— Ты захватил Хрёсвельг? — спросил он, удивленный известием.
— А ты разве не видел? — спросил я, но глянув на юг, заметил, что острова скрыли из виду встречу Сэброги с Хресвёльгом.
—
— Их команды? — спросил он, пытаясь осмыслить услышанное.
— Твои, — ответил я, намеренно сбивая зятя с толку ворохом добрых вестей. Сигтрюгр посмотрел мне через плечо, и обернувшись, я увидел, что из-за мыса показался Хрёсвельг. Орвар вновь занял место кормчего. Я продолжал смотреть, и вскоре вслед за Хрёсвельгом последовал второй корабль.
— Должно быть, Нидхёгг, — сказал я Сигтрюгру.
— Он самый.
— Орвар Фрейрсон присягнет тебе на верность. Полагаю, Бьярк тоже, как и каждый член их команды. Если кто откажется, предлагаю бросить их на острове, если только ты не решишь их убить.
— Орвар присягнет на верность? — удивился он.
— Подозреваю, что Бьярк тоже.
— Если Орвар с Бьярком присягнут, — нахмурился Сигтрюгр, пытаясь уловить значимость сказанного, — то их команды тоже. Все до единого.
— Орвар уверен, ему удастся уговорить оба оставшихся корабля последовать его примеру.
— А как тебе удалось уговорить... — начал было зять, но смолк, всё еще пытаясь понять, каким образом судьба вдруг переменилась. Он проснулся в осаде, а теперь располагал небольшим флотом.
— Как? — переспросил я. — Предложив ему земли, много земель. Кстати, твои земли, но не думаю, что ты станешь возражать.
— Мои земли? — спросил он, окончательно сбитый с толку.
— Я сделаю тебя королем Эофервика, — заявил я с таким видом, словно каждый день этим занимался, — и всей Нортумбрии. Не надо благодарностей!Но зять и не пытался меня благодарить, просто пораженно уставился.
— Но будет несколько условий! А пока мы должны снарядить корабли в путь. Стало быть, придется выкинуть часть балласта, потому что корабли будут забиты под завязку. Мне сказали, что погода в этих краях способна перемениться во мгновение ока, но теперешняя, похоже, продержится. Мы должны отбыть как можно скорей. Дудда советует отплыть во время отлива, так что, может, завтра утром?
— Дудда?
— Мой кормчий, — пояснил я, — обычно пьян в дым, но на нем это не сказывается. Значит, завтра утром?
— Куда мы направляемся? — спросил Сигтрюгр.
— В Кайр Лигвалид.
Зять тупо на меня уставился. Очевидно, он никогда не слышал про это место.
— Кайр, как там его, где это? — спросил Сигтрюгр.
— В той стороне, — махнул я на восток, — день пути.
— Королем Нортумбрии? — спросил он, пытаясь понять, что я предлагаю.
— Если ты согласен, то я сделаю тебя королем Нортумбрии. Вернее королем Эофервика, но владелец этого престола обычно зовется и королем Нортумбрии. Твой брат считает, что теперь он — тамошний король, но вместе мы сумеем вогнать его в могилу.Хрёсвельг только что пристал к берегу, и Орвар, спрыгнув с носа корабля, неловко побрел по скалистому берегу.