Воины Бури
Шрифт:
— Думаю, эль пойдет вам на пользу, — рискнул предложить он. Вонзив зубы в пробку, он выдернул ее и выплюнул, потом с грохотом поставил кувшин на стол.
— Все одно, — отвечал Джап.
Двумя руками подняв кувшин, он выхлебал содержимое до дна. Потом эль предложили Коилле. Она отрицательно покачала головой.
С легкостью подхватив кувшин одной рукой, Кеппатон сделал долгий глоток. Вытер рот тыльной стороной ладони.
— А теперь расскажите, что произошло. Коилла начала первой:
— Страйк не единственный, кого мы потеряли.
— Мне воистину жаль, — отвечал Кеппатон. — Тем более что это случилось, когда вы выполняли задачу, поставленную перед вами мной.
— В той же мере мы делали это и для себя. Вас не за что винить.
— Честно говоря, я удивлен, что наши потери не были более серьезными, — вставил Джап. — Учитывая тамошний хаос…
— А что такое? — поинтересовался Кеппатон.
— Адпар мертва.
— Что? Это точно?
— Мы присутствовали при ее смерти, — сказала Коилла. — Но убили ее не мы.
— Воистину, ваше путешествие было насыщено событиями. Как она умерла?
— Это дело рук Дженнесты.
— Она была там?
— В общем… нет.
— Тогда откуда вы узнали, что это ее рук дело?
Он поставил хороший вопрос. У Коиллы до сих пор не было времени по-настоящему над ним подумать. Теперь она осознала, что тут скрывается какая-то тайна.
— Страйк сказал, что это сделала Дженнеста. И он говорил очень уверенно.
Очевидно, Джап тоже до сих пор не задумывался над этим вопросом.
— Да, но как он узнал?
— Наверное, он знал то, что нам неизвестно, — решила Коилла, хотя в голове у нее не укладывалось, что он мог знать. — Так или иначе, в царстве наяд царила полная анархия, — напряженно добавила она. — Мы выбрались живыми только потому, что нам помогли мерцы.
У Кеппатона сделался задумчивый вид. Большим и указательным пальцем он поглаживал бороду.
— Надо повысить бдительность. Смерть Адпар изменила всю властную структуру этой части страны. И вовсе не обязательно к лучшему.
— Но она была тираном.
— Да. Однако Адпар мы, по крайней мере, знали. Теперь на ее место ринутся другие, в бесчисленном количестве. Это приведет к еще большему разброду, а его в Марас-Дантии и так хватает.
Их прервал Хаскер. Он приблизился с важным видом. Рука его висела на повязке, и он жадно пожирал кусок жареного мяса. Губы и щеки у него лоснились от жира.
— Где Элфрей? — спросила Коилла.
— Лефит фаны, — с полным ртом отвечал Хаскер.
Она кивком указала на его руку:
— А как твоя?
Хаскер проглотил кусок, отшвырнул обглоданную кость и громко рыгнул.
— В порядке. — Не спрашивая разрешения, он схватил кувшин и от души хлебнул, запрокинув голову.
По лицу его струился эль. Хаскер опять рыгнул.
— Как
У Хаскера сделался слегка озадаченный вид.
— Чего?
— Ладно, забудь.
Были времена, когда после подобного замечания сержанты вцеплялись друг другу в глотки. Однако сейчас Хаскер или переваривал пищу, или просто не понял, что стал объектом сарказма. Так или иначе, он лишь пожал плечами и спросил:
— Что нам известно?
— Что надо искать Страйка. Помимо этого, не слишком много, — признался Джап.
Хаскер вытер жирные пальцы о меховую куртку.
— А если мы не сможем его разыскать?
— Не смей даже думать, — угрожающе произнесла Коилла.
Правда заключалась в том, что сама она ни о чем другом думать была не способна.
Страйк наблюдал, как воздушный гигант коснулся горного плато.
Когда дракон сложил жилистые крылья, они затрещали. Громадная голова медленно повернулась, чтобы рассмотреть Страйка. Желтые прорези глаз не мигали, похожие на пещеры ноздри испускали молочно-белый дым. Существо тяжело дышало, как убегавшаяся собака. Поблескивающий язык размером с одеяло свешивался с массивных челюстей. Дракон принес с собой запах сырой рыбы и ветра.
Страйк отступил на несколько шагов.
Хозяйка драконов соскользнула с чешуйчатой спины.
Почти вся ее одежда — начиная от камзола и кончая сапогами и шляпкой с полями — была различных оттенков ржавого цвета. Единственное исключение составляли бело-серое перо на шляпе да простые золотые нити на запястьях и шее.
Оставалось загадкой, почему шоколадки, плод союза эльфов и гоблинов, которые не отличались высоким ростом, получились такими долговязыми. А эта была даже выше обычного для хозяек, и ее рост впечатлял еще больше, потому что она держалась совершенно прямо. Казалось, она сложена очень утонченно и очень худа, но впечатление слабости и хрупкости было обманчивым. Как и у всех шоколадок, гордое выражение ее лица могло создать обманчивое впечатление, что она самодовольна и тщеславна.
— Глозеллан! Какого черта происходит? — незамедлительно спросил Страйк.
На хозяйку драконов выкрик, похоже, не произвел особого впечатления.
— Мне очень жаль, что пришлось оставить тебя здесь надолго. Но я не могла избежать этого.
— Я что, узник? — Страйк все еще держался за рукоятку меча.
Почти несуществующие тонкие брови Глозеллан выгнулись дугой. Никаких других признаков нарушения ее ледяного спокойствия не наблюдалось.
— Нет, ты не узник. Я вряд ли смогу удержать тебя в плену. И сюда не направляются драконьи патрули с войсками, если ты об этом. — Ее тон стал еще более саркастическим. — Похоже, ты не до конца понимаешь, что я стараюсь тебе помочь. Наверное, я не совсем хорошо это объяснила.