Воин
Шрифт:
— Это за проявленную тобой милость, но тебе следует получше следить за руками и не распускать их. Помни: собаке можно успеть дать не так много пинков, прежде чем та разозлится. Мальчишка, с которым ты плохо обращаешься сегодня, вполне может вырасти, стать мужчиной и отплатить тебе тем же.
Кэт отступила назад, когда шотландец прошагал мимо нее. Девушка встретила взгляд кожевника и увидела в нем страх. Вряд ли он когда-либо еще ударит другого ребенка. Благодарная Локлану за это, Катарина поспешила за ним.
— Это было очень любезно с твоей
— Не надо относиться ко мне снисходительно, — проворчал горец в ответ.
Она заставила его остановиться:
— Я никогда ни к кому так не отношусь. Ты совершил очень добрый поступок. Не сомневаюсь, ты даже не представляешь, какое значение он имеет для этого ребенка.
— Поверь, уж я-то знаю.
В голосе этого мужчины прозвучала такая убежденность, что Кэт захотелось его обнять. Если бы она не была в курсе истинного положения вещей, то решила бы, что Локлан точно знает, что чувствует ребенок, с которым жестоко обращаются. Но ведь она видела, как любит шотландца его семья, как они все близки. Просто невозможно, чтобы Мак-Аллистер мог постичь страдания, скорее всего, выпавшие на долю того мальчика.
И все же он очень напомнил ей раненого льва — неизвестно, почему. Этот воин был таким суровым и несгибаемым, таким могучим, что сама мысль о том, что ему можно причинить боль, казалась нелепой.
Хотя Ювин физически был гораздо крупнее Локлана, гиганту недоставало этого смертоносного качества, казавшегося в Мак-Аллистерах неотъемлемым.
А Локлан теперь стал даже еще более суровым, чем прежде.
Вздохнув от таких мыслей, Катарина повела шотландца к гостинице. Едва они вошли, несколько работников обратили на них подозрительные взгляды. Кэт подошла к мужчине в переднике, отдававшему приказания одной из служанок.
— Извините, сэр, нам нужна комната на ночь.
Тот в ответ сердито прищурился и обратился к Локлану:
— Ты всегда позволяешь своей женщине говорить за тебя?
Ноздри горца раздулись, и он сделал шаг в сторону хозяина гостиницы, который тут же пискнул и отбежал на безопасное расстояние.
Кэт придержала своего спутника, положив руку ему на грудь.
Хозяин нервно сглотнул и кивнул в сторону лестницы:
— Наверху есть одна свободная комната. Третья дверь справа.
Девушка в ответ тепло улыбнулась:
— Благодарю вас. Нам также понадобится еда.
— Скоро она будет готова.
Катарина кивком поблагодарила хозяина, взяла лэрда за руку и повела к лестнице.
Гнев шотландца растаял, едва он почувствовал, как руку сжала мягкая девичья ладонь. До этого дня только мать и жены братьев трогали его так. Привычный жест. Но прикосновение Кэт потрясло воина до глубины души. От него вскипела кровь, и пришло ясное осознание того, что эта девушка ведет его туда, где есть постель.
От этой мысли его мужское естество затвердело.
Катарина вошла с ним в комнату и закрыла за собой дверь.
Локлан ощущал невыносимый жар в чреслах. Он бросил взгляд на кровать,
— Нам следовало взять две комнаты. Ночевать в одной крайне неприлично.
— Возможно, но, как считаешь, что они подумают о мужчине и женщине, путешествующих вместе? Безопаснее, если они будут считать нас женатой парой.
Кэт рассуждала здраво, но это не помогло горцу унять острую боль в паху, которая была сильной и мучительной и заставляла его жалеть, что он связался с этой девицей.
Бросив у окна свои седельные сумки, Мак-Аллистер буркнул:
— Я буду спать на полу.
Его спутницу удивили эти слова, но тут она услышала доносящийся снаружи топот целой кавалькады. Судя по звукам, в городок ворвалась небольшая армия. Подбежав к окну, Катарина распахнула ставни и увидела отряд солдат. С открытым от ужаса ртом она подалась назад.
— Что случилось? — спросил Локлан, подойдя к девушке и бросая взгляд вниз.
— Это люди моего отца, — отозвалась Кэт.
Глава 3
Локлан, не шевелясь, наблюдал за спешивающимися внизу солдатами и прислушивался к их разговорам. Ситуация его не сильно беспокоила, пока командир отряда не остановил прохожего.
— Мы разыскиваем молодую женщину. Она приблизительно вот такого роста, — он приподнял руку на уровень своего плеча, — с черными волосами и темными глазами, путешествует одна. Ее зовут Катариной.
К счастью, расспрашиваемый мужчина отрицательно покачал головой. Горец напрягся, пытаясь вспомнить, называл ли он девушку по имени в присутствии местных жителей.
— По крайней мере, они считают, что я по-прежнему одна, — шепнула ему Кэт.
Это было неплохо, но им все еще грозила опасность.
— Ты видела кого-нибудь из них прежде? — спросил лэрд.
Катарина посмотрела вниз и отрицательно покачала головой:
— Думаю, нет, но трудно сказать наверняка. При дворе моего отца много людей, а отсюда мне не разглядеть лиц этих воинов.
Шотландец выругался. Можно было бы попытаться сбежать, выскользнув через черный ход, но, скорее всего, это вызовет у солдат подозрение. Будь Локлан поумнее, оставил бы беглянку им. Но это совсем не по-рыцарски, к тому же он дал ей слово.
— Думаю, лучше всего нам остаться тут, позволить людям короля обыскать городок, а затем уехать.
Кэт робко огляделась:
— Считаешь, они обшарят здесь все комнаты?
— Возможно.
Она расстроено выдохнула:
— Тогда я должна выйти к солдатам прежде, чем они сами найдут меня.
— Прости, не понял.
— Это будет благоразумно. Неизвестно, что они могут с тобой сделать, обнаружив нас вместе. Ну а я снова смогу от них убежать — уверена в этом.
Мак-Аллистер бросил полный сомнения взгляд на большой отряд, обыскивающий город. Да, эта девица — настоящее стихийное бедствие, но количество ее преследователей так велико, что даже он с трудом сумел бы от них скрыться.