Воин Ллос
Шрифт:
То, за что Дзирт буквально боролся, чтобы заполучить их — кульминация путешествия, которое последовало за ним из Мензоберранзана почти два столетия назад — и Кэтти-Бри не было с ним.
Она была окружена смехом, любовью и светом.
Но мрак не рассеялся.
— Это будет славное путешествие, — сказала Магистр Саван двум женщинам, которых она пришла навестить в Поместье Плюща в Длинной Седловине. — Ильнезара прибудет утром, и твоя дорогая Бри насладится миром, широко открывшимся перед ней, летая в сезон, который она еще
— Бризи, — сказала Кэтти-Бри.
— Да, верно. Сестры-драконицы действительно любят летать высоко, где дуют сильные ветры. Не бойся, у нас есть седла с привязями…
Она остановилась, заметив, что Кэтти-Бри улыбается.
— О чем ты? — спросила Саван. — Там, наверху, действительно дуют сильные ветры.
— Я думаю, она имеет в виду это имя, — заметила Пенелопа, хотя, казалось, она была не менее озадачена тем, что Кэтти-Бри нашла таким забавным.
— Имя?
— Моя дочь, — сказала Кэтти-Бри. — Она решила больше не отзываться на Бри. Мы должны называть ее Бризи. По крайней мере, в семейном кругу, хотя я подозреваю, что отказ не будет стоить вам — ни одному из вас — труда.
— Она упрямая, — согласилась Пенелопа.
— Упрямая? — Саванна немного помолчала, обдумывая это, затем одобрительно кивнула.
— То, что делает дядя Пайкел, только с ним и с ней, это потрясающе.
Все трое рассмеялись над этим.
— Ладно, — согласилась Саван. — Очень хорошо, тогда пусть будет Бризи, и твоя маленькая Бризи совершит славную поездку со мной обратно в монастырь Желтой розы, если ты согласна.
— Я не уверена, что понимаю, — сказала Кэтти-Бри, вызвав удивленные взгляды как Магистра Саван, так и Пенелопы.
— Она будет в полной безопасности, я уверяю…
— Конечно, она будет, — немедленно ответила Кэтти-Бри, ее тон и выражение лица ясно давали понять, что у нее нет ничего, кроме доверия к монахам. — Просто это сложно…
— Что ты скучаешь по Дзирту и чувствуешь вину за то, что позволила ему уйти во тьму без тебя, — вставила Пенелопа.
Кэтти-Бри бросила на нее сердитый взгляд, подтверждая, что волшебница Гарпелл была права.
— Потому что ты должна быть там с ним, — настаивала Пенелопа, и на лице Кэтти-Бри появилось удивление.
— Насколько я понимаю, причина, по которой ты вернулась к этой жизни несколько лет назад, заключалась именно в том, чтобы вести эту битву бок о бок с Дзиртом До'Урденом, — добавила Саван.
— Я вернулась, чтобы сразиться с аватарой Ллос на службе моей богини Миликки, — ответила Кэтти-Бри. — И я так и сделала.
— Это не часть той же битвы? — спросила Пенелопа.
— Я не знаю, но все изменилось.
— Из-за твоего ребенка, — сказала Саван.
— Конечно, и потому, что мои отношения с Миликки, и более того, отношения Дзирта с Миликки изменились.
— Из-за ребенка, — заявила Пенелопа.
— Бризи, — сказала Саван с обезоруживающей улыбкой, снижая напряжение в комнате.
— Конечно, это так, — признала Кэтти-бри.
— Но не из-за ее безопасности, — заявила Саван.
— И не для ее обучения, — добавила Пенелопа.
—
— И я здесь, чтобы убедиться, что Бризи узнает о нем, если он не вернется, — сказала Кэтти-Бри.
— Как будто король Бренор позволил бы этому случиться! — сказала Пенелопа. — Или Реджис и Доннола, или Вульфгар. Или любой из нас.
— Ты предлагаешь мне отправиться в Мензоберранзан?
— Вряд ли, — сказала Саван. — Но мы показываем тебе, что такая возможность есть, если ты решишь отправиться. Не бойся за Бризи, не больше, чем за Дзирта. У нее много тех, кто любит ее, многие видят в ней обещание, многие любят ее родителей. Если бы не Бризи, где бы сейчас была Кэтти-Бри?
— Изгоняла и уничтожала демонов в Мензоберранзане.
— И со всем, что мы только что обсуждали?
Кэтти-Бри пожала плечами и покачала головой. Ее сердце говорило ей идти и не идти одновременно.
— Если ты решишь пойти, у Громфа есть предмет, известный как маска Агатхи, — сказала Пенелопа. — Ее отдали Артемису Энтрери, но он отказался отправиться в Подземье с Джарлаксом.
— Я ценю все, что вы обе хотите сказать, но мне нужно о многом подумать. Не увозите пока мою дочь. Я не уверена в своем выборе, и еще меньше уверена в том, как мне следует попрощаться с ней, если я решу уехать.
— Не расстраивайся, подруга, — сказала Саван, но эти слова были не более чем далеким шепотом для Кэтти-Бри, которая была по-настоящему растеряна. Она нашла Бризи и удалилась в свою комнату со своим ребенком.
Размышляя.
Громф медленно закрыл крышку великолепного гроба в потайной боковой комнате особняка, который он построил в пространственном кармане, доступном из его покоев в Главной башне Тайн. Особняк теперь был постоянным сооружением, укрепляемым ежедневными обновлениями, которые Громф накладывал в течение года. Вход, защищенный множеством оберегов и заклинаний против обнаружения, был хитроумно спрятан за потайным книжным шкафом в отведенных ему комнатах.
Десятки тысяч золотых монет были потрачены на сооружение этого саркофага, не говоря уже о физической и эмоциональной боли, которую испытал Громф, создавая то, что лежало внутри него.
Снова зазвенели куранты, мелодия была чистой, ритм печальным.
Со вздохом Громф покинул комнату и двинулся по темному коридору, затем вверх по лестнице, чтобы пройти сквозь стену, которая только казалась стеной, и выйти через стеклянную витрину, заполненную иллюзорными безделушками, в столовую своего фантастического дома. Дюжина почти полупрозрачных, призрачных фигур двигалась вокруг, накрывая на стол для гостей, которые, как он ожидал, прибудут этой же ночью.