Воин короля
Шрифт:
— Здравствуйте, — сказал Зак.
— Чего изволите?
— Мне нужно увидеться с Кальдером.
— А, — как-то недовольно произнес бородач. — Нет его, ушел опять к Тригорью пополнять запасы для снадобий.
— Жаль. — Рано я обрадовался, подумал юноша.
— Перекусить не желаешь? Кальдер, может, вернется, пока ты будешь есть.
Зак посчитал, что не может не вкусить здешней кухни. В конце концов, похлебка Неи хоть до сих пор и сохранялась в памяти, как нечто волшебное, чувство голода проснулось в Заке, едва его глаза пробежали по вывеске.
— Ваши фирменные блюда на
— Ох, вообще-то мы только за деньги обслуживаем, но сойдет и так, — быстро проговорил хозяин и забрал драгоценность.
Зак, конечно, понял, что за сумму, которую стоил этот камень, он мог бы питаться в «Солнечной Жемчужине» неделю, если не больше, но не хотелось портить впечатление, которое он произвел на хозяина и требовать уплату назад. Хотя научиться обращаться с деньгами давно пора, иначе такая расточительность когда-нибудь сыграет злую шутку.
Зак был усажен за стол. Появившиеся слуги засуетились, невольно напомнив трактирщика из «Толстого лорда». Заку подали устрицы, морские растения, еще какие-то непонятные яства, обильно приправленные острыми пряностями, от которых во рту поселился рой злобных ос. Зак с удовольствием все съел. Пиво, которое предложил хозяин, было густым и пенистым, и приятно охладило огонь, вызванный местными специями. В конце концов, бородач даже принес юноше сдачу — две серебряные монеты.
Да, как же хорошо поесть до отвала, чтобы потом просидеть часок другой, в ожидании, пока желудок сделает свою работу. Но Зак вышел из трактира раньше, смекнув, что если задержится на минуту, то еще что-нибудь закажет. Кальдер так и не явился.
Приятная тяжесть в желудке не отвлекала Зака. Он проходил мимо прекрасных домов, на черепичных крышах которых развевались флажки, миновал еще одну площадь, где росло великолепное дерево, чьи листья казались зелеными птицами, севшими отдохнуть на голые ветки. Наверное, дерево привезли из Нандии или Сатара, потому что Зак ни разу даже не слышал про такое.
На следующей площади раскинулся рынок. Шум и гам, в котором смешались голоса женщин и мужчин, молодых и старых, могли поспорить с криками зрителей нолдонского турнира. Среди лотков, заставленных товарами, шастали дети, пытавшиеся умыкнуть яблоко или какую-нибудь игрушку. Зак бросил ушастому мальчонке в рваных штанах серебряную монету и спросил:
— Где тут оружейные лавки?
— Вон тама. — Мальчик махнул рукой, не оторвав взгляда от монеты. — Спасибо, господин!
— И тебе.
Зак зашагал в указанном направлении, попутно сталкиваясь с теми, кто уже сделал покупки, и теперь мешал другим своими набитыми корзинами. Прямо перед секцией, где начинались оружейные лотки, Зак замер с раскрытым ртом.
В первой же лавке хозяином был мовр. Крепкий, с серебристыми до плеч волосами, из которых торчали острые длинные уши, мовр сидел в кресле и с ожиданием глядел на тех, кто топтался возле его лавки. Руки он положил на стол, где лежали шпаги, кинжалы, баклеры, пара пистолетов, небольшие топоры и прочие произведения военного искусства. На груди мовра висел медальон из чистого золота с изображением трех гор. Мовр повернул голову к Заку. От неожиданности он не успел
— И долго ты будешь пялиться? — спросил хозяин лотка. Его голос был сильным и величавым.
— Извините. — Зак поклонился. — Мне не приходилось видеть мовра.
— Вот как? Но это не значит, что таращить на меня глаза прилично. Я все-таки мовр, а не диковинный зверь в клетке.
— Извините, — повторил Зак. Он уже чувствовал, как краснеет.
— Да ладно, чего там. — Мовр благодушно улыбнулся и его голос смягчился. — Вижу, клинок при тебе имеется. Покажи. — Зак, не раздумывая, подошел к лавке, вытащил шпагу из ножен и отдал мовру. Мовр повертел шпагу в руках и сказал:
— Сдается мне, ты этим клинком недавно скалы хотел прорубить. Сталь хорошая, ковка тоже неплоха, но, боюсь, свое он отжил. Можешь выбрать одну из моих шпаг, есть палаши. Для иноземцев я сбрасываю десятую часть цены.
Зак обнаружил, что мовр прав. Зазубрины на клинке ужасали своей глубиной. Броня, покрывавшая тело стража Северных гор, испортила кропотливую работу королевского оружейника.
— У меня нет денег, только драгоценные камни.
— Здесь неподалеку несколько банков, можешь обменять камни на деньги там, — пояснил торговец. — Только не забывай, ты говоришь с мовром, кто же еще имеет право похвастаться знанием реальной стоимости драгоценностей?
— Мне нужно подумать. — Зак не решился брать оружие в первой попавшейся лавке, пускай в ней и заведовал мовр из Тригорья.
— Дело твое. — Мовр возвратил шпагу. — Если ты сомневаешься в качестве представленного товара, то всякий, кого ты спросишь в Меринхилле, где лучше и выгодней приобрести отличную сталь, ответит одинаково: «Найди Торна из рода Ивальди, парень, и не ошибешься»! Я на рынке редко просиживаю, у меня первый этаж дома занимает магазин. Однако, погодка сегодня чудная, и на открытом воздухе лишний раз понежиться не помешает.
— А что вы скажите об этом. — Зак достал из сапога адамантиевый кинжал и подал мовру.
— Ножик как ножик, — сказал Торн, а его глаза странно блеснули. Он нервно провел языком по губам. — Рукоятка вот превосходно сделана. Чистая работа. Бьюсь об заклад, кинжальчик вышел из-под рук мовра, предположу, что видного мастера. А так ничего особенного. Вот, мои ножи превосходят его по всем характеристикам. Предлагаю сто золотых за кинжал.
— Я не собираюсь его продавать.
— Не собираешься? А зачем же ты мне его показал? Давай так, я плачу тебе сто монет и даю лучший из клинков, которые я ковал. Кинжал тебе не нужен. Мужчине просто необходима качественная шпага, а я иных не держу.
— Нет. — Зак пожалел, что показал кинжал Торну. — Отдайте, пожалуйста.
— Забирай, — деланно недовольным голосом брякнул мовр, бросив клинок на стол. Зак спрятал кинжал и хотел было уйти, но Торн остановил его, схватив за край рубахи.
— Пятьсот монет, парень! Подумай, ты вроде на оборванца не похож, а сумма эта и для зажиточного купца хорошее прибавление. Тем более безделушку, как ножик твой, можно найти без особых затрат. Я могу такой заказать у мовров с Зеленых гор, да времени терять не охота.