Vнутри

Лаптева Маша

Стоило мне попасть в поле зрения собравшихся, как один из друзей Валентина, светловолосый блондин со скошенным подбородком тут же встрепенулся.

— Валек, че это? Нормально вообще, что она через нас проходит? — сказал он, прикрывая одну часть стола какой-то папкой.

— Она новенькая, расслаблься, — ответил Валентин, и жестом подозвал меня к себе, — не ходи здесь. Для прислуги есть отдельный вход.

— Поняла. Прошу прощения.

Кажется мои щеки пылают как светофор, а сама я готова сгореть со стыда. Хотя если вдуматься, то никто черт возьми не сказал никаких правил. Разве так делается?

Когда

я уходила, почувствовала легкое касание в районе спины, которое затем сопроводилось противными женскими смешками.

Оказалось девушка с каштановыми волосам и надутыми губами, швырнула комок каких-то фантиков мне в спину, обернувшись я увидела, что Валентин целуется с рыжей, а блондинка лежит на полу и бормочет что-то.

Омерзительное чувство. Будто бы в лицо плюнули. За что? Просто за то, что я горничная? Мерзкие избалованные засранцы. Первый рабочий день, и я уже как будто в помоях искупалась! Гадко от того, что это — уже отлично знакомое мне чувство. Дежавю Лены с Элей, отношение тоже — просто декорации сменились.

Злость лишила меня страха, еще пятнадцать минут назад я готова была мямлить и трястись перед другими работниками этого дома, но сейчас мне уже наплевать. Даже если меня выставят, если не заладится — пускай. Вернусь на кассу в Магнит и не облезу.

Дверь открывает пожилой мужчина, встречая меня теплой улыбкой.

— Виктор, — тянет он мне руку, — Садовник.

Минув порог домика для прислуги, я как будто перенеслась в другое измерение. Тепло, уют, канал культура что-то рокочет по телевизору. Все доброе, старое, человеческое — во всем еще теплется неравнодушие.

Меня усадили за стол, на котором стояли свежие румяные пирожки, а в чашках дымился горячий чай.

— Зинаида! Можно просто Зина? — спросила полная, пышущая силой и энергией женщина. Она улыбнулась, и вместе с ее улыбкой в меня влетела волна позитива и солнечного заряда.

— Да, да конечно. Господи, как я рада вас видеть! — не сдержалась я. Даже не подумала о том, странно ли это будет звучать, для людей которых вижу впервые.

Оказалось лучистая дама — повар, ее зовут Людмила. Пирожки ее были божественны, будто в начинку она точно добавила частичку своей неиссекаемой энергии. В Людмиле я ощутила уверенность, силу и совершенно волшебный источник позитивных вибраций. Таких людей не часто встретишь, но если встретишь, то уже не забудешь и с улыбкой вспоминаешь. У них всегда найдется доброе слово, шутка или ламкоство. Они как будто добрые феи и волшебники этого мира.

Виктор садовник — дотошный старичок, он знает о растениях ВСЕ. Еще бы! Содержать внушительный сад в идеальном состоянии.

Людмила рассказала, что главный шеф-повар уехал с Владимиром, и вообще добрая часть персонала теперь в США. Владимир решил, что для преемника достаточно горичной, повара, садовника, пункта охраны и водителя. Людмила сказала, что если я застану Валентина в дурном настроении, то удивляться не стоит. До отъезда отца он был занят инвестициями в различные проекты, развивал свой бизнес, а теперь вынужден львиную часть времени уделять концерну отца. Ведь его он оставил за главного.

Наша чайная беседа длилась несколько часов, мы общались так — будто были знакомы всю жизнь, и по правде сказать, я бы еще сидела и сидела. Но время шло к

полуночи, а вставать нам предстояло в шесть утра. Мне передали инструкции Антонины, которые она вместила в целую стопку распечатанных листов А4. Основное правило этого дома оказалось простым в своей формулировке: будь незаметной и делай свою работу. Мне подумалось, что быть незаметной — это то чем я всю жизнь была, так что проблем с этим быть не должно. Распрощавшись с новыми знакомыми, я отправилась в особняк, который на контрасте с домиком казался мне совершенно холодным и неуютным.

Теперь я знала, с какого входа мне следует зайти, чтобы ни с кем не пересечься. Направляясь к запасной лестнице ведущей на второй этаж, я увидела, что на диване перед низеньким стеклянным столиком лежат девушки и один из друзей Валентина. Они о чем-то лениво говорили. По столу рассыпан белый порошок… неужели, то что я думаю… Минуя небольшой коридор на первом этаже, мое внимание превлекла дверь ванной комнаты — она оказалась приоткрыта, полоска света золотилась на темном паркете. Стиснув кулаки от нерешительности я всеже слегка толкнула ее. Там в джакузи, полной пены лежал Валентин, голова его запрокинута назад, глаза закрыты, а рот приоткрыт. Руки безвольно повисли на бортах ванной.

Сердце бешено застучало, ни о чем не думая я ринулась к нему, подскольнулась на влажном кафеле как идиотка, чуть не разбив себе лоб. Я схватила его запястье, пульс скакал как ему хотелось. Неровный, то слабый, то сильный. Творилось что-то страшное!. От безысходности и паники я стала бить Валентина по лицу. Одна пощечина, другая. Затем догадалась залезть в аптечку, и к счастью там оказался нашатырь! Смочив ватку, я поднесла ее к лицу Валентина. Он тут же очнулся, и ему потребовалось несколько мгновений, чтобы понять где он находится, и кто перед ним стоит. По его лицу стало понятно, что его мутит.

Несколько секунд он просто смотрел на меня, не говоря ни слова.

— Валентин Владимирович, мне показалось вам плохо, — произнесла я.

Его черные глаза очень напугали меня. Взгляд был полон огня, злобы. Это был взгляд человека, от которого не знаешь чего ждать. С этим выражением лица он мог сказать уходи, и с ним же мог спокойно придушить кого-нибудь.

Челюстные мыщцы напряглись, он стиснул зубы.

"Беги", — пронеслось у меня в голове.

Валентин молча взял бокал с чем-то и сделал глоток, глядя куда-то перед собой. Все выглядело так, будто меня нет.

— С вами все в порядке? Может мне позвать помощь? — лучше бы я послушалась себя и ушла.

— Пошла. Нахрен. Отсюда, — медленно произнес он.

Я замешкалась от неожиданности.

— Я сказал выйди вон, сука! — крикнул он, и швырнул стакан в стену позади меня.

Я тут же выбежала, глотая еще не пробившиеся слезы. Какая же идиотка! Испугалась дура, что с ним что-то случилось, комплекс мамочки! А он… он….скорее всего просто перебрал!

Забежав к себе я разревелась. У всего есть предел: Эля и Лена, дружки-мажоры, и наконец сам мистер вселенная, сукин сын! Да за что! Идите все к черту! Ненавижу, не останусь, не хочу! С меня хватит. Решено, все вы идете к черту! Я вернусь в сраный поселок, и буду работать кассиром до конца дней, но ни одна зажравшаяся сволочь больше не пнет меня как бездомную собаку.