Внутри нее

Рассказова Женя

Гул стих, и около минуты в аудитории царила полная тишина. Нарушила ее Ольга Вячеславовна:

– И ты думаешь, Караулова, что ты выполнила задание?

– Уверена, – ответила Ева.

– И как же называется данное произведение?

– Еще не знаю... Возможно, я назову его «Мой сообщающийся сосуд».

В классе захихикали.

– Видите ли, уважаемая Ольга Вячеславовна, в моей голове творится то же самое, что в этом сосуде – какие-то чудеса. Я слышу только половину того, что мне говорят, и помню только то, что мне хочется помнить, поэтому здесь только одно ухо. А еще я стараюсь пропускать все через сердце. Не знаю почему, но мне кажется, что оно живет там, внутри сосуда, и поэтому ему здорово достается. Я стараюсь говорить только правду, но иногда смесь жидкостей, то есть сомнений, которые попадают в мою голову, дают

неправильную химическую реакцию, и тогда я начинаю врать. Для этого и существует этот краник, перекрывающий бессмысленный лживый поток.

Класс замер в ожидании реакции учительницы. Ольга Вячеславовна обошла рисунок кругом и еще раз внимательно посмотрела на девушку:

– Не кажется ли тебе, Караулова, что ты слишком много на себя берешь? Кого здесь интересует содержимое твоей головы? Почему мы должны выслушивать всякий бред про твои жидкости и краники? Я дала простое задание, и ты должна была его выполнить. Это понятно?

– Но я выполнила его! – попыталась возразить Ева. – По-моему, все пропорции и тени соблюдены. Если здесь есть ошибки, прошу, укажите мне на них, и я постараюсь их исправить.

– Не строй из себя пай-девочку! Я не знаю, чему там учили вас в вашем дурдоме, то есть детдоме, но это не дает тебе право ставить свое мнение выше других.

– Вовсе нет! – Ева искренне удивилась такой агрессии.

– Думаешь, я не знаю, что ты детдомовская невоспитанная выскочка? – Голос учительницы постепенно переходил на крик. – Запомни, что учитель здесь я! И ты либо делаешь то, что я говорю, либо будешь рисовать за дверью.

Холод злости и обиды охватил Еву. Она почувствовала, что теряет над собой контроль. Ее не поняли и оскорбили абсолютно незаслуженно. И все это из-за того, что она другая. Ей никогда не смыть печать воспитанницы приюта. Люди всегда будут считать ее ненормальной лишь из-за того, что у нее не было родителей, которые дарили бы ей ласку и тепло. И хотя в самой Еве было предостаточно этих качеств, никто не поверит в это, от нее всегда будут ждать грубости и хамства – ответной реакции на ее обездоленность.

Не отдавая себе отчета в том, что сейчас делает, Ева взяла со стола указку и проткнула ею глаза своего сосуда. «Вот так тебе! Еще, еще!» – Она продолжала уродовать то, что создала. – Теперь вы довольны?! – Она окинула взглядом всю аудиторию. На губах у нее застыл почти звериный оскал.

Мария удача любит подготовленных

Мария решила начать поиски работы с позиций, где бы она смогла проявить себя как руководитель или организатор. Она была уверена, что сумеет справиться с любым штатом работников. Может, она и не была знакома с делопроизводством, но вот что касается работы с кадрами, то тут уж она точно знала, как себя вести: кому-то нужно сказать ласковое слово, для кого-то найти мотивацию, кого-то как следует пристыдить, а кому-то, наоборот, указать на потенциал, которого может вовсе и не быть. Но человек, поверивший в себя, сделает гораздо больше, чем тот, кто постоянно сомневается в своих возможностях. Что может быть интереснее, чем управлять людьми? Чувствовать, как они готовы пойти на все, чтобы угодить тебе. Власть – вот что ей нужно. Единственная на ее взгляд проблема заключалась в том, что ей было не в чем пойти на собеседование. Ну кто всерьез воспримет управляющего, одетого так бедно, как она? Те вещи, которые ей удалось купить на отложенные средства, годились разве что для прогулок по парку, ну уж никак не для устройства на работу. Она постаралась разузнать, где можно купить приличный костюм и туфли на высоком каблуке. Вторая проблема заключалась в том, что ей не у кого было занять денег. Соседки по комнате напрочь отказались ей помочь, сославшись на то, что денег у них просто нет. Мария хоть и знала, что у каждой из них спрятана заначка, уговаривать не стала. «Упрашивать кого-либо – вообще недостойное дело. Они просто не верят в мою победу. Ну и черт с ними! Главное, что в нее верю я!»

В голове у Марии начал созревать план: «Можно, например, просто зайти в примерочную, снять магнитные ярлыки и вынести вещи в сумке или прямо на себе». Если отвлечь внимание продавца интимным вопросом, то никто не будет пересчитывать количество рубашек и юбок, которые она возьмет с собой за ширму. Это был очевидный в ее положении, но достаточно рискованный ход. Второй вариант заключался в том, чтобы

прикинуться работницей модного журнала и набрать вещей на съемку. Она видела, как такое проделывали в фильмах. Но в этом случае тоже было несколько трудных моментов: во-первых, она должна была предъявить какой-либо документ, которого у нее не было, во-вторых, менеджеры магазина могли связаться непосредственно с главным редактором журнала, чтобы удостовериться, что вещи будут взяты по назначению. Для такой операции требовался сообщник, что было крайне нежелательным. Итак, нужно было найти третий, более искусный способ, как раздобыть вещи и не попасться в руки милиции. Воспоминания о холодной, плохо пахнущей камере все еще доставляли Марии неприятные эмоции.

Решение пришло само собой. Блуждая по огромному торговому центру, Мария заметила, что практически весь персонал ходит в одинаковой одежде, причем тех же марок, продавцами которых они являются. Например, джинсы и футболки с длинными рукавами можно было наблюдать как на стенде продаж, так и на молодых продавщицах, стоящих возле кассы и примерочных. Такая реклама товара могла сыграть ей на руку.

Мария неспешно прошлась по всем этажам, чтобы посмотреть, в каком из отделов больше всего народу. В выходной день недостатка в покупателях не было. Обслуживающий персонал носился взад-вперед, не успевая подавать нужные размеры. Примерочные находились в разных концах зала. Возле них толпился народ. Мария нашла на стендах похожую майку и джинсы, взяла для видимости еще пару вещей и поспешила в раздевалку. Переодевшись в «униформу», она вышла из одной раздевалки и направилась в примерочную в другом конце зала, для вида раскладывая вещи по своим местам. Подойдя к девушке, стоявшей с кучей одежды в руках, она протянула руки:

– Давай помогу!

– Ты что, новенькая? – Девушка взглянула на Марию с удивлением.

– Ага. Из другого магазина. Сказали, у вас тут сегодня перегруз. Нужна помощь.

– Так и есть. В туалет отойти некогда.

– Тогда иди, я здесь подежурю. И будь другом, захвати мне бейдж на обратном пути, чтоб вопросов лишних не было.

– Ок. Я недолго. Перекурю минут пятнадцать и вернусь.

– Не торопись!

Прицепив долгожданный бейдж, Мария стала активно прогуливаться по залу, помогая покупателям выбирать одежду. Единственное, что ее беспокоило, так это магниты, которые болтались на ее незаконной униформе. Но все вокруг были так увлечены, что никто не заметил, как Мария набрала в охапку нужных вещей и двинулась в сторону охранника.

– Ты что, новенькая? – Он перегородил ей дорогу.

– Ну да, я из другого магазина. Меня на помощь посылали. Наш-то только открылся, посетителей немного, а у вас тут девчонки еле живые к концу дня ползают.

Он усмехнулся:

– Ничего, им полезно. А то вон какие «тазики» отъели!

– Зато с охранниками повезло. У нас какой-то дедуля стоит. Ему уж на пенсию пора, а он решил в магазине женской одежды на девчонок под старость лет полюбоваться. То ли дело здоровый красивый мужчина – приятно посмотреть.

Здоровый и красивый тут же расплылся в улыбке, обнажив не очень свежие зубы. Мария улыбнулась ему в ответ и сделала шаг к турникету.

– А куда ты одежду понесла? – удивился охранник.

Девушка старалась не выказать испуга:

– Да это я к нам в магазин перекидываю, а то не весь товар дошел, вот и собираем по магазинам. Сейчас у заведующей отмечу и под личную ответственность унесу.

Когда Мария перешагнула через турникет, раздался раздирающий звук контроллера.

– А магниты че? Разве не надо снимать?

Девушка пожала плечами:

– Нет смысла. Снимать, надевать. Все одно и то же. – Она подарила охраннику еще одну обескураживающую улыбку.

– Тоже верно. Завтра придешь?

– Возможно. Если пошлют. – Она взглянула на имя, написанное на бейдже: – Пока, Гоша.

Мария чувствовала, как он провожает ее взглядом: «Наверное, сравнивает мой „тазик“ с остальными».

Теперь ей предстояло избавиться от магнитов. Мария спустилась на первый этаж комплекса и огляделась по сторонам. «Действовать следует через мужчин! – рассудила она. – Женщина никогда не поможет женщине, если только не увидит в этом какую-то выгоду! С мужчинами другое дело. Инстинкт притяжения действует круглосуточно. Не важно, чего от них хочет женщина – поднять сумки, накачать колесо или помочь застегнуть платье. В голове всегда будет одно: помочь это самое платье расстегнуть!»