Визитёрша
Шрифт:
— Что? — удивилась я. — Раны, оставленные Мирисаль, были так опасны?
Тимер покривился. Он всегда так делал, стоило задеть тему, которую маг не хотел обсуждать.
— Эти заразы — ядовиты. Их слюна разрушает иммунитет и заносит инфекцию.
— То есть, ты мог умереть? Вот так вести меня по лесу, вести-вести, а потом умереть? — спросила я, из последних сил стараясь сохранять спокойствие.
— Я планировал успеть довести тебя до безопасного места, если что… А потом увидел, что раны заживают и опасность
— Тимер… — простонала я.
— Я бы точно довёл, даже если бы инфекция пошла, — заверил он, не поняв, что меня волновало другое.
— Нам нужно показать твою рану врачу. Как заставить это животное двигаться быстрее? — тут же схватив поводья, я стала подёргивать их. Я не знала, что еще можно сделать. — Эй ты! Быстрее! Быстрее!
— Лирэ, я же объяснил, — растерянно произнёс Тимер.
— Ты имеешь привычку, Тимер, объяснять всё с запозданием. Может, ты и сейчас мне что-то недоговариваешь?
— Я всё как есть сказал. Честно, — улыбнулся он, отцепляя мои пальцы от поводий. — Нам не нужно торопиться. Несколько часов на восстановление сил мне не помешают.
Я смотрела на него пытаясь увидеть признаки ухудшающегося самочувствия. Но, несмотря на бледность, Тимер не был похож на умирающего.
— Ты как? — спросил он.
— О себе я стараюсь не думать, — честно ответила я.
Тимер понимающе кивнул. Туже запахнув одеяло на моих плечах, он обнял, и прижал к здоровому плечу. Несмотря на то, что на горизонте медленно поднималось солнце, воздух казался холоднее, чем был ночью.
— Почему они пытались нас сжечь? За что они так?
— Изуриты. Камни в отличие от людей не горят. Если бы мы не смогли выбраться из дома, им бы осталось лишь трофеи утром собрать.
— А те люди в форме? Кто они? Они тоже из-за камней там были?
— Да. Возможно, это были преступники, переодевшиеся в форму, а может пограничники, которые действуют с местными жителями сообща. У них маг и думаю, поэтому крестьяне пошли к ним и предложили разделить добычу, — вздохнул он. — Прости. Я должен был предусмотреть это.
— Мне кажется, такое предусмотреть невозможно, — ответила я, думая о том, как отличаются наши миры. Военные, убивающие путников сообща с крестьянами ради наживы — никогда не слышала о подобном у себя на родине.
— Возможно, — вздохнул Тимер. — И нужно. Всё же не первый раз сталкиваюсь с жителями пограничных сёл.
Я не хотела, что бы он винил себя в произошедшем, но понимала, что мои слова его не успокоят и не убедят в обратном. Прижавшись крепче, я обвила рукой его шею.
— А раньше из-за чего ты с ними сталкивался? — спросила я, уткнувшись носом в тёплое плечо.
— Горгол отлавливал. Для работы…
— Изучал? — поняла я.
— Да, — помедлив, признал Тимер. — Нужно было разработать защиту для замка.
— А кого ты еще изучал
— Нет, — покачал головой маг. — Ни к чему.
— Там всё так ужасно? — спросила я, поёжившись.
— Самое ужасное ты уже разведала, — ответил он, натягивая одеяло выше, так, чтобы оно закрывало и мой затылок. — Остальное скорее просто неприятно и не весело.
— И тебе не весело? — отклонившись, я внимательно посмотрела на Тимера.
Маг улыбнулся. Едва уловимо, но я разглядела весёлые огоньки в его глазах.
— Пытаешься выяснить не садист ли я?
— Пытаюсь, — подтвердила я кивком.
— Не весело и не садист. Довольна? — произнёс он всё с той же лёгкой улыбкой.
— Не очень.
— Почему? — вот теперь он удивился, от чего улыбаться перестал и тут же нахмурился.
— Теперь я подозреваю, что ты мазохист.
Тимер скривился так, словно съел нечто крайне кислое.
— Или есть еще какая-то причина, почему сильный и, похоже, не бедный маг посвятил свою жизнь «невесёлому» и «неприятному», — подвела итог я.
Тимер ничего не ответив. Обняв крепче, он подтянул к себе, заставляя снова лечь на плечо.
— Ну, расскажи, — попросила я. — Я же хочу понять.
Он заговорил, но не сразу. Какое-то время мы ехали в тишине, и я думала, что маг и на этот раз не ответит.
— В день моего рождения отец отдал мне часть своей силы. После этой клятвы у него не было шанса дойти до источника, но он верил, что я смогу. Это и стало его новой мечтой. Отец готовил меня, как может готовить библиотекарь — давал знания.
— Твой отец был библиотекарем? — удивилась я, снова отклоняясь и смотря на Тимера. Совсем не так я представляла потомственных библиотекарей.
— Да. Он был главным над императорской закрытой библиотекой.
Я широко улыбнулась.
— Снова думаешь над тем, что мне полагается лысина, очки и… что там еще? — уточнил Тимер, улыбаясь в ответ.
— Живот и почтенный возраст, — охотно дополнила я.
— Ну, знаешь ли, — картинно оскорбился он, — я дочь Рэйхарда тоже не так представлял. Думал ты окажешься мастером пяти боевых искусств, станешь хвастаться опытом изготовления оружия в полевых условиях, и делиться историями того, как душила каких-нибудь хищников голыми руками.
Я охнула. С чего бы кому-то ожидать от меня подобного?
— А кем был мой отец? — осторожно спросила я.
— Ты не знаешь?
— Мама говорила, что он путешественник…
— Ну, почти, — кивнул Тимер. — Рэйхард был картографом.
На мгновение повисла тишина. Я недоумевала, а Тимер с улыбкой ждал, когда я, наконец, верну себе дар речи.
— С чего ты взял, что дочь картографа должна душить хищников голыми руками? — забывшись, я взмахнула руками, от чего одеяло поползло по плечам вниз.