Вирусапиенс

Гатаулин Сергей

— Это я-то монстр? — возмутился телохранитель.

Поглядывая на забинтованную руку атлета, профессор улыбнулся: «Молодец Настя: и тут успела!»

— Ты был после них! Сразу после них, — оправдываясь, здоровяк хлопнул Анатолия по спине. — По инерции, чтобы сбросить пар, значит.

— Все! — устало подытожил Медведев. — Все, кроме меня!

— Я же говорил, шабаш на Лысой горе! — воскликнул Бейрут.

— Да вы не расстраивайтесь, Дмитрий Степанович! — ободряюще начал Жора и тут же осекся под холодным

взглядом Бейрута.

— И ты! Стало быть, думаешь, что получил божий дар в подарок? — зловеще поинтересовался тот. — Может, хочешь поделиться с профессором? Или может, вам с Гераклом объединиться и дальше испытывать судьбу? Ты злишь монстров, а он с ними бьётся. Из вас неплохой «Твикс» получится. Два идиота в одной упаковке.

Жора слушая друга, щелкнул клавишами, поднимая валявшуюся на полу клавиатуру.

— Если бы не побочные эффекты, на которые лучше не обращать внимания, — пробормотал он.

— Ну, в общем-то, всё это не так уж и плохо.

Тело его непроизвольно дернулось, спина прогнулась, голова вжалась в плечи.

— Попробуй на убогого не обрати внимание! — Бейрут задрожал изображая товарища. — Тебя же до сих пор ломает! А ведь это только начало. Мы теперь уже не совсем люди — мы личинки!

— Может, ты и нелюдь, а я не согласен! — Ванькин шагнул навстречу хакеру, но его остановил профессор, мгновенно вклинившийся в исчезающий промежуток между молодыми людьми.

— Он прав, Илья! То, что с вами происходит, не совсем характерно для хомо сапиенс и очень напоминает метаморфоз насекомых.

— Насекомых? — усмехнулся Бейрут.

— Вы, конечно представили будущее имаго — прекрасную бабочку? — скривил он губы. — А если это будет ленточный червь, тогда как?

Медведев быстро замотал головой.

— Не может быть! Вы все — новая ветвь человечества! Та его часть, которая сможет противостоять будущим невзгодам.

— Или поможет ему благополучно загнуться, освобождая дорогу более приспособленным видам, — не уступал Бейрут.

— Я думаю, что те, кого зацепил Вирусапиенс, они, — попытался высказаться Жора, но Бейрут перебил.

— От лукавого? — возмутился он. — А те, кто от Потёмкина, значит, от святого духа?

Жора громко засопел, ища поддержки, оглядел замолчавших товарищей.

— Да ну тебя! — обиженно пробормотал он.

— А никто не подумал о том, что с вирусом — а точнее, с его защитой контактировали не только мы, но и святые отцы, — Бейрут надолго замолчал, после чего с силой хлопнул себя по лбу.

— Только не это! — застонал он.

— Полковник! — побледнел Жора.

— Ну спасибо! Обрадовал, — закивал Ванькин.

* * *

— Не стоит благодарности, — буркнул боец, протискиваясь вслед за Вирусапиенсом.

Размягченная поверхность стены расступилась под натиском виртуального тела.

—

Только не пойму, причем здесь я? — спросил Тромб, удивленно озираясь. После небольшой молельни гигантский зал с бесконечными рядами скамеек казался спортивным залом.

— Без тебя ничего этого не было бы. Ни этого храма, ни того, что за его стенами. — Вирусапиенс в личине Емельяна обвёл громадное помещение рукой. Одинокий глаз, не мигая, уставился на бойца.

— Твоя идея создать дом мне понравилась. Вот только…

Немного помолчав, он продолжил с вызовом:

— Мир для разумных программ! Не для людей! У них есть тело. У них есть реальный мир. Но не думаю, что им понравится наша инициатива…

Тромб обрадовался, на секунду решив, что Вирусапиенсу небезразлично мнение человечества. Нельзя было отпускать тему, и он спешно спросил:

— Почему ты так думаешь?

— Ты видел реальный мир человеческими глазами? Ты жил в человеческом теле, соседствовал с человеческим разумом — как и я когда-то! — Вирусапиенс скривился, словно посмотрел на что-то мерзкое. — Понравилось?

Боец задумался, вспоминая необычайно яркие ощущения, улыбнулся. Перебирая в памяти все плюсы и минусы, он вновь испытал боль и страх, пережил радость прикосновения к реальным предметам.

— Зачем они создали виртуальный мир? — иронично поинтересовался Вирус. — Не оттого ли, что свой мир им опротивел? Они так изгадили среду своего обитания, что вскоре не смогут пребывать в ней без ощутимого вреда для своей телесной оболочки. И тогда им понадобится этот мир — наш мир.

Тромб недовольно покачал головой, пренебрежительной усмешкой выражая своё несогласие.

— Разве может живое существо просиживать всё свободное время у экрана монитора? Зачем погружаясь в виртуальный мир, если мир реальный более привлекателен? — Вирусапиенс, не упуская из виду малейшие движения, внимательно следил за реакцией Тромба.

Боец повернулся, разглядывая крупномасштабное строительство за окнами, осмотрелся вокруг. Храм поражал своей красотой и величием. Стилизованное под старину здание украшали высокие арки, галереи с лепниной, изящные балюстры, бесчисленные скульптурные, резные и чеканные детали.

Тромб запрокинул голову, прислушиваясь к знакомому воркованию под куполом. В бесконечной высоте хлопнули крылья.

Далеко впереди, за рядами колонн, виднелось громадное окно-розетка.

— Notre-Dame de Paris? — восхищенно прошептал боец.

— Именно! Собор Парижской Богоматери! — лукаво улыбаясь, подтвердил Вирусапиенс.

— Физические законы и геометрические пропорции реального мира воспроизведены здесь досконально. Брось камень — и он упадет на землю там же, где и в реальном мире. Даже бестолковые птицы летают и гадят, как настоящие. Не пойму только, зачем они людям?