Вирус

Сам-Самойлов Ю. Е.

Зацепил горячим, искренним словом, за нежное место в черствой душе, — словарных аргументов не вынесли, обидчиво физически накостыляли. О чем это говорит? Многое значит живая сила, честного слова. Все что угодно обозначает, если говоришь убежденно и напористо. Слово бьет врага и ведет на баррикады. Выведет труса из окопа, на смертный бой. Оправдает матерого преступника, казнит невинного, приклеит позорный ярлык святоше, построит воздушный замок, заработает кучу денег и разорит фондовую биржу.

Много дел натворит вовремя сказанное горячее слово. Одного не может — защитить умную физиономию оратора, от кулака обиженного оппонента. Несправедливо, обидно

и больно. Как же получается? Мы интеллигентно, заумно посылаем далеко, а в ответ? Банально и больно кулаком. Вначале слово, а по морде, в любом случае получишь? Озвучил слово — заработал дивиденды, ляпнул сгоряча обидную правду — получи практически результат. За базар отвечай.

На карачках, отполз от воды и кряхтя сел на песок, оглядываясь по сторонам. Мелькнул парус последнего кораблика, скрываясь за излучиной реки. Поцелуйки уплыли. И за борт его бросали в набежавшую волну. Решили, что утону, руки пачкать не захотели? Неужели последнее слово останется за врагом? Никогда! Преодолевая боль, погрозил кулаком и хрипло крикнул вдогонку.

— Сами дуры! — На душе полегчало. — Испугались правды-матки?! Сбежали?! Думаете, морду набили, выбросили и победили?! Фигу! Мы слабы телом, но не духом! Чтоб губа опухла, чтоб прыщ на заднице выскочил! Подождите, очухаюсь, залечу кровавые раны, еще встретимся! Отомщу за кровь, пот и слезы! Выверну наизнанку! Мат вам в ухо, горло и нос! Дуры позорные!

Поругался вслух, погрозил кулаком вслед, и на душе отлегло. Боль отступила, прибавились силы. Пусть Поцелуйки не слышат, но я их сделал. Как умел, так и сделал. Конечно, лучше б врага, по печени кулаком, ногой по роже, сломать носы, выбить зубы, выдрать волосья из причесок, сжечь корабли, разграбить дома, истребить племя до седьмого колена, а выживших отправить в вечное, сексуальное рабство в Турцию. После драки кулаком не машут, но кровожадно помечтать о мести, никто не запретит. И пусть начистили харю, пересчитали ногами ребра и зубы, но заживут синяки, пройдут болячки, а моральная победа осталась за нами. Виктория! И все-таки вертится!

Теперь выясним где Светлана и тронемся в путь. Встал на ноги, покачиваясь, как пьяный пассажир в троллейбусе. Кругом только небо, только солнце и река. Плещется мутная волна о заплесневевшие камни, жужжат стрекозы гоняясь за мухами. Не понял. Где начальник? Почему не рядом? Не доплыла? Вытащила из воды и убежала в кустики переодеваться? Щас выясним.

— Светлана! Я очухался, и хочу есть! Ау! — Сложил руки рупором, напрягая, последние силы. — Ты где?!

Голос растворился над водой. Вспорхнули испуганно утки и собравшись в неровный клин, ушли в небо. Никто не ответил, из кустиков не выскочил, привычно ругаясь. Тишина в ответ. Приплыл?

Подождите, подруги, я буду один? Это неправильно, нехорошо. Мы вместе обязаны находиться. Я и Светлана. Грешили пополам. Почему начальницу оставили, а меня выбросили? Несправедливо! Да, я мужчина, но она девушка, познавшая грех. Виноваты оба, мы из одной экспедиции! А если Светлану выбросили за борт и утонула? Утонула, спасая? Как помню, били одного, но начальница пыталась защитить, пока не оттащили в сторону. Дальше не помню. Применим мужскую логику. Существует два варианта. Выбросили обоих за борт корабля, и Светлана утонула в реке. Выбросили одного, а начальницу оставили на корабле. Какой вариант нравится? Лично для меня не подходят оба, но будем считать, что начальница осталась на корабле, в плену у Поцелуек. А я? Как же я…

Стоп Вася. Не паникуй вперед батьки. Успокойся и переведи дыхание. Не теряй

присутствия духа. Оглянись по сторонам, крикни в полное горло и Светлана непременно найдется.

Успокоился, оглянулся и крикнул. Кричал долго, пока не осип. Побежал за уплывающими кораблями по берегу, размахивая руками, забыв о болячках. Бежал долго, пока не свалился без сих, на прибрежную землю. Бесполезно. Река совершила крутой поворот, я оказался на полуострове. Бессмысленно оббегать, еще глупее плыть в наступающих сумерках. Действительно. Совершенно один…

Неширокий песчаный откос, уходил густую траву, чуть дальше, кривые деревья стеной закрывали горизонт. Противоположный берег расплывался в вечерней дымке. Свободен, молод, холостой. Перспективный жених пропадает девчонки. Но радости нет. Тоска.

Сколько раз мечталось побыть одному в мудрых раздумьях, сколько раз грезил беззаботным одиночеством, где буду волен поступать, как хочу и что хочу. Дожил до мечты, а пришло долгожданное время и не знаю. Растерялся.

Отдышавшись, медленно поднялся на ноги. На сердце холодный камень тоски. Впервые за короткую жизнь, не перед кем выделываться и плоско шутить. Валяй Вася дурака, пляши вприсядку, стой на ушах, но никто не оценит мастерства лицедея. Ковыряйся в носу, громко пускай газы, стыдится некого. Не перед кем прихорашиваться, надувать важно щеки и глубокомысленно таращить глаза. Теперь есть возможность поговорить наедине. Узнать себя подлинного. Увидеть истинное нутро и отвратительную рожу. Как выглядишь в своих глазах, какой самом деле, без прикрас, без маски. Актер в пустом театральном зале? Царь без страны, или слуга, без хозяина? Раб без кнута?

Пнул в бессильной злости, по сухому песку поднимая желтую пыль, и стал медленно подниматься к лесу. О худшем варианте рассуждать не будем, оставив зыбкую надежду. Подумаем о втором. Почему поцелуйки выбросили меня за борт и оставили Светлану? Лучше, чем я, потому что одного пола с поцелуйками? Женского? Тривиально, но логично. Плюс Светлана не нудная, не лезет в бутылку, иногда думает головой, не учит жить других. Если сложить женскую суть и прибавить замечательный характер, тогда да, действительно, Светлана лучше. Объективно и субъективно. Дай Моно ей счастье в женском кружке единомышленниц…

Предположение выглядит заманчивым, если поцелуйки не решили продать начальницу в рабство, а от меня избавились, как от лишнего, бесполезного, болтливого груза. Какой от мущинки толк? Что ждать полезного? Лишняя в хозяйстве вещь. Пусть в роли раба, слуги. Избавились как от вредной занозы.

Всю короткую, сознательную жизнь, после кастрюли, был нужен толпе, в том, или ином качестве. Кто-то интересовался лично мной, кто-то отдельно отростком, некоторые по совокупности, а теперь нет. Почему? По кочану. Вернитесь, простите, дайте шанс исправится. Пусть не нужен полностью, но частью тела, послужить обществу. Пустая иллюзия. Ни я — Вася, ни ты — Хвой, ни в совокупности, никому не нужны. Точки расставлены, акценты определены, ударение на безгласную…

Что же остается в сухом остатке? Какая от Васи польза? Никакой. Много знаю, ничего не умею. Светлая голова и корявые руки. Амбиции выше потолка, а способности ниже пола. Любого. Земляного, деревянного, полового. Не реализовался как личность, не состоялся как мужчина. Случайный пассажир эволюции. Бессмысленная теория, не подкрепленная практикой. Лягушачий кулинар. Таланты актера раскрываются на публике, но я — пустая вешалка в гардеробе. Функция без значения. Ого, далеко понес депресняк, тормози Кастрюлькин.