Вилла 'Роза'
Шрифт:
– Да,- кивнул Ано.
– Она была мертва, это было понятно сразу. Лицо почернело и опухло, на шее веревка, она так глубоко врезалась в кожу, что поначалу я ее не заметил. Ведь мадам Довре была дамой увесистой.
– Что потом?- спросил Ано.
– Я пошел в холл к телефону и позвонил в полицию. Потом я потихонечку поднялся наверх и пооткрывал все двери. Ничего примечательного не нашел. Потом наконец добрался до комнаты под крышей, до той самой, где горел свет. Там я обнаружил Элен Вокье, горничную, она, связанная, лежала на кровати.
Компания
– Вот мы и пришли,- сказал Ано.
Они поглядели наверх; из углового окна на втором этаже высунулась голова и снова скрылась.
– Это мосье Беснар, комиссар полиции Экса,- объяснил Перрише.
– А выглядывал он из окна той комнаты, где горел свет в ваш первый обход? В половине десятого?
– Да, мосье, это то самое окно.
Они остановились у ворот. Перрише поговорил с сержантом, и тот их пропустил. Компания вошла в сад, окружавший виллу.
Глава 4
На вилле
По дорожке, обсаженной деревьями и кустами, они обогнули дом, и им навстречу двинулся невысокий бородач с военной выправкой. Тот, который только что выглядывал из окна,- комиссар полиции Луи Беснар.
– Значит, вы все-таки решили нам помочь, мосье Ано!- воскликнул он, протягивая руки.- Мы не претендуем на первенство в расследовании и готовы всецело вам подчиниться и довериться вашему мнению. Все, чего мы хотим,- это найти убийц. Мой бог, какое изуверство! И чтобы такая юная особа решилась на подобное преступление - непостижимо!
– Я смотрю, у вас уже есть твердое мнение относительно этой особы!отрывисто сказал Ано.
– Осмотрите виллу и сами убедитесь; не уверен, что вам удастся сделать другие выводы,- комиссар махнул рукой в сторону дома, потом вдруг воскликнул что-то невнятное и весь подобрался.
Из-за поворота вышел и не спеша двинулся к ним высокий, сухощавый мужчина лет сорока пяти, в просторном плаще и высоком шелковом цилиндре. У него была мягкая курчавая бородка, как у человека, щек которого никогда не касалось лезвие бритвы, узкое лицо, светло-серые глаза и чуть выпуклый лоб.
– Это и есть следователь?- спросил Ано.
– Да; мосье Флерио,- шепотом ответил Луи Беснар.
Флерио, погруженный в собственные думы, заметил их группу, только когда Беснар шагнул ему навстречу и под его ногами захрустел гравий.
– Это мосье Ано, он из Сюртэ, из Парижа,- сказал Луи Беснар.
Флерио радушно поклонился.
– Рад вас приветствовать, мосье Ано. Мы ничего не трогали; как только мне сообщили, что вы изъявили желание помочь, я отдал приказ оставить все, как есть. Я думаю, что ваш опыт позволит вам увидеть то, что мы наверняка бы не заметили.
Ано поклонился в ответ.
– Я постараюсь, мосье Флерио, больше ничего не могу пока обещать.
– Но кто эти господа?- Флерио, словно очнувшись, заметил стоящих рядом Гарри Ветермила и Рикардо.
– Это мои друзья,- ответил Ано.- Если
– А-а!- В глазах следователя появилась настороженность.- Вы можете что-нибудь о ней рассказать?
– Я с удовольствием расскажу все, что знаю,- ответил Гарри Ветермил.
В светлых глазах Флерио вспыхнуло холодное яркое пламя. Он сделал шаг вперед. Черты узкого лица обозначились еще более резко. Мистеру Рикардо показалось, что на какой-то миг Флерио перестал быть просто вежливым объективным следователем, за маской "официального лица" вдруг обнаружился страшный лик фанатика.
– Она еврейка, эта Селия Харланд?- громко выпалил он.
– Нет, мосье Флерио. Я не отношусь к этому народу с предубеждением, и у меня много друзей среди евреев, но Селия Харланд - не еврейка.
– А-а!- протянул Флерио; в его голосе мелькнуло разочарование и недоверие.- Ну ладно, докладывайте мне, как идут дела.- И он ушел, не сделав больше ни единого замечания и не задавая вопросов.
Четверо мужчин проводили его взглядом; когда он отошел достаточно далеко, Беснар, виновато разведя руками, обернулся к Ано.
– Он хороший следователь, мосье Ано, поверьте... Умный, изобретательный, вдумчивый, но у него есть свой пунктик, как у всякого из нас. Ему повсюду мерещатся козни Дрейфуса {Дрейфус Альфред (1859-1935) офицер Генерального штаба Франции, был обвинен в 1894 году в продаже секретных документов Германии и приговорен к пожизненной каторге. Впоследствии выяснилось, что обвинение было несправедливым, а решение военного трибунала - предвзятым}. Это дело не выходит у него из головы. Как бы ничтожна ни была убитая женщина, он должен найти у нее письма, обличающие очередного Дрейфуса. Но вы же знаете, таких людей тысячи - простые добрые обыватели, которые во всех преступлениях всегда готовы обвинить еврея.
Ано кивнул.
– Знаю. Однако когда антисемитизмом заражен следователь полиции - это очень неприятно. Пойдемте.
На полпути от ворот к вилле дорога разветвлялась, и на другой тропе они увидели молодого крепыша в узких черных брюках.
– Это шофер?- спросил Ано.- Мне нужно с ним поговорить.
Комиссар подозвал шофера.
– Серветаз, отвечайте на все вопросы этого мосье.
– Конечно, мосье комиссар,- откликнулся шофер. Вид у него был озабоченный, но отвечал он охотно и без малейших признаков страха.
– Как давно вы служите у мадам Довре?- спросил Ано.
– Четыре месяца, мосье. Я привез ее из Парижа в Экс.
– И поскольку ваши родители живут поблизости отсюда в Шамбери, вы решили воспользоваться возможностью их навестить?
– Да, мосье.
– Когда вы попросили хозяйку отпустить вас?
– В субботу, мосье.
– Вы просили выходной именно на вчерашний день, на вторник?
– Нет, мосье; я просто попросил отпустить меня на день, когда это будет удобно мадам.