Виктор 1. Memory
Шрифт:
– Вик, первое: не смей орать на меня, - его голос слегка повысился, - я этого не позволю. Второе: выйди вон из моей комнаты и успокойся. Ты меня понял?
Я издевательски улыбнулся.
– Да, конечно!
– Потом резко добавил: - Ага, щас! Размечтался! Я не уйду отсюда, пока ты мне все не объяснишь!
Лицо Дэниэла исказилось от едва сдерживаемой злобы. Он никогда не терпел неповиновения. Я же продолжил подливать масла в огонь.
– Объясни, если сможешь! Почему ты его убил? Он не предавал ни тебя, ни Империю. Он был мне почти другом. А ты его убил! Даже не предоставив весомых доказательств!
–
Дэниэл резко вышел из-за стола, а через секунду оказался напротив меня. В глазах было столько же ярости, сколько и у меня.
– По какому праву?!
– зашипел он.
– Хочешь знать, да?!
Мне стало немного страшно, но я кивнул.
– Да, хочу! Объясни, если сможешь, конечно, - и я снова издевательски улыбнулся.
– Да потому, что я всегда прав!
– закричал Дэниэл совершенно неожиданно. Я чуть вздрогнул.
– Прав, черт побери!!! Хотя иногда охота ошибиться! Слышишь, Вик?! Я всегда прав, поэтому я его казнил. Он предатель!
Я посмотрел Дэниэлу в глаза и рассмеялся.
– И все?! Поэтому ты его убил? Да ты просто сумасшедший!
– прокричал я ему в лицо.
– Тебе лечиться надо, и давно! Тебе еще голоса не слышатся?! А, Дэниэл?!
– я смеялся. Зло и с удовольствием.
Дэниэл схватил меня за воротник рубашки. И снова прошипел в лицо, от чего запах виски ударил мне в нос, заставив поморщиться.
– Знаешь, Вик. Я тут подумал, что надо было тебя убить еще тогда, когда ты свалился мне на голову, - теперь он улыбнулся.
– Или оставить в приюте, чтобы оттуда тебя отправили прямо в психушку. Тварь ты неблагодарная, вот ты кто!
Мое лицо опять исказила усмешка.
– Убить, говоришь? А что? Неплохая идея. Давай. Закончи дело! Исполни мечту! Ведь тебе пофиг, кого убивать! Давай, убей!
– я снова кричал на него.
– Убей! Ну, что?! Кишка тонка? А?! Ты, урод хренов!
Это было последнее, что я успел выкрикнуть. В следующую секунду кулак Дэниэла врезался мне в челюсть. От удара потемнело в глазах, голова взорвалась болью. Я упал на стол и опрокинул виски. Дэниэл тут же, вцепившись мне в рубашку, поднял меня и еще раз ударил, на этот раз в солнечное сплетение. У меня наступила дезориентация. Перед глазами все плыло. Потом был еще удар, снова в челюсть. Она хрустнула. На этот раз я упал мимо стола, сломав стоящий рядом стул. Из глаз лились слезы, и я ничего не видел. Чуть приподнявшись на локтях, я почувствовал хороший пинок по ребрам, затем еще один, и еще. Спустя несколько ударов я просто свернулся клубочком, защищая лицо руками.
Внезапно удары прекратились. Я осторожно открыл глаза. Дэниэл в ярости крушил мебель, всю, которая попадалась на пути. Кресло, стулья, кровать. Он разносил комнату, всю до основания. Носился по ней, как дикий зверь. Про меня как будто бы и забыл. Тогда, пользуясь моментом, я попытался отползти к выходу. Но как только пошевелился, тело свело острой болью, и из груди вырвался стон. Варт резко обернулся и, подбежав ко мне и вцепившись в воротник, слегка приподнял. Я слабо попытался защититься, но, кажется, мои попытки он даже не заметил. В его глазах была животная ярость.
Таким я его еще не видел. Это потом я насмотрелся на него в разных состояниях, как и он на меня... Но тогда мне стало страшно. Очень. Дэниэл замахнулся
– Прости. Я не хотел.
А потом поцеловал меня. Грубо, яростно и жестко. Моя сломанная челюсть отозвалась дикой болью, из глаз снова хлынули слезы. Я застонал, пытаясь вырваться. Мне было больно. Очень. Но это оказалось только началом...
Дэниэл перевернул меня на живот и, почти сорвав с меня штаны, изнасиловал. Грубо и по-звериному жестоко. А я даже кричать не мог от боли в челюсти. Только стонал и мычал, до последнего предпринимая слабые попытки вырваться, чем приводил его в еще большое бешенство. И он снова бил меня.
Не помню, сколько это продолжалось, но я наконец-то потерял сознание...
Планета 'Вечная ночь'.
2072 год от создания Империи.
Из этого кошмара меня выдернул Сельвано, сказав, что моя очередь дежурить. Я сел у костра и еще долго пытался отойти от ужасного воспоминания-сна.
Тогда, в 1673-ем, я сам был виноват. Сам. И даже тогда я это осознавал. После той ночи я пришел в себя в мед. блоке, где и пролежал около четырех недель. У меня оказалось сломано два ребра, челюсть, нос, плюс множественные гематомы по всему телу. Не знаю, что Дэниэл сказал целителям, но мне никто ни разу не задавал вопросов. Сам же Варт в мед. блоке не появлялся. А я все время пребывания там думал. И пришел к выводу, что не виню его в том, что случилось. Стечение обстоятельств и моя глупость. Но видеть его я пока не хотел. Поэтому сначала я через ЛК отправил ему заявление на отпуск, которое он подписал без лишних вопросов. А потом, вернувшись на работу, я просто посылал ему прошения на задания, связанные с отдаленными от центра Империи планетами. И он все подписывал. Дэниэл ни разу не пытался со мной связаться. Он как будто бы специально давал время, чтобы разобраться в себе.
То, что он со мной сделал, повергло меня скорее в задумчивость, чем во что-то еще. Я думал о том, что отныне нужно быть осторожнее и тщательнее следить за языком и проявлением эмоций. Потом постепенно осознал, что мою душу это почти не задело. И со временем вообще постарался забыть этот эпизод жизни.
Но на этой планете он вернулся ко мне. Во сне. Почему?
Через несколько часов я разбудил Сельвано и мы отправились дальше в путь...
***
Последние три дня нашего пути вокруг было подозрительно тихо. Ни людей, ни паломников, животных и птиц тоже не было. Сельвано не выказывал никакого беспокойства, и мы продолжали свой путь в неизвестность. Еще через день я все-таки спросил его:
– Брат, а что это за странные места? Ни людей, ни животных, ни птиц?
Сельвано посмотрел на меня и, чуть замедлив шаг, сказал:
– Это проклятые места, брат, они всегда появляются там, где в тот момент находятся Святые, они словно блуждают вслед за ними, дабы неготовые не могли добраться до Видевших Бога.
Святые живут в этих местах?! Да здесь воды почти нет, не то что еды.
– А ты уверен, что нам туда?
– Да, - ответил Сельвано, положив руку на грудь, - меня ведет Бог.