Вэй Аймин
Шрифт:
Позавтракав, она отправлялась к Бай Ци: проверяла ход работы, давала поручения, возвращалась к себе в комнату и садилась за свитки, которые ей приносили из кабинета дзяндзюна. К полудню, уставшая и измотанная, она уже была не в состоянии что-либо делать, перекусывала миской риса с овощами и заваливалась спать. Пол-шичень послеобеденного сна творил чудеса. Весь оставшийся день, вплоть до ужина, она проводила в мастерских.
– Что это? – спросил Бай Ци, указывая на очередное новшество, начирканное ею на листе бумаги.
– Это ветряная мельница в разрезе.
– В чём? Что?
– Для перемола пшеницы, но в нашем
– Что?
– Сейчас нарисую, – она перевернула лист, нарисовала, – вот два колеса повернутые друг к другу под углом в сорок пять градусов. На колесах такие зубья. Можно сделать колеса одного диаметра, можно ведущее больше, а ведомое – меньше. Так можно ускорить момент вращения на шестеренке. Из-за того, что колеса конические…
– А это что? А это…?
Объясняя, гонджу расписывала каждое приспособление, каждый этап. Рассказывала из какого материала лучше сделать ту или иную деталь.
– Все основные детали: лопасти, вал, шестерёнки, можно пока сделать из дерева. Лопасти из ткани, я подумаю как соткать парусину. Там особое плетение нитей. Обычная хлопчатобумажная ткань не выдержит. Сколько у тебя помощников? – спросила гонджу у Бай Ци.
– Двое.
– Нужно еще нанять людей из города. Для начала нужно сделать маленький деревянный макет, а потом уже можно будет строить большую мельницу. Нужно определиться с местом. Бай Ци, где поблизи от реки есть особо ветреное место? Желательно с одним и тем же направлением потоков воздуха круглый год.
– Большую мельницу? – переспросил он.
– Да, высотой с дом, или же два дома. Нет, пока совсем большую строить не будем. Опробуем на небольшой.
Бай Ци уже перестал удивляться, он просто внимательно слушал и старался понять и запомнить всё, что объясняла ему гонджу. Некоторые вещи ему приходилось додумывать самому. Он понимал, что у Минмин есть идея, но, по большому счету она не в силах её осуществить, без его помощи и опята.
– Соединить твои практические навыки и мои идеи, Бай Ци, – хлопала она его по плечу, – и мы перевернем этот мир.
Но пока что она переворачивала верх дном его мастерскую и весь заведенный в поместье распорядок.
***
Как-то вечером после ужина гонджу пришла к мутин и попросила помочь с написанием детских историй.
– Когда откроется сюесяо, – объясняла она, – нужно будет чему-то учить детей. А сказки – самое лучшее, на чем можно учится, для начала.
– Хорошо, – соглашалась чжангонджу.
Вэй Нуан посетила особняки богатых и влиятельных чиновников, воодушевила их жён. Удалось собрать некоторую сумму на открытие сюесяо, к циюэ всё должно было быть готово.
– Мутин, почему у меня синие глаза, а у тебя и футина – карие? У нас в роду были светловолосые и голубоглазые? – спросила как бы невзначай гонджу.
– Были, – удивилась гонджу, –
– М… – гонджу ничего не ответила, – так кто это был?
– Твоя бабушка – вдовствующая ванхоу 75 . Её привезли еще ребенком из далеких северных степей нэймэны. Нэймэны не только воюют с Шань и Чжао, они также разоряют своих северных соседей, уводят людей в рабство. Твою бабушку, мою мухоу 76 , еще ребенком отбили в каком-то конфликте в Чжао. Она очень выделялась – голубые глаза, светлая кожа, светлые волосы… На неё обратили внимание торговцы рабами и привезли в Мудан. Там её продали в вангон в качестве служанки. Она понравилась давану, твоему дедушке. Потом, когда она выросла, твой дед, взял её в наложницы, и со временем сделал её ванхоу… Какие истории ты хочешь, чтобы я тебе написала?
75
w'angh`ou,государыня, жена давана.
76
mh`ou,мать-государыня, обращение детей к ванхоу к своей матери.
Минмин сидела на подушке, опершись локтем о край невысокого письменного стола, терла брусок туши о чернильный камень. Вэй Нуан взяла кисть, обмакнула в разведенную тушь, приготовилась писать.
– Красная шапочка и серый волк, – продиктовала название сказки гонджу, – Жила была…
… закончив писать чжангонджу положила кисть на подставку для кистей, перелистала исписанные листы бумаги.
– Это очень интересная история, как ты до неё додумалась?
– Это не я, – ответила гонджу, – давным-давно… не важно.
– Я рада, что ты пришла ко мне и попросила о помощи. Я думала ты больше не хочешь со мной общаться.
– Взаимоотношения муню всегда сложны.
– Но дочь нуждается в мутин, а ты… как будто избегаешь меня. Тебе всего семь, а ты уже…
– Я необычный ребенок! Да, маленькие дети все нуждаются в фуму. Когда же они вырастают. Они забывают про всё то добро, которое для них сделали и стараются доказать, что могут жить самостоятельно, отвергая таким образом всё то хорошее, что было для них сделано. И помня только плохое. Так они оправдывают свое желание отделиться от опеки фуму. Эта истина стара как мир, но каждый раз, когда фуму и дети сталкиваются с подобными вещами, они очень переживают, бывают не готовы к этому.
– Да, но ты еще совсем ребенок, – настаивала на своем чжангонджу, – как ты можешь отвергать меня, когда я тебе не нужна, и приходить ко мне, когда тебе что-то нужно? Разве в таком возрасте ты не должна каждый день быть радом, требовать внимания, заботы.
– Я, еще раз повторяю – я весьма необычный ребенок. Почему вы и футин не родите мне братика или сестричку, тогда у вас будет настоящий малыш, а не такая паршивая овца, как я.
– Что за выражение?
– Да, черная, черная. Не паршивая. Черная овца в семье – это я. Но я не против быть ею. Я не против выделяться, быть не как все. В каждой семье есть такая вот черная овца. Это нормально и меня это не тяготит. Ну, может быть немного, но я понимаю, что я другая, и с этим ничего не поделаешь. Я пыталась в течение семи лет подстроиться, быть как все, но у меня не получилось.