Веточка

Клинков Олег

– Зря не зря!
– раздраженно сказал Дягилев.
– Одни деятели создают "зеркала", другие - сжигают, а попутно убивают людей. Так, нет?.. И если с "зеркалами" дело темное, - не ожидая ответа продолжал Дягилев, - то людей они убивают вполне натурально. Хорошо, с этим Тернером всплыло. А не погори и не воскресни он самым чудесным образом, да не приди в голову какому-то аналитику запустить на него слепой поиск - так бы и летал, спасал человечество!..
– Дягилев нетерпеливо посмотрел на часы, сказал в сердцах: - Да что они там тянут в конце-то концов!..

И

вышел.

Марк тоже посмотрел на часы.

"Двенадцати нет, - подумал он, - Оля наверняка еще не ложилась..."

Он позвонил домой.

– Привет, - сказал он, когда в трубке послышался голос жены.
– Я задерживаюсь.

– Это заметно, - бодро отозвалась она.

– Да нет. Еще задерживаюсь. Быть может, до утра. Белка спит?

– Без задних ног.

– Меня сильно ругала?

– Не сильно... Не надо обещать ребенку.

– Не надо было.

– Ты у себя будешь? Никуда не едете?
– без всякого перехода спросила жена, и в голосе ее послышалась обычная тревога.

– Да нет, Оля, я на месте. Бумажная работа. Только срочная, - соврал Мельгош.
– Спи. Целую.

– Целую...
– эхом отозвалась жена.

Марк повесил трубку и минуту сидел, совершенно - до тошноватого ощущения "полного растворения в воздухе" - расслабив тело. Затем сначала медленно, а потом все быстрее и быстрее произнес про себя "ритуальные" формулы "взрывного выхода" и резко поднялся. Он вытянулся, привстав на носки, замер на мгновение и почувствовал, что сбросил накопившуюся за день усталость.

"Итак, мотивы...
– размышлял он, доставая из сейфа пистолет, протирая и осматривая его.
– Еще раз. Все убитые - генетики. Все занимались нашумевшей тогда "синхронной мутацией" в геномах некоторых детей. Кому и зачем понадобилось их уничтожать?.. Родителям детей, у которых была обнаружена эта мутация? Вполне вероятно, отношение к этому было сложным, а записей не вели, учитывая щекотливость предмета. То есть убиралась голова, или память... Ну, хорошо, а кто же тогда в этой истории Тернер? На нем два убийства в разных концах света, не могут же у него всюду быть дети... Во всяком случае, не все сразу мутировавшие, совпадение невероятное. Значит, наемный убийца?..
– Марк зарядил две обоймы, сунул пистолет в кобуру под мышкой, поднялся и походил по комнате, привыкая.
– Что ж, вариант", подумал он, понимая, впрочем, что это - за неимением лучшего.

– Готов?
– в комнату быстро заглянул Дягилев.
– Давай вниз.

...Тернер открыл сразу же, как будто кого-то ждал.

– Входите...
– Силуэт его в тусклом прямоугольнике света, легшем на лестничную площадку, развернулся и начал оседать.

Двое оперативников с двух сторон заскочили в дверь, вслед за ним вбежали Дягилев и Мельгош, еще двое остались на лестничной площадке и у двери, все было сделано быстро и бесшумно.

Тернер медленно удалялся по узкому, пыльно освещенному коридору.

– Стойте, Тернер!
– крикнул Дягилев, останавливаясь на пороге.

Тернер обернулся.

– Вы же все равно войдете в комнату, -

спокойно сказал он, не глядя ни на кого - как смотрят в темноту. Подскочившие оперативники схватили его за руки и повернули лицом к двери.

– Я сказал - стойте!
– Дягилев подошел вплотную к Тернеру и защелкнул у него на-запястьях заранее приготовленные "браслеты".

– Эти штуки хорошо влияют на голову, - он постучал ногтем по тускло отсвечивавшему металлу.
– А теперь - вперед!
– Затем повернулся к двери и сказал одному из оперативников: - Понятых, Том. И извинись перед людьми.

В комнате, куда Марк вошел вслед за Дягилевым, посредине стоял старый, изрядно обшарпанный стол, возле него стул и рядом раскладушка без подушки и простыни, со скомканным одеялом. Освещалась комната довольно ярко голой, без абажура, лампочкой. На полу, возле кучи мусора валялся куцый веник и совок, как будто хозяина только что оторвали от уборки. Возможно, так оно и было. Все стены в комнате от пола до потолка были заняты стеллажами, на которых плотно друг к другу стояло множество, как показалось Марку, деревянных человеческих фигурок размером с ладонь. В углу комнаты была лесенка-стремянка вроде тех, которыми пользуются библиотекари.

Тернера усадили посредине комнаты на стул.

– Вас не интересует, почему мы здесь?
– спросил Дягилев у спокойно смотревшего на него Тернера. Тот молчал.
– Вы обвиняетесь в убийстве двух человек. Хотите что-нибудь сказать?

– Нет, - помолчав, покачал головой пилот.
– Все верно...

– Вот и хорошо, - Дягилев показал Тернеру ордер на арест.
– Мы вынуждены произвести у вас обыск. Будут протесты?

Тернер пожал плечами:

– Как вам угодно.
– Он перевел взгляд на Мельгоша, и в этот момент с его лицом что-то произошло. Марку показалось, что лицо пилота на мгновение одеревенело, сделалось глупым, как у дурачка, глядящего на чем-то удивившую его вещь.

– Оружие, боеприпасы в доме есть?
– спросил Дягилев, но Тернер словно бы не слышал вопроса.

– Скажите, - с усилием сглотнув, спросил он, обращаясь к Марку, девочка, с которой вы гуляете в парке, это ваша дочь?

Марк перехватил вопросительный взгляд Дягилева.

"Что за черт...
– подумал Мельгош, - а при чем тут Белка?.."

У него в душе шевельнулось недоброе предчувствие и, видимо, оттого, что он устал за этот долгий день, быстро и уже помимо его воли переросло в нелепую, в сущности, тревогу. Возникла и засверлила мозг мысль о возможных сообщниках Тернера.

– Что с моей дочерью?
– грубо спросил Марк.

– А что с ней?

И в голосе, и в глазах Тернера промелькнуло, как показалось Марку, деланное, издевательское беспокойство, и, понимая всю противоестественность возникшего разговора в окружении людей, в этой обстановке, Марк уже не мог остановиться:

– Не валяйте дурака, Тернер! Что с моей дочерью?

Тот непонимающе посмотрел на него.

– Я не знаю...
– сказал он, словно спохватившись, и торопливо добавил: - Вы можете позвонить, там, в коридоре, есть телефон...