Ветер свободы
Шрифт:
— Ну да, было бы неплохо.
— А-а-а, — Зло протянула Диана, и нервно дернула плечиком. Ну, ничего, можешь показывать свой характер и дальше. Пока меня это забавляет. — Да можно по пальцам правой руки пересчитать сколько раз мы виделись. Я тебя знать не знаю. Кто ты, да остальные эти двое. Если для тебя в порядке вещей спать с первой встречной, то извини, для меня это не приемлемо, — На последних словах она все же допустила повышенный тон.
— Но тебе ведь было о-о-очень хорошо… ведь так? И при первой нашей встрече сразу увидел твой интерес… — и глубоко выдохнув, почти прорычал ее фразу сказанную мне недавно. — Тебя выдали твои глаза, они начали темнеть. — И одна рука начала медленно опускаться меж ее бедер.
— Руку убрал, — Гневно воскликнула Диана. — Ты меня слышишь или нет? Я тебе объясняю. Я. ТЕБЯ. НЕ ЗНАЮ. Да. Мне было потрясающе. Великолепно. Господи. Да такое произошло со мной впервые в жизни.
— Чьи прикосновения? — Обманчиво мягко поинтересовался, но внутри все начинало гневно дрожать и разрываться от возможных вариантов. — Диа-а-ана, малыш, — я нежно погладил ее по щеке и поднял за подбородок, стараясь в печальных глазах найти страшный ответ. — Тебя кто-то обидел, не молчи, ты можешь рассказать мне все.
На этих словах девушку забило крупной дрожью, которую усилием воли подавила, загнав глубоко внутрь себя. Она движением своей руки резко откинула мою ладонь от своего лица и в один прыжок оказалась на полу, не замечая собственной наготы. Она гневно сжимала и разжимала свои маленькие кулачки, а на лице заиграли желваки, и если бы Диана умела испепелять взглядом, то я уже превратился бы в тлеющий уголек.
— Их. Их мерзкие прикосновения, — Диана начала истерично хохотать и стирать с себя невидимую грязь, расцарапывая кожу до крови. Я медленно старясь не делать резких движений, приподнялся с кровати, но девушка заметила мои попытки приблизится к ней. Она мгновенно отвлеклась от избавления от собственной кожи заживо и бешеным взглядом, наполненным черной мукой, что съедала ее изнутри, остановила меня на месте. — Ты такой же, как все. Как все они, — Она сделал шаг назад, стараясь максимально отдалиться, от меня, не прекращая выплескивать на меня свою злобу и боль, которую я заслужил вполне оправданно. Дрожь, которую она старательно сдерживала, теперь сотрясала все ее хрупкое тело. Идиот. Она же просила, она молила меня остановиться, но из-за неконтролируемой страсти, что накрыла меня с головой, я не мог мыслить разумно. А как? Как я должен был это сделать. Сначала мне необходимо было доказать свое первенство. Как я, альфа, император, изо всех сил болезненно сдерживал свои желания по отношению к ней, а Майкл и Дэн, наплевав на мое требование, бросились в этот сладкий омут в ее лице. Они смогли первыми попробовать ее, испить прочувствовать, оставив меня на вторых ролях. Я ведь так долго представлял ее в своих руках, как она будет извиваться, и просить меня не останавливаться. О. Боги. Я не император. Я самый настоящий слабак. Я же видел, в каком состоянии была девушка у больницы, и что ее преследовали, я чувствовал ее смятение в полете. Почему я вовремя не остановился? Да потому что не смог, после того как думал что обезумел окончательно, когда зверь взял надо мной вверх, а она так легко спасла меня, приручила симурана, гладила как маленького котенка, неосознанно вернула меня оттуда, откуда пути в мир живых нет. Да после того как она дала имя моей второй половине, приняла его как равного, не спасовала перед нашей силой альфы, симуран на все готов ради нее. И ради ее благополучия я должен закончить задуманное.
— Ш-ш-ш. Диана, все хорошо, успокойся. Я тебя не обижу. — Я убаюкивал ее своим голосом, гипнотизировал ее взглядом и маленькими шажками приближался к скрюченной фигуре девушки, которую сотрясали безмолвные рыдания.
— Ублюдок. Мразь. Как же я вас всех ненавижу. Я просила. Я умоляла дать мне отдохнуть, — Диана обняла себя руками, желая закрыться от всего мира, и медленно осела на пол. Голос ее становился все тише, и теперь лишь крупные слезы, что катились из ее глаз, говорили за надломленное внутреннее состояние своей хозяйки.
— Девочка моя, все будет хорошо. Ты только расслабься, прими меня. Поверь, так
— Ты обещаешь? — пустым и безжизненным голосом спросила девушка.
— Обещаю. — Я сел возле нее на пол и стер мокрые дорожки от слез. Диана крепко обняла меня, уткнулась носом в шею и шепотом уточнила.
— А как ты меня защитишь? — Тело ее было прохладным, сказалась пережитая истерика. Движение руки, и мы укутаны теплым одеялом. Магия, как же я жил без нее. Я обхватил ее лицо ладонями и заставил на меня посмотреть.
— Это все благодаря тебе. — Девушка ничего на это не ответила, а лишь закрыла глаза и снова уткнулась в мою шею. Я крепко обнял ее в ответ. С упоением вдыхал ее желанный аромат, а в это время мое сердце сладко замерло и забилось в ускоренном темпе. Моя маленькая, хрупкая девочка, ты всем пытаешься доказать что ты сильна и самодостаточна, всю свою жизнь держишь на контроле. А на самом деле тебя необходимо оберегать и защищать как самую дорогую драгоценность во вселенной. Каковой теперь ты и являешься. Пока мы так сидели, а она доверчиво прижималась ко мне, брала мое тепло, постепенно согреваясь, в голове снова всплыл вопрос, а смогу ли я делить ее? И понял, что нет никогда и ни при каких условиях. Да, я буду эгоистом, но эта девушка моя. Только моя. И ничья больше. Просканировав ее состояние, я мысленно улыбнулся, Диана успокоилась. Я нежно погладил ее шею и пустил магическую вязь, которая изящным изумрудным ожерельем украсила ее, обезболивая место для моего укуса.
— Диана, девочка моя, ты мне доверяешь? — В ответ тишина. Наверное, я влил слишком много магии, еще тяжело управляться с ней. Ничего, пару часов и все сойдет на нет, главное, чтобы ей ни было больно, и она согласилась. Я немного отодвинулся от нее, продолжая удерживать в своих объятиях, но теперь видел ее полностью. Диана молчаливо взирала на меня снизу вверх, и лицо ее было слишком кукольным. Оно было полностью без эмоциональным. — Тебе нужно лишь сказать мне да.
— Если я скажу тебе то, что ты хочешь услышать, ты дашь мне отдохнуть? — Мне не нравилось ее настроение, ведь добивался совершенно не этого, я хотел ее слегка успокоить, и в мыслях не было превращать ее в свою марионетку. Но время дорого, я чувствую приближение Майкла и Дэна, нужно спешить.
— Да, я дам тебе отдохнуть, я сделаю все, что ты хочешь. Только скажи да. — Я знал, что сейчас Диана не в том виде, чтобы перечить мне, но внутренне все же боялся услышать отрицательный ответ. Ведь для привязки необходимо полное согласие.
— Да. — И она закрыла глаза, полностью и безоговорочно подчиняясь моей воле. Ее согласие запустило процесс, который каждый симуран болезненно ожидает всю свою долгую жизнь. Долгожданная привязка, обретение своей пары, своей шерриан. Сейчас я благодарил всех богов, что привязка на Сару сорвалась. Эта была бы величайшая ошибка в моей жизни. После этого я никогда бы не смог испытать наивысшую радость от встречи со своей самкой. Моя девочка. Предупреждающий рык, который был озвучен только для моих ушей. Да, как же я мог забыть про симурана. Наша, наша девочка. Люцифер радостно поскуливал, ему не терпелось вновь оказаться с ней рядом, но полную трансформацию Диана не выдержит, только частичную. Крылья распахнулись за моей спиной, всколыхнув тяжелые гардины на окнах. Руки, челюсть, все менялось медленно. Каждое преобразование необходимо было четко контролировать и остановить на определенном этапе. И из-за этого я ощущал выкручивающую все суставы боль, но в этот момент она была священной, Диана стоит всех мучений. Выросшие клыки болезненно вибрировали во рту, желая скорее ощутить вкус ее персиковой кожи, сладкой плоти и горячей крови на языке, один глоток и девушка целиком и полностью в моих руках.
Тело дрожало от сладостного предвкушения. Медленно откинул голову Дианы вбок, осталось только погрузить клыки. Все мое существование свелось к этому мигу, к этой цели. Это новая отправная точка для нашей жизни. Все мирские звуки затихли, я не слышал ничего лишнего, лишь ее степенное дыхание, и размеренное биение ее сердечка. Все внимание сосредоточилось у бьющейся голубоватой жилки, ее кожа словно стала отсвечивать, изнутри помогая определить правильное место для метки. Парное рычание и дверь, ведущая в спальню, была вырвана с петлями и отброшена прочь.