Ветер свободы
Шрифт:
— Остановись, — Громкий окрик Дэна одновременно совпал с мощным выбросом силы, безжалостно отбросившим меня в противоположную стену, но не причинившим по сути никакого вреда. Черт. Не успел.
— Какого хрена, — Резко принял боевую стойку, держать ее было глупо, так как всего отвратительно шатало и бросало из угла в угол. Глаза застилала кровавая пелена. Сердце больно билось о ребра, будто старалось покинуть грудную клетку. Тело еще нервно потряхивало от возбуждения, и мне было безумно тяжело сконцентрироваться на своих целях. Взгляд так и возвращался к хрупкой фигурке, сидящей на полу. И только сейчас я смог заметить странный, еле заметный узор крыльев, который украшал ее лопатки. Это не было татуировкой, изображение носило вполне естественное происхождение. Как я не заметил этого раньше? Досада медленно
— Выродки, как вы посмели прикоснуться к своему императору во время совершения ритуала. Готовьтесь сдохнуть, — Кончики пальцев закололо и изумрудно-золотистые шары стали формироваться в ладонях. — Я от вас живого места не оставлю, — И я не дождался от них повиновения, склоненных голов. Не было боевых трансформаций. Они даже и не думали защищаться. Полуодетые, грязные, они сейчас походили на мальчиков с разворота какого-нибудь глянцевого журнала созданного не только для женской аудитории. В глазах горит вызов. — Даже дать вам слово перед смертью не попросите? — Невесело усмехнувшись, спросил свою бывшую команду.
— Ее нельзя привязывать насильно. Иначе печати не сломать. — Тихо ответил Дэн, бережно кутая Диану в одеяло, словно маленького ребенка. Он приковал мой взгляд, разрешая проникнуть в свои мысли, и я не почувствовал в его словах ни капли лжи. — Майкл тебе все расскажет, а уже потом можешь нас убивать. Ты знаешь, я подчиняюсь тебе во всем, но это закончить мы тебе не дадим. Извини. — Крепко прижав девушку к своей груди, Дэн резко развернулся и, не оглядываясь, вышел из комнаты. Ревность, ядовитая, разъедающая все нутро, выгрызающая сердце и трезвость мысли. Только боги могли видеть, каких трудов мне стоило оставаться на своем месте, и в полном безмолвии провожать собственного брата. Пустота и апатия обдали меня холодной волной, оставляя после себя мерзкое черное небытие. Они лишили меня моего света, моей радости, моего сердца. Волк рвался наружу, он жаждал отмщения. С титаническим усилием я заставил своего зверя замолчать. Нам необходимо их выслушать. Нельзя потакать своим чувствам. Только сейчас, когда запах, Дианы не так силен, мой разум посветлел. Она сводит меня с ума. Действительно. Она поглощает все мои мысли, как ранний утренний густой туман, скрывает изгибы рек от чуждого взгляда. Диана мое наваждение, мое личное сумасшествие. Это неправильно, я вел себя с ней как несмышленый щенок. Тактичное покашливание, напомнило о предстоящем разговоре. Крепко ругнувшись про себя, я направился к шкафу накинуть халат.
— Ну, начинай. Хотя… — окинув взглядом спальню, я понял, что здесь я не смогу вникнуть в то, что сейчас скажет мне Майкл. Дверцы из цельного дерева жалобно скрипнули и раскрошились в мелкую труху, когда я их крепко сжал. Все напоминало о ней. Перед глазами стоял образ ее горячего тела, которое изгибалось под моими пальцами и губами, в ушах еще звучали ее жаркие стоны, пылкий шепот, я будто вновь ощутил ее цепкие коготочки на своей спине. Нет. В спальне поговорить нам точно не удастся. Тряхнув головой, я попытался скинуть охватившее меня наваждение. Майкл лишь молчаливо ожидал пока я приду в себя. — Встретимся в столовой, — Кинул через плечо и вышел из комнаты, если я сейчас же не выпью, то точно сорвусь.
ГЛАВА 19
Майкл
Жалкие людишки от страха готовы были носом землю рыть, лишь бы поскорее спрятаться от нас. Ужас, который они испытывали, мерзкой гнилой вонью распространялся по воздуху. Не обделались бы. Глаза двух переростков безотрывно следили за мной и с каждым моим шагом они становились все больше. В один прыжок и я около них. Вцепился каждому в мясистую шею и без проблем поднял над землей их отвратительные туши.
— Майкл, надеюсь, ты не будешь единоличником и поделишься одним? — Обманчиво спокойный тон Дэна вызвал непроизвольные дерганья в обоих мешках мяса.
— О. Очень боюсь разочаровать тебя… — мое зловещее нечеловеческое
— Что вы с ней делали? — Дэн рычал каждое слово, яростно встряхивая уродливо дергающие тела, но они были подозрительно молчаливы. — Что-то тут не так. У тебя раскалывались даже самые стойкие, что говорить о них, это ведь простые смертные.
— Не так, не так… — шаг к еле сдерживающемуся Дэну, и тут я улавливаю громкий шорох, офисный стул медленно, но верно пытался удрать с места преступления. — Дэн, ты только посмотри, самый главный герой стремится покинуть представление, — Едко процедил сквозь зубы и перегородил путь убегающему креслу. Когтями разрезал подобие веревки, которыми так старательно был привязан врач. Диана не жалела сил, на руках и ногах у последнего от передавливания посинели конечности, а следы от пут наливались фиолетовым цветом. Моя кровожадная девочка. Выпустив когти, я с наслаждением погрузил их в бесформенные плечи. Алмазные пики глубоко вошли в желеобразную плоть прямо до кости, словно нож в масло. Теплая вонючая кровь устремилась прочь из его тела. Жуткий нечеловеческий ор разнесся бы по округе, привлекая излишнее внимание, но Дэн побеспокоился об этом.
— Я накинул завесу невидимости, да и… — наклонился к искаженному лицу доктора, рыча почти по слогам, произнес каждое слово — кричи, сколько влезет, вас все равно никто не услышит. — И уже обращаясь ко мне. — Только быстро не убивай, заставь их помучиться, я знаю, ты умеешь. — После такой пламенной речи, врач засобирался покинуть нашу вечеринку, потеряв сознание, но я не дал. Еще на этапе обучения Сульяниром искусно научился держать своих допрашиваемых на тонкой грани бодрствования, когда все ощущения находятся на пределе, и жертва уже с радостью приняла бы в свои объятия саму смерть… но я лишь дарил призрачную надежду на освобождение, и вновь возвращал их к жизни и допрашиваемые уже с великой радостью говорили мне все. Обе всем и обо всех.
— Дэн, неужели ты думаешь, что без практики я растратил все свои таланты? — Кривая усмешка приклеилась на лицо моего напарника. Он со всей ожесточенностью пнул урода в живот, отправив того в незапланированный полет.
— Дэн. Да подожди ты, так и убить его недолго, — Схватил друга за плечи и развернул его к себе. — Неужели ты решил облегчить их участь скорейшей смертью?
— Извини, — Дэн пожал плечами, и сузившимся взглядом посмотрел на упавшее тело — как-то… не удержался, я… я, как представлю, что они делали с Дианой. Не могу. А, — Громкий крик и его глаза наливаются чернотой. Ему безумно тяжело себя контролировать. И сквозь выросшие клыки, сквозь рычание, смешанное с речью мало походящей на человеческую он цедит каждое свое слово. — Я готов прямо сейчас выпустить им кишки, Майкл. Ты прекрасно понимаешь, что эти ублюдки творили с моей девочкой.
— Не только твоей, Дэн, не забывайся, — я крепко схватил его за предплечье, сильно тряхнув при этом. Испепеляющий взгляд на меня и я понимаю, лучше было промолчать. Потому что Дэн, всегда держащий себя в руках, наша вечная Мать Тереза вот-вот сорвется и переступит за грань. Но Аэль не видел такого быстрого исхода для него, ведь Дэниэль всегда был в этом плане сильнее нас, он лучше контролировал свои чувства и эмоции. Нам проще, я и император уже долгое время находимся на этой хрупкой грани, а так как нам знакомы эти ощущения мы титаническим усилиями в состоянии быстро погасить приступ. Но Дэн… я начинаю слишком сильно переживать за него.