Ветер свободы
Шрифт:
— Но… где ты была столько времени? — Не удержавшись, спросил я.
— В Пеномбре…
— О. Боги. Как такое возможно? — Воскликнул Дэниэл и мгновенно приблизился к обеспокоенной богине.
— Обычно, — Альдения отмахнулась от него как от надоевшего насекомого, словно сейчас нам рассказывала об очередном походе по магазинам, — когда дело имеешь с обезумевшим мужчиной, все возможно, — И уже сладковато — язвительным тоном добавила, сощурив полыхающие лазурно-серые глаза — Вам ли не знать? — На последний вопрос я понуро опустил голову, признавая свои ошибки по отношению к Диане. Альдения права, то, что я сотворил с ней в лифте, как до этого общался… мне нет оправдания. Я действительно обезумел, я сходил с ума от этой девушки. Сможет ли она меня простить после всего этого? Ведь я ее чуть на тот свет не отправил. Сердце больно заныло, и я незаметно потер зону сердца, что не укрылось от внимательного взгляда Дэна, сейчас он понимал меня как никто другой. Одно слово — связь. И благость, и наказание, ведь ничего невозможно скрыть друг от друга.
— Отправление, бегство… — девушка изрядно напряглась, подбирая правильно слово,
— Первые накопленные силы я преобразовала в предсказание, на большее меня не хватило и только благодаря ему, вы сейчас находитесь здесь — в этом мире. По моему плану Диану в любом случае притянуло бы к вам, так как в ней течет моя кровь, а в вас всех частичка моей силы. Это был идеальный вариант. Медленно, но верно сила, которая дремала в Диане, проснулась бы, а там уже я бы подсказала, что делать дальше. Но тут вмешался Майкл, — Резко я почувствовал удушающую волну, которая частыми рваными потоками исходила от богини. Стало не хватать воздуха, и я закашлялся, в глазах замерцали багровые пятна, а все тело словно сдавливало обжигающими тисками. Встревоженный Дэниэл подхватил меня за плечи, всеми силами стараясь удержать меня. Что ж, если сейчас я умру от руки Альдении, буду только рад. Она в своем полном праве покарать меня.
— Альдения. Великая. Умоляю. Прошу тебя, остановись. Он ни в чем не виноват. Мы ведь не знали, мы ничего не знали… — Взмолился Дэн. Безжалостные разрушительные волны старались зацепить и его, но симуран переживал только за меня и мучился от того, что все сейчас происходит так. Все прекратилось так же внезапно, как и началось.
— Идеальный вариант. Вы понимаете? — Воскликнула богиня. Но ей не нужно было наше понимание, она кипела, безумствовала и готова была взорваться. А кто бы повел себя иначе? Столько лет, провести в месте перехода, в этом пустом месте на границе жизни и смерти, видеть, как бывшие живые сущности устремляются к свету и полностью растворяются в нем. Наблюдать за тем, как гибнут ее дети. Придумать план, накопить силы, обрести надежду. Но тут подоспел я со своей неконтролируемой страстью, и все разрушил, ее создание ее дитя. Как же ей сейчас больно.
— Прости нас. Прости… — Дэниэл упал перед ней на колени, заключил ее колени в своих объятиях. И все шептал извинения, искренне раскаиваясь, хотя единственный из нашей троицы был не виновен. Он не сделал ничего плохого Диане, наоборот, вернул ее с того света, когда я сорвался. Симуран прижимался щекой к ее ногам, и богиня, поддавшись порыву начала гладить его по голове.
— Ох, Дэниэл, мальчик мой, — она со щемящей нежностью смотрела на симурана. Мое сердце кольнула иголочка ревности, и я с усилием отогнал это чувство, понимая, что испытывать это — высшая степень глупости. — Ты всегда был самым рассудительным, а ведь именно ты должен был стать императором. — Дэну хватило ума, не кидаться на Альдению с вопросами, и мелькнувшее удивление он задушил зародыше. Ведь боги никогда не говорят что-то просто так. — Но тогда не пришло твое время, а сейчас ты вполне созрел для этой роли. Да и, к слову о действующем императоре, все забываю сказать, сильно не ругайте Аэля, ему пришлось тяжелее вас вместе взятых. — Она сильно прикусила губу, было заметно, с каким трудом ей дается каждое слово. — В свое время самый сильный из вас, стал слаб, он через многое прошел, вам нужно понять его и помочь, как он помогал вам.
— О чем ты говоришь, что не так с моим братом? — Дэн напрягся всем своим телом и неосознанно подался вперед, желая услышать объяснения ее странным словам.
— Просто запомните мои слова, ему сейчас жизненно необходима ваша поддержка, он балансирует на тонкой грани, еще немного и им овладеет безумие. Слишком долго он делился с вами своей силой, что не могло, не отразится на его состоянии.
— Альдения, ты, наверное, что-то путаешь, — Беспардонно перебил ее я. — Не было ни каких вливаний силы со стороны, мы бы обязательно это почувствовали. Добровольно делиться крупицами магии в нашем-то положении было смерти подобно, — Из меня вылетел нервный смешок, я был уверен в своих словах, но после того, как богиня посмотрела на меня, как на несмышленого детеныша, мой запал начал резко сходить на нет. — Или… все же нет? — На мой выброс Альдения отреагировала довольно спокойно, улыбнувшись слишком неестественно.
— Да если бы не он, ваши грудные клетки уже давно ощутили бы холодную сталь Альтеллана. Просто вспомните, как часто вы оказывались на грани? — Вопросительный взгляд на обоих и она довольна результатом. Я вопросительно посмотрел на Дэна, ища у того ответа. На его лице замерла гримаса печали. Он обреченно покачал головой, в ответ на мой не озвученный вопрос.
— Но я не знал, что он делил силу и с тобой… про то что он пополнял меня он приказал молчать и я… я ничего не мог поделать с его приказом. Майкл, ты же знаешь. Я не знал, он мне врал, он не говорил что все настолько скверно, он мастерски закрылся от меня, я уже давно не могу пробить его щиты… — смотря себе под ноги, прошептал Дэн. Значит, вливание все же имело место быть. И император не удосужился сказать собственному брату о том, что спасал и мою душу. Это сколько же раз Аэль нас выдергивал? Боги. Да как еще можно жить после такого? Вязкая волна паники нас накрыла одновременно. Понимание того, что мы в любую секунду могли потерять Аэля, но сейчас-то с ним Диана. Спокойно, Альдения знает что делать. Хотя перепады ее настроения. И, как по заказу очередная странность от нашей Матери. Белки ее глаз заполонила
— Очень хорошо, — Смакуя, протянула девушка, разом помолодев и выпала из реальности, об этом сказал ее блуждающий расфокусированный взгляд. Она что-то представляла себе, но что творилось в ее белоснежной головке, нам было неведомо. А меж тем вопросов становилось все больше.
— Альдения… — вкрадчиво позвал я девушку, выводя ту из состояния задумчивости.
— Ах, простите меня, — Она озорно улыбнулась и подмигнула нам обоим. — Все должно получиться, — Богиня нас откровенно пугала, мы уже всерьез начали опасаться за ее стабильность. Все же длительное пребывание в Пенобре сказалось на ее психическом состоянии, и мы не знали чего ждать от нее в следующую секунду. — Слушайте и запоминайте. Ничего не заставляете делать Диану насильно, это не моя прихоть, иначе печати, которые я поставила на блокировку ее способностей не сломать. Она должна раскрыться самостоятельно, хотя я ей помогла недавно, когда открыла суть ее магического резерва, — Она мельком взглянула на Дэна, тот улыбнулся уголками одних губ. Сложилось впечатление, что эта пара знает то, о чем не ведаю я. — Одна печать уже разрушена, когда она доверилась вам. Вы должны были почувствовать это.
— Прости меня за вопрос, но когда это именно произошло? — Я не удержался и вклинился в ее повествование, за что получил одобрение со стороны Дэниэла, так как это заинтересовало не только меня. Богиня забавно сморщила носик, но все же удостоила нас своим ответом. Хоть что-то.
— Когда вы всем скопом ринулись ее спасать. Помните преграду, что сдерживала вас и ваши способности? — Мы дружно закивали. — Так вот, тогда одна из печатей окончательно и разрушилась. Ваше появление подействовало как катализатор. Хотя разлом этой блокировки начался еще в больнице, Диана девочка сильная, вся в меня, — Гордо воскликнула Альдения, ударив себя в грудь, ярко сверкая глазами. — Вы должны ей помочь, рассказать то, что знаете сами, научить пользоваться своей силой, как когда-то учили и вас. Не давите на нее, постепенно приучайте к себе, узнайте ее. — Она горестно вздохнула, понурив голову. — Вы давным-давно связаны, у вас одна судьба на четверых. И чем скорее Диана вступит в свою полную силу, тем лучше будет для всех нас. Я знаю, что будет нелегко и порой страшно. Моя дочь, достаточно упертая особа, — богиня грустно хмыкнула, — но и вы, мальчики мои отличаетесь завидным упорством. Если бы в моих силах было изменить ход истории, я бы с радостью это сделала, тяжело жить и видеть, как сбываются мои видения…
— Альди, душа моя, вот мы и встретились, — Глубокий низкий вибрирующий неторопливый голос раздался позади нас. Богиня испуганно сжалась, обхватив себя ладонями, но головы не подняла. Мы попытались встать на ее защиту, но мощная энергия, что накрыла нас с головой, сковывала все движения и все наши способности. Все инстинкты вопили о смертельной опасности. Эта ужасающая сила пробирала до костей и сводила с ума. Сущности испуганно сжались внутри нас, боясь шелохнуться и выдать свое присутствие. Если бы на нашем месте сейчас находились обычные люди, их мозг бы выгорел полностью. Тихий шелест травы, говорил о медленном приближении хозяина этого кошмара. К нам приближалось нечто. Божественно прекрасное и удивительное создание вселенной. Ее гордость и ее очередная ошибка. От него веяло превосходством, каждое его движение было наполнено ленивой хищной грацией. Он был рожден повелевать и править, убойный коктейль, который вызывает в душе самолюбование, вседозволенность и гипертрофированный эгоцентризм. Это был высокий статный мужчина, с изящной аристократичной фигурой, скрытой под белоснежным костюмом, сидевшим на нем как вторая кожа. Длинные иссиня-черные волосы были заплетены в замысловатую косу, которая доходила ему до колен. Лицо его было достойно картин великих человеческих художников, и если бы он жил на земле, его красоте бы поклонялись. Он покорял с одного взгляда. Бескровное породистое лицо с высокими скулами, тонким носом с хищными трепещущими ноздрями, было идеально гладким, без признаков щетины. Со стороны казалось, будто античная мраморная статуя ожила и сошла со своего постамента. И только черный разлет его дугообразных бровей, и карминовые очерченные правильной формы губы, которые ярким пятном бросались в глаза и невольно притягивали внимание, придавали ему живости. Он мазнул ледяным взором и медленно прощупал нас двоих. Его глаза были отражением его я. Прозрачно голубые, словно подернутые хрупкой корочкой льда испещренной мелкими трещинками, подтверждали его неземное происхождение. И под ними хотелось крепко зажмуриться, раствориться, лишь бы не испытывать его созерцание на себе. Ощущения были поистине смертельные, словно в каждую клеточку сущности проник обжигающий колючий арктический холод, замораживающий все до причудливых кристалликов льда, одно неверное движение и мы рассыплемся на множество осколков. Это чудовище знало, какую боль, и страх он доставляет своим присутствием, и осознание этого приносило ему неземное блаженство. Он ликующе улыбнулся, сверкнув парой белоснежных клыков, и смазанным пятном оказался за спиной у Альдении. Он мог сделать это так, что мы бы и не заметили его перемещение, но очередная демонстрация своей силы была ему приятна.
— Я же говорил, что дождусь, а ты не верила. — Вкрадчиво проговорило чудовище и словно чего-то, опасаясь, обняло трясущуюся девушку за плечи. Мужчина закрыл глаза, замер на мгновенье, напрягшись всем своим телом, он как будто привыкал к своим ощущениям. После этого на его лице появилось ликующее выражение, и, не удовлетворившись одними объятьями, он стало неспешно поглаживать ее острыми черными когтями, вызывая новую волну паники у Альдении. — Как долго я ждал того, чтобы притронуться к тебе, моя малышка. Посмотри на меня, неужели не рада меня видеть?