Ветер свободы

Кирина Ольга

— В каком это мире? Что разбудить? Как это спящую? Ты чего? — Я теребила ее руку, требуя желанных ответов, и чем больше она мне отвечала, тем больше загадок рождалось в моей голове

— Я то, ничего, а вот мир, в котором ты живешь… В общем, он считается миром забвения. Реки магии его огибают и проносятся прочь, и мы до сих пор не знаем причины этого явления. Ведь магический поток вездесущ, вечен и бесконечен. Он покрывает каждый уголок нашей необъятной вселенной, где-то больше, где-то меньше, но с вашей Землей этого не происходит, будто кто-то блокирует его из-вне. Многим не дает это покоя… — она задумчиво теребила свои белоснежные прядки, решая, что же сказать дальше, а меня просто разрывало от любопытства.

— Да елки иголки, ты что, издеваешься надо мной? Кто мы? Много ли миров? Я вообще с Земли? Что за сила, которую ты пробудила и что она дает? У меня же сейчас голова лопнет от твоей недосказанности.

Она нежно погладила меня по руке, успокаивая и ласково улыбаясь. Медленно выдохнув, Светлячка тихо сказала.

— Как бы я хотела ответить на все твои вопросы, но у нас, к сожалению, нет на это времени, и даже если бы оно было, я сейчас не могу тебе рассказать всего. Правда — девушка жалобно посмотрела на

меня, ну прям, как всем известный кот из Шрека. — Ты главное не расстраивайся, очень скоро ты все сама узнаешь, теперь твоя сила — твой помощник, — Она похлопала меня по плечу, словно мы не в необъятном пространстве колышемся, а в местной кафешке кофе с эклерами употребляем. Простите за грубость речи, похоже в ее глазах я из одного места на лыжах выкатилась и, естественно, сразу все знаю и умею. А-А-А. Негодование нахлынуло на меня, распаляя с каждым новым словом Светлячки, все сильнее. Хотелось схватить ее за грудки и вытрясти из ее ангельской головки все сведения. Чем мне поможет сила, если я знать не знаю, что это такое и с чем ее едят? Вы среднестатистического человека посадите перед ракетой, да собрать попросите, соберет? Конечно. Еще инструкцию если выдать, так все. Считай, новый гений родился. Лицо само собой скривилось в недовольную маску, что не укрылось от внимательного взгляда моей чуднОй собеседницы.

— Ну что ты, тебе помогут, не волнуйся, — Тут она крепко схватила меня за руку, разворачивая не сопротивляющееся тело к себе передом. Невольно вспомнилась всеми любимая сказка, и я тихо под нос пробубнила

— Избушка, избушка, повернись к лесу задом ко мне передом… — только произнесла, как все раздражение будто рукой сняло. Ладно, нет ответов сегодня, что нам мешает выяснить их завтра? Помирать пока не собираюсь, я ж теперь супер женщина, с пока еще непонятными способностями. А вдруг из всей сверхъестественной лабуды мне достанется талант потерянные носки находить? Или мужиков из запоев выводить? Это же можно в какой-нибудь деревеньке осесть да денежки собирать. Прибыльным дело будет, точно говорю. Щелчок, и мой драгоценный мозг, как этого и ждал, и с неимоверной скоростью начал выдавать мне примеры предполагаемого волшебства, одно нелепее другого, что меня скрутило в истерическом смехе.

— Что с тобой? — Услышала я ожидаемый вопрос от Светлячки.

— Да так, ничего, — сквозь слезы и хрюканье сказала я. — Ты же мне ничего не рассказываешь, вот и я тебе ничего не скажу, мучайся теперь, — и показала ей язык. Глупо, да? Ну и что. Ведь положение, в котором я сейчас нахожусь, нет ни грамма адекватности и серьезности. Да если бы пару недель назад мне сказали, что я смогу легко и свободно парить меж звезд, покрутила бы пальчиком у виска. Или все же у меня реально крыша съехала, как знать, как знать… Что за… я ощутила, как мою щеку что-то обожгло, нет, не больно, просто неожиданно…

— Слушай меня внимательно, — Девушка пристально посмотрела в мои глаза своими блюдцами — ТЫ должна спасти ЕГО.

— Кого… — договорить мне не дали, ЕСТЕСТВЕННО. Зачем козе баян? Мне же информация так, до пятого места. И уже не удивляясь изменениям вокруг себя, я спокойно следила за тем, как все окружающее пространство вытянулось в ослепительный световой туннель без видимого конца и меня туда стало затягивать. Где-то уже подобное было… Скрестив руки перед собой, я еще пару мгновений наблюдала виноватое лицо моей горе собеседницы, которая слегка пожав плечами и помахав двумя ручками, превратилась в полупрозрачное белое облачко и исчезла в поглощающей его вязкой черноте. Бр-р-р. Страхота какая-то. Ну что, родная, вперед за приключениями. Посмотрим, что еще нам подкинет судьба.

ГЛАВА 16

Майкл

— Ну и что вы там придурки устроили? Извини Аэль, — Бросил я ему, как ни как, он еще мой император и такое обращение просто недопустимо. Длительное пребывание в этом мире значимо пошатнуло мой самоконтроль и жесткую дисциплину, вырабатываемую годами. Но меня так взбесила реакция этой сладкой парочки, что сдержать себя было нереально. Прохладный вечерний воздух не смог остудить моего праведного гнева, а я так на него надеялся. Последнее посещение больных уже подходило к концу, значит, в больничном парке уже скоро станет совсем безлюдно и можно, не опасаясь ненужных свидетелей во всем разобраться. Сейчас главным был я, при живом-то ведущем нашей небольшой группы, и что самое удивительное, мне это нравилось, я не почувствовал себя виноватым ни на секунду. Широкими шагами направился вглубь парка, где еще при свете дня заприметил деревянную беседку, укрытую от любопытных глаз пышными зелеными кустами с большими белыми цветами, очень похожими на розы, и увитую густым плющом. На мгновение мне почудилось, что я нахожусь в императорском саду, один среди ночи. Но для полноты картины так не хватает умопомрачительного аромата фрукта рошах, очень редкого и специально выращенного умелыми магами, всегда приносящего мне умиротворение и покой. Я находил свое спасение только там, когда стены моей полупустой комнаты плотно сжимались вокруг меня, а ночные кошмары, преследуемые меня с детства, не желали отступать, проникая глубоко в мой разум и неся только промозглый ужас. Наступающая ночь на темном покрывале несла в себе своих постоянных жителей, скрывающихся при свете дня. Рефлекторно переключился на острый звериный слух и зрение. В молодом редком хвойном лесу, сотворенном не природой, а скорее руками человека, что неровной каймой обрамлял пригорок с больничным зданием, ухала одинокая сова, фокус зрачка — большая белая. Внутри все задрожало от нервного предвкушения, и меня накрыло азартной волной своего зверя. Он заряжал приподнятым игривым настроем, так как совершенно не ощущал разрыва связи со своей драгоценной самкой, и змей был не прочь сегодня поохотиться, а так же похвастаться небольшим трофеем при встрече. Хм, писарь. Охота… Давно я не вспоминал этого слова, со времен беспечной юности с привкусом мимолетной свободы, когда буйство гормонов разрывало мозг, и я мог часами летать над бескрайними просторами родного Артраса, выслеживая свою добычу. Тогда я был моложе, и сила кипела в моих жилах. В те времена я даже не задумывался об ее экономии. Вдвоем мы неслись на бешеной скорости, так для развлечения и снятия напряжения за дикими рьеслами, кстати, очень похожими

на земных гепардов, только окрас у них необычнее, и само тело намного крупнее. Ярко желтая густая блестящая шесть покрывала все мощное тело животного, а фиолетовый окрас мордочки, круглых ушей и невероятно длинного хвоста, делала их очень милыми и забавными. Что играло злую роковую шутку с нашими детенышами, которых они безжалостно раздирали, когда малыши из детского любопытства, шли на поиски прекрасных и смертельно опасных зверюшек. Поэтому каждый разумный представитель нашего мира считал своим долгом любым способом искоренить это вид хищника, отключая инстинкт охоты, служащий только одной цели — пропитание. Рьеслы и еще пара других особей, остались нетронутыми нашей богиней. По официальным данным они не поддавались ее магии, и как бы она не пыталась, но человеческая душа так и не смогла прижиться и преобразовать их тела. Как я скучаю по этим дням, когда от переизбытка адреналина кипела кровь, готовая разорвать мои сосуды, в глазах рябили кровавые пятна от длительной погони, а солнечный зад рьесла с длинным фиолетовым хвостом мелькал перед носом. Воспоминание вызвало приятное ощущение, и гнев отступил на задний план. До сих пор не могу понять, почему парни не поняли, что врач юлит? Ведь нить сразу бы лопнула, если бы девушка покинула этот мир. Да, не скрою, в один момент опасное натяжение было, и для меня сразу весь мир потерял свои краски. Жуткое ощущение того, что в твое сердце запустили миллиарды острых игл, прокручивая и теребя каждую его клетку, не могло оставить спокойным никого. Но на то мы и элита, которая долгими годами вырабатывала четкую тактику и программу поведения в критических ситуациях, чтобы не поддаваться на животные рефлексы своих зверей. У сферообразных плафонов ламп уличных фонарей, что идеально ровными рядами обрамляли длинную парковую аллею, кружились темные жужжащие облака из насекомых. Над головой мелькнула крылатая тень, еще один обитатель тьмы — летучая мышь, выискивая себе пропитание. Парни вздрогнули, так как совершенно выпали из реальности, и двигались за мной на полном автомате. Докатились. Если бы Аэля увидели в таком состоянии на Артрасе, сразу же была бы предпринята попытка покушения. Альдения. Ну почему порой так сложно, зачем ты испытываешь нас? В чем же смысл задуманного тобой? Так незаметно для себя мы добрались до укромного места.

— А теперь собрались, утихомирили своих зверей и поговорили со мной без их присутствия и воздействия. — Великая. Как же болит сердце, неприятное ощущение того, что его пытаются вынуть из груди. Что-то происходит с моей риссан, знать бы только что. Могущественные Боги. Я клянусь, что заставлю ее мучителей корчиться на полу в агонии, захлебываться собственной кровью, ощущать каждую пытку, что я им уготовил. Ни одно Божество, никто и ничто не вправе помочь им в облегчении боли, они будут молить о смерти, но я буду непреклонен. Да. Я уже ощущаю запах их мерзкой крови. Я уже вижу алые расползающиеся пятна на полу под их скрюченными телами…

— Майкл, что с тобой? — обеспокоенный голос Аэля, отвлек от кровавых мыслей. Сколько мы уже тут находимся? — Ты выглядишь очень свирепым, надеюсь не мы тому причина? Может, ты спрячешь свои коготки? — Император усмехнулся и расположился в беседке, устав дожидаться нас. Да, мысли о мести настолько поглотили меня, что я даже не почувствовал, что частично трансформировался. Тут заметил, как скривился Дэн и потер грудную клетку

— Что, болит? — зачем спросил, если и так все понятно.

— Да, и тянет так противно, не пойму что это… — не переставая держать руку в области груди, братец последовал за старшим и аккуратно примостил свое огромное тело рядом, прогнув при этом деревянную скамью. Пока недолго ждал, когда главные герои недавнего скандала займут места в первом ряду, пришел в себя, остудил пыл и охладил разум. Так намного лучше. Вторая половина, повинуясь моему приказу, затихла. Странно, если вспомнить событие в лифте, я ведь тогда совершенно обезумел, забыл напрочь про долгие года своего обучения, пошел на поводу у зверя, и к чему это привело? К тому, что теперь моя риссан, подвержена опасности, и я чуть не потерял ту, которую только что приобрел. Инстинкты, никогда нельзя идти на поводу у них. И хвостатый, чувствуя свою вину, молчит. Правильно делает. Потому что если бы не моя хладнокровность в больнице, что тогда? Страшно даже представить. Мы стольким пожертвовали, через столькое прошли, как сказал бы Аэль, а тут в самый неподходящий момент себя бы раскрыли. Глупцы. Знают, что глупцы, вот и сидят передо мной с опушенными головами. Сколько живу, смотрю на них, постоянно удивляюсь. С первого взгляда так похожи, я бы даже сказал, идентичны, отличен лишь цвет волос и глаз, но это только с первого взгляда. На самом деле, Дэн намного хитрее и опаснее своего брата, который в виду своей императорской должности должен обладать иными качествами, нежели честность, отвага, доблесть, чтоб ее. Им бы местами поменяться, все было бы по — другому… Благодаря этой сраной доблести, мы как первая команда и отправились на поиски. Сколько думаю, а время на размышления у меня имелось, приходил к мысли, что после нас могло и не быть поисковых отрядов. Зачем кого-то оправлять, императора нет… Ладно, время уходит, а самобичеванием могу заняться и после.

— Эх, симураны. Всегда вы все усложняете, совсем мозг у вас отключается, когда речь заходит о драгоценной шерриан. Живете инстинктами. Хоть тысячу лет учи вас контролю, бесполезно. Предстали передо мной юными самцами, первый раз встретившими свою самку. Неужели вы до сих пор не поняли, что девушка жива? Боль в сердце, это есть натяжение связи с ней, и если бы Диана умерла…

— Она бы лопнула — закончил за меня Аэль, уже сумевший взять себя в руки. Поднявшись со скамьи, опасно заскрипевшей и явно не рассчитанной на посетителей такого масштаба, он стал мерить шагами пол нашего тайного пункта. Про измерял я, конечно, перегнул, тут было: шаг влево, шаг вправо, вот и вся небольшая площадь.

— Значит, Диана жива. Вот же идиоты, — Аэль хлопнул себя по лбу, чем напомнил мне его в детстве и громко расхохотался, сейчас он походил на того отзывчивого, доброго парня, который поддерживал меня в моменты трудностей, срывов и бесконтрольного гнева, как же давно это было.

— Да идиоты — это ни чего не сказать. Повели себя, как истинные дикари, — Дэн, запрокинув голову, раскинул руки по бордюрчику, густо оплетенному яркой зеленью, заметно расслабившись, шумно выдохнул. Оба брата вернулись. Теперь можно приступать к обсуждению спасательной операции.