Ветер истории
Шрифт:
– Быстро можно только пулями дырок наделать.
– Значит так... Криворучко! Как только немцев опрокинем, приставляй ствол к щели и высаживай остатки магазина. Только не в точку, а в линию. Понял?
– Чегож не понять, только как бы рикошетом не убило кого.
– пожал тот плечами.
– и то правда. Тогда быстро откручиваем оставшиеся болты и снимаем крышу - ей прикроемся от рикошетов. Сыпченко, вылезай оттуда.
Коварные тевтоны появились раньше, чем мы взялись за ключ. Пришлось замереть и ждать сигнала. Место для засады есаул выбрал для меня неожиданное - на краю пастбища. Логика была проста - мы укрыты в зарослях, а они на открытом и ровном месте. Хочешь стреляй, хочешь с саблей за ними гоняйся
– Давай, пехота, бей немчуру.
Загрохотала спарка, тут же к ней присоединились пулеметы группы поддержки. Слушать пулеметную стрельбу, когда дульный срез находится прямо возле уха - удовольствие для мазохиста, поэтому я многоопытно заранее встал у заднего борта. Отсюда было достаточно хорошо видно происходящее. С этой дистанции разгром колоны выглядел совсем не страшно. Ни крови не видно, ни предсмертных хрипов не слышно, только фигурки в серой униформе валятся как доминошки. Совсем на бой не похоже - то ли шутер компьютерный, то ли просто работа. Даже Сыпченко с первым же выстрелом начавший активно работать ключом смотрелся вполне естественно. Долго пальба не продолжалась. Очень скоро немцы либо упали сраженными, либо залегли. Несколько человек сдуру побежавших назад были разве что не в клочья порваны - столько пулеметов по ним ударило сразу.
Есаул, до сих пор стоявший рядом и радостно матерившийся взлетел на коня и лихо свистнув своим рванул вперед. За ним с криками и улюлюканьем понеслась вся сотня. Вот как это им удается? Вроде и не так много их тут, а все равно получается вполне себе впечатляющая лава. Отстреливаться от них лежа в поле было безумием, все равно долетят и изрубят в куски. Немцы это, похоже, тоже поняли, а может и опыт имели, в любом случаи побежали практически сразу. Кувырнулась одна лошадь, вторая, а потом стрельба прекратилась и германские пехотинцы вскочили и побежали назад. Безнадежно. Казаки догнали и порубили всех. Назад возвращались уже неторопливым шагом, вглядываясь в тела убитых. Когда подъехали к свалке тел на дороге проявились умные немцы. Они просто встали с поднятыми руками. Казаки их сноровисто повязали и рассыпались, пинками переворачивая тела и что-то подбирая.
– Готово!
– это Сыпченко кряхтя вылез из водительской ниши. Сделать щель сразу правда не получилось - на поле суетились собирающие трофеи казаки. Чуток поругавшись, Сыпченко приподнимаясь чтобы выглянуть наружу, вывел броневик на дорогу и повернул вправо, где народу было меньше - только пара станичников шмонали труп офицера.
– Мужики, отойдите - мы сейчас стрелять тут будем.
– крикнул им я.
– Сам ты мужик, а мы казаки!
– возмутились те в ответ.
– Да хоть графья, все равно отойдите! Пулям все едино в ком дырки делать.
Обиженные казаки-немужики отходить не стали, а решительно пошли к нам. Драку не допустил есаул. Подлетев на коне он тоже поинтересовался кто посмел назвать казаков мужиками и по какому праву.
– а по какому праву вы нас пехотой обозвали?
– нашелся я.
Есаул крякнул, и повертев головой сменил тему
– Зачем стрелять собрались?
Выслушав объяснения, махнул своим рукой чтобы отошли и уехал, а мы приступили к модернизации своей бронетехники. Прислонили снятую крышу к пулеметной стойке и столпившись за ней стали смотреть как Криворучко стоя сбоку, приставил свой мадсен к щели и зажмурив один глаз нажал на спуск. Пулемет болтался в его вытянутых руках, но вдоль щели все двигался исправно. Высадив почти пол-магазина, мастер-щелевик глянул на результат и дал еще одну очередь.
– Ну чё, пойдет?
– обернулся он к нам.
Мы все трое сунулись смотреть, но Сыпченко решительно отодвинул
– Коряво, ну да ладно. Для новичка сойдет.
Продолжили поход через десять минут. Тележно-пулеметный взвод пополнился двумя ручниками и россыпью германских патронов, а казачьи переметные сумки какими-то одним им ведомыми трофеями. Нам они принесли полный ранец гранат, четыре пары почти новых сапог, еще один ранец набитый едой и четыре фляги со шнапсом. Видимо, из расчета по фляге и паре сапог каждому. Лично мне выделили пистолет и крупный элегантный кинжал. Что досталось остальным пулеметчикам я проверять не стал. Наверняка тоже самое. Раз уж казаки признали наше право на долю в добыче, то вряд ли будут мухлевать - репутация на войне дороже любой добыче, она иногда и жизни стоить может.
Как только тронулись к нам подъехал есаул
– Германца пленного расспросили. Совсем еще зеленый офицерик. Говорит, на берегу их сейчас не больше двух сотен пехоты стоит, так что можно их сбить и прорыв закрыть.
Ого, оперативно, а я даже не знал, что тут кто-то немецкий знает.
– а этот ваш офицерик, случайно не знает, почему германцы не единым кулаком пошли, а по-ротно? Нелепо это как-то, а германцы не те люди, чтобы на войне глупить.
– Хе-хе. Это они артиллерии нашей испугались. Что резервов у нас тут нет вызнали и атак не опасались, а вот пушки могли их накрыть. Поэтому и растянулись, чтобы не всех сразу. Да только вы им весь план порушили, когда на овраге пулеметы поставили и последнюю роту от всего батальона отсекли. Те кого мы только что побили как раз этой роте в подмогу и направили. Так что германцы пока даже не догадываются, что их батальон уничтожен, а мы к ним в гости идем.
Есаул прямо светился от предвкушения внезапной атаки на не окопавшегося противника без артиллерии. Небось уже и трофеи в голове подсчитывал, а может и орден примерял.
Немецкие позиции толком рассмотреть не получалось. Место вроде и открытое, но редкие вроде бы кусты ивы торчали то там, то тут и обзору мешали. Сколько там немцем на самом деле и как расположены понять было невозможно. В итоге есаул поворчав решил полагаться на показания пленного и внезапность. Затягивать тоже не стоило - в любой момент к противнику могли подойти новые силы., может даже прямо сейчас реку форсируют, а может и уже тут сидят. Ни черта не видно.
Пластуны скользнули вперед. По плану они должны были снять часовых и таким образом обеспечить полнейшую внезапность удара. Мне же оставалось возвращаться к себе и ждать начала стрельбы. Броневик оставили довольно далеко, чтобы шум двигателя нас не выдал.
– Ждем.
– сообщил я своим, забравшись в кузов.
– гранаты приготовьте. Там кусты по всюду - могут близко подобраться.
Ждать пришлось минут двадцать. Я уже было заскучал, когда грохнул первый выстрел и сразу же загрохотало множество винтовок, затарахтели пулеметы и даже грохнуло несколько слабых взрывов. Сыпченко стойко проигнорировав наше дружное "давай! быстрей! что ты возишься!" тронулся и набрав скорость поскакал по неровностям к месту боя. Дороги тут не было, только свежая тропа натоптанная немцами за сегодня.
– Что-то не похоже это на двести человек.
– насторожено прислушиваясь к пальбе забеспокоился Иван.
Все тут навострили уши
– Точно! Больше там германцев, на много больше.
– согласился Криворучко.
– Так... смотрим в оба! Похоже надо теперь казачков вытаскивать из этой свалки. Главное немцев к себе близко не подпускать!
Сходу вступить в бой не вышло. Наши с немцами сошлись довольно близко и понять где кто среди кустов было невозможно. Хреново. Придется лезть вперед. Опасно, а не лезть нельзя - не поймут ни казаки, ни свои мужики. В животе противно захолодило. Мысленно встряхнул себя за шиворот и зло крикнул