Весенней гулкой ранью...

Кошечкин С. П.

эпитетов - и мы уже чувствуем, что в душе Рощина что-то произошло, ему

становится отвратительна затхлая атмосфера быта обреченной на гибель

контрреволюции.

Этот же прием применил М. Шолохов для передачи внутреннего состояния

Григория Мелехова, только что похоронившего самое дорогое, что было в его

жизни, - Аксинью: "Словно пробудившись от тяжкого сна, он поднял голову и

увидел над собой черное небо и ослепительно сияющий черный диск солнца".

Обратившись

к произведениям писателей прошлого, мы и у них найдем

немало аналогичных примеров.

Появление в есенинском стихотворении эпитета "озябшая луна" лишний раз

свидетельствует об умении поэта при минимальной затрате художественных

средств ярко передавать душевное состояние человека. Особое значение этого

эпитета в строфе и стихотворении поэт подчеркивает инверсией. Недаром образ

"озябшей луны" невольно возникает в нашем сознании, когда мы читаем

предпоследнюю строфу:

Вот и опять у лежанки я греюсь,

Сбросил ботинки, пиджак свой раздел.

Снова я ожил и снова надеюсь

Так же, как в детстве, на лучший удел.

"Эпитет, - говорил А. Н. Толстой, - надо употреблять с большим страхом,

тогда только, когда он нужен, когда без него нельзя обойтись, когда он дает

какую-то интенсивность слову, когда, вернее, слово настолько заезжено или

настолько обще, что нужно подчеркнуть его эпитетом".

В лучших стихах Есенина эпитет всегда оправдан смыслом, всегда

необходим, всегда "работает" точно, без промаха. У него не найдешь слов, которые стоят где-то рядом со смыслом, но не включают его, как это нередко

было в произведениях поэтов - современников Есенина.

Например, в стихотворении поэта И. Доронина "Я видел утром" читаем:

По дороге

В степь широкую

Пробежал

Мотор белокопытый...

Что это за "мотор белокопытый"? Читателю остается только догадываться, что речь идет, по всей вероятности, о тракторе. Но почему он "белокопытый"?

Может быть, потому, что у него белые колеса? Но вряд ли белые колеса могут

находиться в ассоциативной связи с белыми копытами. Так что даже при самом

богатом воображении невозможно представить себе этот "мотор".

Ни друга, ни денег, ни крепкого сна.

Одна мне утеха - ночная луна, -

начинает свое стихотворение современник Есенина поэт Е. Эркин, не замечая,

что эпитет "ночная" здесь совершенно излишен. "Ночная луна"... Как это

далеко от есенинского эпитета - глубоко осмысленного, выразительного,

необходимого, освещающего предмет с наиболее существенной для описываемой

ситуации стороны! Недаром А. С. Серафимович писал, что Есенину свойственна

"огромная,

все ломающая смелость эпитетов, сравнений, выражений, поэтических

построений. Сам. Ни у кого не спрашивал, никому не подражал. За ним косолапо

тащились другие, бездарно и убого".

7

Серафимович не случайно, наряду с другими элементами поэтического языка

Есенина, высоко оценивает его сравнения. Как и в эпитетах, в сравнениях

Есенина ярко проявилось тонкое мастерство, присущее только истинным

художникам. В есенинских стихах - применим его же выражение - "расцветают

звезды слов".

Сравнение - один из самых распространенных поэтических оборотов речи,

основанный на сближении двух предметов или явлений для пояснения одного

другим. Вместе с тем, как совершенно справедливо замечал Л. И. Тимофеев,

"характер сравнений никаким образом не сводится к примитивному пояснению.

Сравнение стремится внести в отражение действительности то общее ее

понимание, которое присуще писателю".

Прежде всего с помощью сравнения отвлеченное понятие, "невидимый

предмет" Есенин делает конкретным, видимым, почти физически ощутимым.

Снова выплыли годы из мрака

И шумят, как ромашковый луг...
–

начинает поэт стихотворение "Сукин сын", и его юные годы предстают перед

читателем во всем своем поэтическом обаянии, оживают, пахнут цветами, веют

весной, молодостью. И дальше:

Нынче юность моя отшумела,

Как подгнивший под окнами клен...

Сравнение прошедшей юности с подгнившим кленом дает нам возможность как

бы воочию увидеть молодость поэта. И для сравнения поэт берет не вообще

клен, а вот этот, стоящий под окном, чем достигается предельное

овеществление образа. В то же время этим сравнением дана самооценка рано

постаревшего поэта, его душевного состояния.

Ему, понявшему, что такое царская Россия и что такое слава,

В душу грусть

Вошла, как горькая отрава.

Для него бессмертный Пушкин

Такой прекрасный и такой далекий,

Но все же близкий,

Как цветущий сад!

"Чувство наше, - говорил Н. А. Добролюбов, - возбуждается всегда живыми

предметами, а не общими понятиями". Воздействие на читателей приведенных

выше сравнений лишний раз подтверждает правильность этого положения великого

русского критика, свидетельствует о большом эмоциональном заряде образных

средств Есенина, за которыми всегда стоят волнение, напряжение чувств,

мысли.

Есенинскому сравнению присущи живописность, "пластика", верность