Вернуться навсегда
Шрифт:
Держа перед собой свечу, Сьерра направилась в ванную комнату и там поставила ее на край раковины. Стянула мокрый свитер и лифчик, повесила их вместе с курткой на перекладину для полотенец. Когда надела и застегнула рубашку, уловила чуткими ноздрями тот же свежий аромат мыла, который несколько минут назад исходил от Мэтта.
Хлопчатобумажная рубашка была очень велика, но хоть сухая. И она пахла Мэттом, так что у нее закружилась голова.
Сбросив мокрые туфли и носки, но оставив мокрые джинсы, Сьерра взяла свечу и вернулась в гостиную.
— Ты все же проголодался, — заметила она, ставя свечу на кофейный столик и садясь рядом с ним.
— Немного, — согласился он. — Ты делаешь вкусные бутерброды. — Потянулся он за свечой и поднялся. — Сейчас вернусь.
Мэтт исчез в кухне и тут же снова появился с двумя открытыми бутылками пива. Одну поставил перед ней.
— Спасибо, — сказала Сьерра, затрудняясь вспомнить, когда в последний раз пила пиво.
Подняв бутылку, она с удовольствием отпила глоток холодной, горьковатой жидкости.
— Тебе не обязательно было здесь оставаться, Мэтт.
— Я пообещал мальчику.
— Зря он вытянул у тебя это обещание. Я не нервничаю, оставаясь одна. Убийца Бена получил, что хотел. Сомневаюсь, чтобы он вернулся.
— Что украдено?
— Ничего. Уилл думает, будто отца убил вор. Он слишком мал, чтобы понять, в какую беду попал Бен. Он ведь играл, много задолжал. Превратил нашу жизнь в хаос. Все эти телефонные звонки среди ночи. Иногда Бен уходил и не возвращался до утра. Чужие люди приходили к нам, искали его. Он связался с дурной компанией.
— Думаешь, его убили из-за долгов?
— Это единственное приемлемое объяснение. Тот, кто это сделал, представил дело так, будто Бен случайно вспугнул грабителя. Слава Богу, мы с Уиллом были тогда у отца.
Мэтт отложил остаток бутерброда.
— Ты действительно должна была его любить, чтобы позволить втянуть себя и мальчика во всю эту неразбериху.
Сьерра глубоко вздохнула.
— Все уже позади. Я уплатила долги Бена после его смерти. Именно поэтому мне и пришлось продать дом и некоторые вещи. Я привыкла думать, что мое будущее обеспечено, что у меня всегда будет хороший дом и достаточно денег. Больше мне ничего не требовалось. Теперь все изменилось. Я поняла, что положиться можно лишь на свою способность себя прокормить. Ты, верно, знал это с детства. Мне всегда импонировала твоя внутренняя сила.
— У битой лошади самая твердая шкура.
Сьерра отпила глоток пива. Ей нравилось ощущение тепла внутри.
— Надеешься, я тебя пожалею? Ты всегда был способен о себе позаботиться.
— Нет, мне твое сочувствие никогда не требовалось.
— Прекрасно. Потому что я и не собираюсь тебя жалеть. Только мне хотелось бы иметь хоть половину твоей решительности. И еще я завидую твоей свободе.
— Насчет решительности у тебя всегда все было в порядке, Сьерра. Тебе просто не было нужды ею пользоваться. Ты проявила завидную смелость, пойдя против отца. Немногие мужчины в этом городе решились
— Не слишком-то я смелая.
Он легко провел пальцами по ее волосам. Она наклонилась к нему, прислушиваясь к стуку дождя по крыше.
— Я пришла, потому что должна объясниться.
— Ничего ты не должна. Тебе не надо оправдываться ни передо мной, ни перед кем-то еще за тот выбор, который ты сделала. Я ведь всегда знал, что рано или поздно тебя потеряю. Это случилось быстрее, чем я успел себя подготовить.
Он уверенной рукой массировал ей плечо. Сьерру охватил жар.
— Я знаю, как это выглядело в твоих глазах. Я ведь не говорила тебе, что продолжаю встречаться с Беном. Я бы сказала, если бы это хоть что-то для меня значило.
— Сьерра, все это уже не имеет значения. Много воды с той поры утекло. Хотя как не значило? Ты ведь вышла за него замуж?
— Я хочу, чтобы ты понял. Не хочу бросать тень на то, что когда-то было между нами. Наши отношения были для меня дороги. В то лето я начала встречаться с Беном еще до знакомства с тобой. Отец постоянно следил за мной. Даже если он был в отъезде, экономка обо всем ему докладывала. Мне пришлось продолжать назначать свидания Бену, иначе отец бы догадался, что я встречаюсь с кем-то другим. Уж он обязательно бы выяснил, с кем именно.
Мэтт впился в нее внимательным взглядом, в оранжевом свете свечи она увидела, как исказились при воспоминании о прежней боли его красивые черты. Он положил ей руки на плечи.
— Перестань, Сьерра, — потребовал он. — Разве ты не поняла? Я не хочу слушать про тебя и Бена.
Она моргнула, чтобы спрятать набежавшие слезы.
— Все не так, как ты думаешь. Мы с Беном ходили вместе на вечеринки. Наши отношения были… совсем не такими, как у нас с тобой. Я о нем в этом смысле вообще не думала.
— Если все было так невинно, отчего ты не рассказала мне, что встречаешься с ним?
— Ты бы не понял.
— Нет, но, возможно, не было бы ощущения, что мне дали хорошего пинка. Что произошло? Ты решила, что раз уж вы всюду ходите вместе, почему бы не пожениться?
— Разумеется, нет. Бен сделал предложение, и когда отец узнал, что я ему отказала, пришел в бешенство.
Мэтт скептически взглянул на нее.
— Ты ему отказала?
— Да. Отец потребовал объяснений, и я все рассказала. Я рассказала ему про нас, Мэтт.
В комнате повисла тяжелая тишина. Мэтт изумленно смотрел на нее.
— Твой отец все знал?
— Я думала, он смирится, когда узнает тебя, но все вышло из-под контроля. Отец потребовал, чтобы я вышла за Бена, и я сдалась.
— Тому, кто предложил больше?
— Нет. Отец гневался. Я была расстроена. Ты должен понять, Мэтт, всю жизнь он был для меня семьей. Отец человек жесткий, меня часто возмущало его явное давление. Но он также и умный, компетентный человек. Я с уважением относилась к его суждениям и доводам. Я была молода… запуталась и позволила убедить себя.