Вернуться 2
Шрифт:
Роман вышел через свои связи на бывших сотрудников милиции, которые сейчас работали в службе безопасности Норильского ГОК-а. У Петрова один из его бывших сослуживцев, с которым они заканчивали одно военное училище, работал на ЕЗ ОЦМ в Екатеринбурге.
Можно было сказать одно, что мир очень тесен!
— Чего хотят, просят, желают или что-то ещё? — задал вопрос Герман.
— В Норильске пару дней «проверялись», сразу ответ не дали, — продолжал Манар, — но потом вышли на меня сами, явившись в гостиницу, где я жил. Готовы организовать две поставки
— Да уж, — почесал Герман затылок. — Думал меньшей суммой обойдемся. А тут миллион, хм…
— Идиотами их не назовешь. Примерные суммы на концентрат они знают. Так что… — развел руками Манар.
— И чего по ценам сказали? — заинтересовался Герман.
— Сказали, что на рынке России с подобных двух сделок можно получить не менее 2 млн. долларов.
— Врут собаки! Вернее, чтобы получить из концентрата драгметаллы на эту сумму, всё равно нужно специальное оборудование. А ты его ещё найти найди! — криво улыбнулся Герман. — Это как продать атомную бомбу. Все хотят, но хранить её нужны большие деньги, которых ни у кого нет.
— Как я понял, об уменьшении говорить бессмысленно, — сказал Манар. — Только за эту сумму. Сложилось у меня ощущение, что украденный концентрат они накапливали долгое время. Сейчас хотят в срочном порядке избавиться от него.
— А «Зенит» что? — этот вопрос был Алексу, которые сегодня вернулся из Москвы.
— После озвученного количества концентрата продавцы ответили, что готовы взять обе партии сейчас — все тридцать тонн за 5 миллионов долларов.
— Значит наша доля три миллиона, — подсчитал Герман. — Наверняка стоит это дороже, но… Но дороже у нас никто не купит, — заключил он.
— Что делаем? — Алекс был готов действовать.
— Работаем, — Герман посмотрел на Манара. — Выезжай в Норильск в кратчайшие сроки.
— Понял, — тот чуть поморщился, т. к. месяц назад у него родился ребёнок, так что эти поездки напрягали его жену, но пока он благополучно разрешал эти вопросы с ней.
— Чуть не забыл, а что по Екатеринбургу? — вспомнил Герман.
— Почти нет шансов. Собственники завода создали мощную службу безопасности. К концентрату почти невозможно добраться, чтобы не попасться. Однако, доступ к самой породе — это чуть ли в неограниченных количествах. С этим гораздо проще оказалось.
— И что европейские «партнёры» на это говорят? — обратился Герман к Алексу.
— Морду воротят, — поморщился тот. — Концентрат из добытой породы им подавай.
— А всё-таки?
— Не более 400 долларов за тонну.
— Манар, в Екатеринбурге надо узнать — неограниченно — это сколько? И во сколько нам обойдется покупка и перевозка одной тонны?
— Хорошо.
— Интересное предложение, но сразу скажу, что покупателям это мало, — сказал Ерофей Петрович на полученную информацию от Германа и Алекса, которые находились у него в кабинете.
— Ну извините, — развел руками Герман. — Что есть, то и имеем.
— Хорошо. Я на пару дней
— В течение месяца планируется принять груз из Норильска и Екатеринбурга в Перми, сформировать состав у нас, а потом в направлении западной границы. Как вы думаете, через какую страну проще вывезти: Белоруссию или Украину? — спросил Алекс.
— Белоруссию! — сразу ответил Ерофей Петрович. — Не доверяем мы партнёрам на Украине. Речь идёт о слишком большой сумме.
Герман был с ним абсолютно согласен, прекрасно знаю продажность и вороватость украинских властей.
— Добрый день, Ерофей Петрович, как ваши дела?
— Всё хорошо. Герман. Как долетели?
— Задолбался я с этими самолётами. Хоть свой самолёт покупай, — пожал ему руку Герман, а за ним Алекс, прилетевший вместе с ним.
Прошло неделя, как состоялся их последний разговор по поводу их сделки по полезным ископаемым и сейчас они встретились, чтобы обговорить последние моменты.
— К сожалению, Илья Сергеевич в Швейцарии, как раз по нашему вопросу, но скоро должен вернуться.
— Ничего страшного, особенно если речь идёт о деле.
— И каковы наши успехи?
— Да почти готово! — ответил Алекс. — В ближайшие дни планируется оплата концентрата в Норильске, в тот же день вагон с грузом уйдет в Пермь. С Екатеринбургом условия поставки утрясены, нам готовы отгружать породу, только деньги плати, — он попил воды, а потом продолжил:
— Расходная часть по закупке в Екатеринбурге добытой породы, её доставка до Перми, а потом вывоз в Белоруссию обходится около 150 долларов за тонну. Соответственно, заработок с учётом продажи породы в Европе должен составить около 250 долларов за тонну. С учётом того, что представители ЕЗ ОЦМ в Екатеринбурге пока, именно пока готовы поставлять в месяц до 10 000 тонн, то получается приличный заработок.
Конечно, собственники завода сами бы с удовольствием продавали свою продукцию на Запад, но тут возникало много вопросов.
Требовалось специальное разрешение из Правительства РФ, тем более, что оно выдавалось на определенное количество, и не более того. При вывозе пошлина могла составлять до половины стоимости вывезенного груза. И это, не считая многочисленных чиновников, которые специально создавали многочисленные трудности, чтобы собственник груза «подмазал» их в обязательном порядке.
С помощью «Зенита», порода вывозилась, по документам, под видом самых дешевых полезных ископаемых. Пошлины были минимальными, ну а принимающая сторона прекрасно знала, что она покупает, соответственно была готова выплатить реальную стоимость за товар.
— Какова схема получения нами денег за наш товар? — Герман не мог не задать этот вопрос.
— В Швейцарии у нас имеется несколько компаний, на счета которых поступят деньги, как товар пересечет границу с Белоруссией, и представители покупателя проверят его.