Вернуться 2
Шрифт:
И тут захват ослаб, но в области поясницы насильника вспыхнула дикая боль.
На земле от дикой в боли в печени, травмированной сильным ударом, корчилась человеческая фигура.
— Вы кто, кто вы? — боль немного отступила, и насильник наконец смог наконец нормально видеть окружающее.
Перед ним стояла фигура во всём черном, голова в шлеме склонена вправо:
— Зайцев Сергей Анатольевич, столяр на мебельной фабрике, примерный семьянин и заботливый отец двух сыновей… — тишина и… — Очень любит насиловать девушек… Да, тварь?
Сергей обмер, слишком много о нём
Герман брезгливо смотрел на этого урода, который похищал девушек с 1994 года, под угрозой ножа насиловал их на улице или приводил в свой дом в поселке Крым, где глумился над ними и удовлетворял свою похоть. Свои жертвы находил, когда передвигался на своём стареньком велосипеде «Урал», высматривая их на улице.
Последнюю девушку, угрожая ножом, посадил на велосипед и повез домой. Умудрился на ходу (!) изнасиловать её. Потом продержал у себя в яме на огороде 77 дней, постоянно насилуя и угрожая убить. Был задержан в 2002 году. Точное количество жертв неизвестно. Большая часть жертв до милиции просто сами не дошли…
Плохо, что вспомнил про этого урода не сразу. Какая-то очень избирательная абсолютная память получается! Проявляется только тогда, когда возникает ассоциативный ряд или он сам пытается вспомнить какое-то событие. Тогда да, всё всплывает до мельчайшей подробности. И увидев велосипеды с женщинами…
— Я готов написать чистосердечное признание, — попытался Зайцев уменьшить свою ответственность, предполагая, что его задержала милиция. — И они сами хотели!
Наитупейшее, но самое распространенное объяснение от большинства насильников: «это не я, они сами меня хотели!»
— И я тебе чистосердечно признаюсь… — фигура чуть сдвинулась. — Не люблю таких уродов, как ты, — смазанные, почти невидимые движения.
— А-а-а! — Сергей Анатольевич заорал, когда в паху вспыхнула дикая боль.
— Машиной «Скорой помощи» доставлен гражданин Зайцев Сергей Анатольевич, — докладывала хирурга медсестра приемного покоя. — Жалобы на сильные боли в паху. Судя по сильной опухоли нужен рентген.
На следующий день лечащий врач общался с родственницей больного:
— Ну а что вы хотите? — он пытался объяснить гражданке Зайцевой сложность всей ситуации с её мужем. — Тяжелые повреждение половых органов — ампутация, тазовые кости разрушены.
— Он инвалид?
— Да, это на всю жизнь.
— Ну что ж, — Герман сидел в кабинете Алекса за небольшим столом, за которым также расположились хозяин кабинета и Манар. — Ты принёс? — обратился он к Манару.
Тот подвинул к нему папку, которую принёс с собой по просьбе Германа.
— Я внимательно посмотрю, а пока давай в своих словах.
— С момента дефолта, я вплотную занялся предприятиями, которые ведут деятельность в сфере добычи полезных ископаемых. Могу сказать, что мною были выбраны несколько перспективных компаний: часть из них представляет очень большой интерес для нас прямо сейчас; часть предприятий чуть похуже, но тоже могут быть взяты в плотную разработку; ну а часть — так, если совсем
— Их оставим напоследок, но отслеживайте с Петровым, — сказал Герман, под молчаливое согласие Алекса.
— Информация обошлась очень не дешево, но это того стоило, — продолжил Манар.
— Ну для того тебе выделили необходимые средства, — напомнил Герман.
— Всё равно, дороговато, — дернул щекой их главный юрист.
— Ничего, это всё окупится сторицей, — успокоил его Герман. — Давай, жги дальше.
— Имеется три особо интересные компании: «Уралалмаз», «Уралкалий» и «Сальвинит». Все занимаются добычей ценных ресурсов.
— Чем собственно интересны для нас? — ожил Алекс.
— По «Уралалмазу» — акционеры в легкой панике. Все заработанные компанией деньги они почти вывели, а заводить обратно — дураков нет. Неизвестно, что может произойти. А может и денег этих уже нет. Трудно сказать, потому что эта слишком закрытая информация. На счетах около пяти миллионов рублей, но если ситуация не стабилизируется, то этих денег им хватит максимум на два, ну может три месяца. Очень большие затраты на проведение добычи.
По «Уралкалию» и «Сильвиниту» ситуация интереснее. Специально так получилось или нет, но каждая из них выдала до дефолта денежные средства в рублях, при чём, одной и той же компании. Суммы очень большие, выдали в рублях, но в пересчёте на доллары — по 500 тыс. долларов. Специально так получилось или нет, но генеральный директор компании, получившей кредит, пропал через две недели после дефолта. Деньги со счетов исчезли, вроде как концы ведут на Каймановы острова.
— Ай, мАладЭц, директор. Кинул своих друзей и смылся в неизвестном направлении, — рассмеялся Герман. — Хорошо, я тебя услышал. Так, Манар, Алекс, завтра начинайте искать выходы на собственников этих предприятий. В особенности первым мне интересен «Уралалмаз», все остальные — вторичны. Алекс, выходи на заместителя губернатора и попроси посодействовать.
«Уралалмаз» была достаточно интересной организацией, занимающейся добычей алмазов на территории Пермской области. Герман, когда первый раз услышал об этом, то просто обалдел. Он понятия не имел, что оказывается в его родной области встречаются алмазы.
По его мнению, да и большей части населения, российские алмазы — это якутские алмазы. И мало кто знал, что понятие «русский алмаз» до середины XX века во всем мире прочно ассоциировалось с Уралом. Самый первый алмаз был найден 4 июля (нового стиля) 1829 г. на западном склоне Урала, в Пермской губернии, в бассейне реки Койвы у Крестовоздвиженских золотых промыслов.
Пермские алмазы признаются самыми высококачественными в России и в мире — это высокосортные ювелирные камни. Хотя они мелкие по сравнению с африканскими или якутскими — самый крупный был всего 2,9 карата, но из-за их малочисленности и хорошей химической чистоты их стоимость больше стоимости якутских.
Вот эта компания и занималась добычей пермских алмазов на территории Пермского края, а помимо этого еще разрабатывала золотоносные пески на Крестовоздвиженских золотых приисках, где помимо золота была и платина.