Верь только сердцу
Шрифт:
Лицо Амхерста находилось так близко к ее лицу, что Дженет смогла разглядеть высокомерный изгиб губ и удивительно темные точки щетины на светлой коже подбородка. Капитан был выше ее ростом, и Дженет ощутила на лбу его теплое дыхание. Коул навис над ней тяжелой глыбой. Дженет почувствовала запах мужского пота, смешанный с тонким ароматом мыла. А пальцы, сжимавшие ее руку, были очень сильные и немного шершавые.
Глубокая дрожь пробежала по телу Дженет, однако она не могла точно сказать, что ее вызвало: страх или внезапная страсть. Амхерст еще ближе склонился к ней. Его полные, чувственные губы были сейчас плотно
– Если вы считаете меня опасным, леди Мерсер, – произнес он тихим, но пугающим голосом, – то вам не следовало бы поворачиваться ко мне спиной. И еще, если ваших детей необходимо обучить манерам поведения в гостиной – а насколько я понимаю, им это действительно требуется, – то я с удовольствием включу эту дисциплину в программу обучения.
Дженет не отодвинулась от него ни на йоту.
– Послушайте, капитан, – тихо сказала она, глядя ему прямо в глаза, – вы стоите ко мне почти вплотную, так что сторонний наблюдатель может вообразить, что вы пытаетесь меня соблазнить. – К своей досаде, Дженет почувствовала жгучее желание целовать и целовать напрягшиеся губы капитана, пока они не расслабятся и не сольются с ее губами.
На мгновение Амхерст прикрыл глаза темными ресницами, чувствовалось, что ему нелегко сдерживаться. Однако уже через секунду его пальцы крепко сжали руку Дженет, а затем грубо оттолкнули ее.
– Не ошибайтесь на мой счет, мадам! – прорычал капитан, сверкая глазами. – Когда я хочу близости с женщиной, она осведомлена об этом. И делаю я это у себя дома, тогда, когда мне это удобно.
Не успела Дженет возмутиться, как Амхерст стремительно пересек комнату и взял в руки свою кожаную папку.
– И куда вы сейчас намерены отправиться? – самым высокомерным тоном, на который только была способна, поинтересовалась Дженет. Она продолжала стоять у окна, потирая руку в том месте, где ее сжали пальцы капитана.
Уже у двери Амхерст обернулся.
– На поиски вашего дворецкого, мадам. Похоже, с ним иметь дело гораздо проще, чем с вами. Пусть он познакомит меня с моими будущими учениками.
Однако тут дверь распахнулась, и на пороге появился Дональдсон, держа в руках поднос с чаем. Его сопровождала круглолицая пожилая женщина в белом чепце, из-под которого выбивались пряди седых волос.
– Хорошо, что и ты здесь, Нанна, – сказала леди Мерсер, глядя мимо дворецкого на няню. – Прошу тебя, отведи капитана Амхерста в комнату для занятий. И все время оставайся там. – Ногти Дженет впились в ладонь, и она прищурилась, глядя в спину Амхерсту, выходившему из гостиной.
Дональдсон ощутил напряжение, повисшее в комнате, и вопросительно посмотрел на хозяйку.
– Чарлз, пошлите кого-нибудь на Боу-стрит с запиской для Пирсона, – приказала Дженет, стараясь говорить спокойно. – Полагаю, мы должны узнать все возможное о капитане Коуле Амхерсте. Я хочу знать, где он бывает, где стирают и крахмалят его рубашки, где он спит и, – Дженет замялась на секунду, – с кем он спит.
– Я понял, миледи. И может, на всякий случай приставить к нему человека?
Дженет резко кивнула:
– Хорошая мысль. И еще... Отправьте, пожалуйста, посыльного к лорду Делакорту. Попросите его прийти на ужин, если сможет. И скажите ему... просто скажите, что мне срочно требуется его мудрый совет.
Глава 3
В
Все еще находясь под впечатлением от своего нелегкого разговора с леди Мерсер, Коул оказался в прихожей с женщиной, о которой знал только то, что ее зовут Нанна. На женщине было темно-серое платье с белым накрахмаленным воротником и манжетами. Взгляды, которые она бросала на Коула, вряд ли можно было назвать дружелюбными. На самом деле ее маленькие темные глазки в сети морщин смотрели на него с обидой.
Коул слегка поклонился ей и протянул руку:
– Здравствуйте, миссис...
– Нанна, – коротко бросила женщина и уперлась кулаками в широкие бока.
– Очень хорошо, значит, миссис Нанна. – Коул убрал протянутую руку. – А вы можете называть меня капитан Коул.
– Вы очень умный, да? – Нанна оглядела его с головы до ног.
Он невольно улыбнулся:
– Надеюсь, мадам, что у меня есть кое-какой ум, если уж я буду обучать мальчиков.
Нанна бросила на Коула еще один внимательный взгляд, пожала плечами, повернулась и с удивительным проворством направилась к лестнице.
– Чтобы совладать с этими сорванцами, вам понадобятся не только мозги, сэр. Что ж, следуйте за мной, коли хозяйка не смогла от вас избавиться. – Поднимаясь по лестнице, Нанна так энергично покачала головой, что из-под чепца выбилась еще одна прядь седых волос. – Не знаю, с какой целью вас прислал лорд Джеймс, но уверена, что меня хозяйка все равно не уволит. Ее светлость и сама способна справиться с детьми, а лорда Джеймса никто не просил совать свой нос туда, где не нуждаются в его помощи. От него и его братца у ее светлости всегда были только одни неприятности.
Нанна завершила свой монолог, когда они преодолели два лестничных пролета. За это время она дважды останавливалась, чтобы перевести дыхание, и все же продолжала тяжело отдуваться, пока они не дошли до двери классной комнаты. Тут Нанна снова уперлась кулаками в бока.
– И еще кое-что, сэр! Ребята – большие проказники, я обязана уведомить вас об этом. Но они хорошие мальчики, оба, правда, чересчур умные. Конечно, плохо, что они растут без надлежащего воспитания. Надеюсь, вы и лорд Джеймс знаете, что делаете. А теперь идите в класс, садитесь и ждите, пока я сумею разыскать этих маленьких негодников и привести их сюда. – С этими словами Нанна распахнула дверь классной комнаты и посторонилась, пропуская Коула.
Коул вошел в пустую, комнату. Его шаги по голому деревянному полу отдавались гулким эхом. Он закрыл за собой дверь и прислонился к ней спиной. Боже мой! Эта леди Мерсер оказалась еще хуже, чем он себе представлял. Ей удалось вывести его из себя. А это никуда не годится. Коул закрыл глаза, стараясь взять себя в руки и успокоить бушевавшую внутри ярость, которая мешала ему объективно оценить положение. Как это непохоже на него – совершенно утратить контроль над собой. И что еще более странно, он возжелал женщину, которая ему не нравилась. Совершенно дурацкое положение. А как необычайно дерзко она себя вела! Настоящая леди никогда бы не посмела высказывать вслух подобные мысли, никогда бы не стала в открытую упоминать о порочащих ее слухах. И уж точно, настоящая леди не стала бы так стремительно, что развевалась ее юбка, расхаживать по комнате, сверкая глазами.