Верь только сердцу

Карлайл Лиз

Коул закрыл за собой дверь гардеробной, и комната погрузилась в темноту. Теплые губы Дженет потянулись ко рту Коула, а он ее обнял и прижал к груди.

– Дорогой, – прошептала Дженет, – ты обещал, что мы будем любить друг друга в каждой комнате Элмвуда?

– Да...

– Так вот, эту мы пропустили.

– Неужели? – Коул понял, что

задумала Дженет, и было ясно, что спорить с ней бесполезно. Разумеется, было чистым безрассудством заниматься любовью средь бела дня, но Коул уже давно перестал искать какую-то целесообразность в поступках Дженет. И в конце концов, он ведь действительно обещал, что они займутся любовью в каждой комнате Элмвуда. Однако внезапно в сознании Коула прозвучал тревожный колокольчик. Он попытался без особого успеха отстранить жену.

– Дорогая, а как же ребенок? – прошептал Коул.

– Она спит, – пробормотала Дженет, целуя мужа в шею. Коул покачал головой:

– Я говорю не про Арабеллу. – Он ласково погладил живот Дженет. – Я про этого ребенка.

Она тихонько рассмеялась и потащила мужа к стоявшему в углу креслу.

Коул подумал, что сейчас умрет от наслаждения. Такая мысль приходила в голову ему всякий раз, когда он занимался любовью с Дженет.

В эту минуту раздался стук в дверь.

Коул замер. В гардеробной было темно, и только из-под двери в спальню Дженет пробивалась полоска света.

– Где мальчики? – прошептала она.

– На улице, – тоже шепотом ответил Коул. За дверью послышались тяжелые шаги.

– Миледи! – раздался голос Дональдсона, неуверенный, но настойчивый. – Миледи, вы здесь? Прошу простить за беспокойство, но его светлость ждет внизу.

– Ох, Господи, ну и что? – пробормотала Дженет достаточно громко, чтобы дворецкий мог ее услышать.

– Он в плохом настроении, – сообщил Дональдсон после секундного замешательства. – И слегка навеселе.

Дженет раздраженно повела плечами. В первый год их брака Делакорт часто позволял себе разные выходки, и

терпение Дженет, его старшей сестры, подходило к концу.

Хотя высший свет и снял с Дженет обвинение в убийстве, ее стали считать виновницей несчастной любви Делакорта. Причину выходок виконта видели в унижении, которое он испытал, когда леди Мерсер предпочла ему простого кавалерийского офицера.

– Миледи! – жалобным голосом напомнил о себе Дональдсон.

– Ну что ему нужно?

– Он говорит, что у него срочное дело к преподобному Амхерсту... это его слова, мадам... его светлость требует священника и очень нервничает.

В бесцеремонности Делакорта Коул не видел ничего странного. Тот всегда отличался подобным поведением. Его визиты неизбежно предвещали какую-либо неприятность. Однако сейчас виконту требовалось сочувствие, и это выглядело совершенно необычным. И, кроме того, в этот раз он приехал не к сестре...

– Ну ладно, Чарли! – с раздражением крикнула Дженет. С сожалением вздохнув, она начала медленно подниматься с чресел мужа.

Но Коул, застонав, ухватил жену за талию и потянул вниз. Черт побери, в конце концов Делакорт может и подождать. Дженет крепко сжимала бедрами его возбужденную плоть, то опускаясь вниз, то опять поднимаясь, и Коулу никак не хотелось лишать себя такого удовольствия.

– Миледи! – опять жалобно воззвал Дональдсон. – Ну что мне делать с его светлостью?

– Да скажи ему, чтобы шел к чертовой...

– ...в гостиную, – поправил Коул, зажимая ладонью рот Дженет. – Передай его светлости, что мадам просит его пройти в гостиную, – повторил он, продолжая ласкать полную грудь жены, сидевшей у него на коленях. – Передай ему... я приду к нему... скоро!

– Вы сказали... скоро? – переспросил Дональдсон.

– Очень скоро! – подтвердил Коул, предаваясь безумной страсти. С каждой секундой он все больше и больше любил сестру лорда Делакорта.