Верь мне!
Шрифт:
Луизита положила сытого засыпающего Адама в колыбель и начала собираться к отъезду. Когда она пересматривала привезенные ею вещи, она отложила те, что предназначались Саре, и отдала их молодой женщине.
— Как далеко до Сан-Руиса? — Луизита слышала нарастающий шум мотора.
— Недалеко. Ближе всего по берегу озера.
Нак сложила подаренные ей вещи на полку и, достав широкую красную хлопчатобумажную шаль, преподнесла ее Луизите как ответный подарок.
Луизита поблагодарила молодую женщину и выглянула на улицу, слыша, что машина уже совсем
Он бросил на Луизиту тяжелый взгляд, а потом подошел к колыбели.
— Это он?
Луизита закрыла телом колыбель с ребенком.
— Он — отец ребенка, — объяснил ей Бол.
— Руфино? — смешанное чувство злости и горечи пронзило ее. Теперь, когда прошло столько времени, Руфино вдруг вздумал вернуться?
— Ну я — Руфино, что дальше? — наглый голос наполнил все помещение маленькой хижины.
— Сара была моей сестрой, — Луизита говорила, сдерживая досаду. Если Руфино вернулся, это было, конечно, знаком благоволения к ней богов, которым она молилась за него. И все-таки Луизита была в ярости за то, что он покинул Сару. Но, может быть, у него есть серьезные оправдания.
— Сара — мертва, — продолжала она натянутым тоном. — Она все время ждала тебя.
— Парень мне все сказал, — резко оборвал тот. — Четыре дня назад. Мне жаль, но я был далеко.
Он осмотрелся в хижине и увидел открытый чемодан.
— Мне опасно здесь долго задерживаться и болтать с вами некогда. Мы должны ехать. Я все объясню по дороге.
— Опасно? — голос Луизиты дрогнул, сон не обманул ее. — Почему? Что случилось?
— У меня нет времени, — повторил он. — Я заехал за своим сыном. Если ты хочешь ехать со мной, то едем сейчас же.
Он сделал движение в сторону ребенка, но она остановила его.
— Но прежде ты скажешь, что все-таки случилось! — твердо потребовала Луизита.
— Два парня охотятся за мной, — проговорил он. — Я ничего им не сделал, но если они меня схватят, мне не сдобровать. В общем, это слишком долго объяснять, — он опять двинулся к ребенку. — Я приехал за Сарой. Если Сара умерла, значит, я заберу ребенка.
Упоминание о двух парнях подстегнуло ее.
— Я сама понесу малыша, — она быстро собралась, закутавшись в красную шаль. — Ты передашь своему отцу, что я уехала? — обратилась она к Нак, которая озабоченно и смущенно кивнула.
События развивались слишком стремительно для ее восприятия. И, однако, она догадалась завернуть свежие лепешки в холстину и сунуть их в чемодан.
— Вы скоро проголодаетесь, — с беспокойством сказала она: серьезные дела не решаются так внезапно. Ее отец, старейшина, будет в обиде, что с ним не простились.
Скоро Луизита была готова. Когда она укладывала младенца в завязанную на ней крест-накрест шаль, он проснулся,
Она захватила свою кошелку и направилась к машине, Бол нес ее чемодан, который поместил затем в багажник седана. Нак с обеспокоенным взволнованным лицом стояла на пороге хижины. Двигатель заработал, Луизита помахала на прощанье по американскому обычаю рукой и села в автомобиль вместе с малышом. Бол закрыл дверь хижины, и седан, сорвавшись с места, запетлял по разбитой и мокрой дороге.
Через несколько минут водитель наклонился и перекрыл замок ее дверцы. Луизита с ужасом поняла, что сделала непоправимую ошибку. Боясь пошевелиться, она прижала свою кошелку к груди, как бы защищая младенца.
— Не надо так быстро ехать, — попросила она упавшим голосом. — Это опасно для маленького.
Он пожал плечами и немного сбросил скорость.
— Как тебя зовут? — бросил он взгляд на нее.
— Луизита.
Это подтвердило ее подозрения, что рядом с ней вовсе не Руфино. Муж Сары наверняка знает ее имя. Она пыталась не потерять самообладания от страха.
— Куда мы едем? — спросила она.
— Здесь недалеко. Я подберу своего приятеля. А потом мы поговорим.
— Луизита кивнула, и ее мозг бешено заработал в поисках выхода. На дне кошелки, которую она держала в руках, прощупывался пистолет. Но это всего лишь не более как вопрос времени, когда парень, обыскав ее, найдет оружие. И деньги. А тогда уже все кончено. Она застыла в оцепенении.
Через несколько минут Паоло замедлил ход седана, минуя огромные вымытые водой рытвины на дороге. В пятидесяти ярдах Луизита увидела джип, стоящий на обочине с включенным двигателем. Ее сердце упало, когда на дорогу вышел парень с лицом, похожим на крысиную мордочку. Паоло плавно остановил седан и разблокировал дверцы.
— Выходи, — сказал он. — Это и есть мой приятель.
Все еще прижимая кошелку к себе, Луизита осторожно выбралась из машины вместе с ребенком, завязанным в шаль на ее груди.
Альберто метнулся к седану и, вытащив чемодан Луизиты, бросил его на заднее сиденье джипа.
— Дальше мы отправимся вот на этой машине, — распорядился он.
В отчаянье Луизита засунула руку себе за пазуху и растормошила спящего ребенка. Адам тоненько заплакал со сна. Она потрясла его еще раз, и он, громко пискнув, разразился обиженным плачем.
Альберто резко обернулся.
— Ребенок? На кой черт нам ребенок, Паоло?
— Сейчас узнаешь, — Паоло дернул Луизиту за рукав. — В чем дело? — зло спросил он, заметив, что она нарочно разбудила младенца.
— Он хочет есть, — еле ворочая языком, сказала она, благодаря богов, что вообще сумела произнести хоть слово. — В чемодане есть молоко.
— Ну так накорми его, — бросил Паоло равнодушно.
Луизита устроилась с ребенком на переднем сиденье джипа. Двигатель шумно работал, но ключа зажигания не было видно. Она перетащила чемодан с заднего сиденья на место водителя.