Верь мне!

Реник Джин

Оглянувшись на стеклянную дверь бара, она помахала Марио. Элисон подавила в себе отчаянное желание ворваться в одну из телефонных будок и набрать номер отеля Кита, чтобы снова услышать его голос и объяснить, наконец, свои планы и намерения. Но она, глубоко страдая, была уже готова к этой потере, все еще тоскуя по нем, чувствуя потребность в его поддержке и участии. Разговор с Джейком решил массу проблем, но только не эту. Не проблему, связанную с Зекери Кроссом.

Она расправила плечи и постаралась взять себя в руки. Она известила о себе Джейка. Сигнал

«сос» был послан во внешний мир. И теперь Элисон, осторожно маневрируя между пассажирами, чтобы не задеть корзину с ребенком, продвигалась по направлению к иммиграционной службе и выходу на посадку. Если ей суждено быть арестованной, то это случится именно сейчас. Она отогнала от себя тревожные мысли и решительно зашагала вперед.

Капитан Томасон повесил трубку и обернулся к ершистому Зекери Кроссу.

— Сожалею, мистер Кросс. Даже принимая во внимание все ваши объяснения, я не нашел подтверждения вашим показаниям в материалах дела. Вы прекрасно знаете, что следствие продолжается, и это неизбежно. Если дело обстоит так, как вы сказали, мисс позволят уехать, как только будут твердые доказательства ее непричастности к преступлению. И как офицер полиции вы прекрасно знаете, что мой звонок в службу безопасности аэропорта был необходимой мерой предосторожности.

— Я все понимаю, но теперь-то, когда вы приняли эти меры предосторожности, вы можете связаться по телефону с полицией Гватемалы, чтобы идентифицировать найденный труп? Перес говорил, что это местный торговец наркотиками. Достаточно и пяти минут, чтобы опознать этого субъекта.

Если ее арестовали, он должен быть рядом, чтобы позаботиться о ней. Поэтому через час он отправится от гостиницы миссис Рейз на самолете Сезара Котура в Белиз-Сити и наведет о ней справки.

Зазвонил телефон. Томасон снял трубку, он долго слушал и молча что-то записывал в свой блокнот. Зекери, не находя себе места, ходил взад и вперед по комнате, пока Томасон не повесил трубку.

— Власти Гватемалы провели опознание трупа. Вы были правы, его имя — Паоло Метан, вор и торговец наркотиками в Сан-Руисе. Смерть наступила от удара головой о камни — все совпадает с вашим рассказом об ягуаре. Но его мать предпочитает думать, что он просто утонул, и настаивает на прекращении расследования. Таким образом, все, что касается Гватемалы, улажено.

Прежде чем Зекери мог что-то сказать, опять зазвонил телефон. Томасон выслушал, дал односложный ответ и повесил трубку.

— Звонили из службы безопасности аэропорта. Рейс на Майями отменили, и она зарегистрировалась на рейс до Хьюстона в час тридцать.

Но единственное, что Зекери хотел знать в этот момент: Элисон и ребенок живы и здоровы. Он горячился, не имея возможности опереться на авторитетное подтверждение своей правоты.

— А что известно о Жорже Каюме? Он мог уйти на несколько недель. Где этот Йашчилан? Может быть, вам стоит слетать туда и поговорить со старейшиной?

— Это не город, а всего лишь комплекс руин. Я не знаю, сколько времени займет его путешествие туда. Даже

если бы я и отправился на эти руины, нет никаких оснований полагать, что я застал бы его там. Я боюсь, вам следует все же подождать, пока он вернется домой. Даже если бы ситуация с ребенком была улажена — а это далеко не так! — остается еще дело об исчезновении археологического памятника.

Зекери остановился посреди комнаты и взглянул в лицо капитану.

— Вы обыскали все номера и всех живущих в отеле и ничего не нашли. А что произойдет, если Райдер не найдет пропажу и в общежитии обслуживающего персонала?

— Тогда я сделаю вывод, что, возможно, мисс Шрив взяла окарину с собой.

— Я тоже под подозрением?

— Думаю, что нет.

— Так как полиция Гватемалы больше не расследует дело о смерти Паоло Метана, я не нужен вам как свидетель.

— Это так, — Томасон видел, куда клонит Зекери, — но вы выступаете в качестве свидетеля по делу о смерти Луизиты Чан.

— Она умерла в Гватемале, не входит ли это расследование в круг обязанностей Гватемальских властей?

Зекери старался побыстрее закончить разговор с капитаном, чтобы успеть на самолет, а там хоть трава не расти!

— Но она была все же и гражданкой Белиза!

— У вас есть мои показания о том, что Жорже Каюм в моем присутствии передал Элисон права на ребенка.

— Правильно.

— Итак, пока у вас не возникнет особых причин для моего задержания, могу я вернуться в США?

Капитан вздохнул.

— Вы знаете, где она?

— Я бы хотел это знать, но, к сожалению, не знаю, — горячо ответил Зекери. — Вы не возражаете…

Он встал и протянул Томасону руку, которую тот пожал на прощание.

— Очевидно, она вам очень дорога. Я надеюсь, что это расследование не нанесет ущерба вашим отношениям. Я должен арестовать ее, потому что она не подчинилась требованию отдать ребенка, а если она к тому же украла древнюю окарину, мы будем преследовать ее в судебном порядке.

В кухню тихо вошла Ив. Том Райдер, сдерживая бешенство, стоял рядом с ней.

— Она не брала окарину. Это я взяла ее, — произнесла Ив с трудом.

Капитан Томасон пристально взглянул на девушку. Ив была бледна и напряжена до предела.

— Присядьте, пожалуйста, мисс. Вам предстоит объясниться.

— Она говорит, что у нее нет окарины, — бросил Райдер сердито. — Она передала ее мисс Элисон Шрив как раз в тот момент, когда та убегала из отеля!

Профессор был вне себя.

Томасон жестом успокоил негодующего Райдера и обратился к злосчастной ассистентке.

— Расскажите мне все по порядку, мисс.

Ив Келси была одновременно настроена вызывающе и угнетена.

— Я знала, что она у профессора. Я знала, что он не оставил ее в сейфе Белиз-Сити. Он всегда так поступает — прячет лучшие находки в своей комнате и работает с ними по ночам. Так он делал весь прошлый год… Я вскрыла коробки, пока он пил кофе.

Зекери взглянул на часы: десять сорок. Самолет вылетает в одиннадцать тридцать. У него времени в обрез.