Верь мне!

Реник Джин

— Подождите, пожалуйста, здесь, — сказал служащий с легкой улыбкой и указал ей на стул в маленьком квадратном кабинетике. — Я вернусь через пару минут.

Элисон начала ходить из угла в угол. Адам заворочался, ему стало жарко под голубой шалью. Она отдала ему остатки молока из открытой банки. Прошло уже полчаса, когда агент иммиграционной службы вернулся в кабинет в сопровождении другого чиновника. Элисон рассвирепела. Ребенок не спал, беспокойно хныкая.

Второй чиновник повторил, как попугай, слова первого.

— Необходимо, чтобы вы предъявили

документы на ребенка.

— У меня нет на него документов, — она решила идти напролом. — Все, что я хочу, это вылететь в Чикаго, и если вы мне скажете, как уладить это дело, я буду счастлива сделать все, что смогу.

Наконец, чиновники заулыбались.

Внезапно ее осенило. Мордита! Фрида шепнула ей это слово. Элисон поняла — не «мордита», а «мордида», что по-испански значит «взятка». Они вымогают у нее деньги! Ее привели сюда в уединенный кабинет, чтобы заключить сделку без свидетелей.

Ну нет! Она ни за что не отдаст им деньги Луизиты. Ни цента. Она швырнула рюкзак на письменный стол и вытащила оттуда свой кошелек. Демонстративно вытряхнув всю мелочь на стол, она пересчитала ее.

— Вот ваш гонорар, — сказала она с горькой усмешкой. — Думаю, там не больше пятидесяти восьми долларов и, как вы видите, это все, что у меня есть. А если я по вашей милости пропущу рейс, я вынуждена буду предъявить претензии где-нибудь в другом месте.

Второй чиновник извинился и ушел.

Служащий иммиграционной службы был раздосадован. Приезжающие в Мексику американцы имеют обычно больше денег. Ему просто не повезло, что он напоролся на бедную. Он положил в карман пятьдесят долларов, а восемь сердито вернул. Потом он стремительно направился назад к своему кабинету, поставил штамп в паспорт и протянул его Элисон, нетерпеливо распахнув дверь навстречу другим туристам.

Элисон сардонически усмехнулась.

— Если въезд стоил мне пятьдесят долларов, то скажите сразу, сколько будет стоить выезд? — она была не в силах сдержать свою ярость: какое наглое вымогательство! — Если больше восьми долларов, то я попрошу вашего коллегу взять недостающие у вас.

При этих словах чиновник забрал у нее паспорт и написал: «Только 24 часа», после чего швырнул его назад. Элисон видела, что разозленный чиновник настроен агрессивно и способен отомстить ей, и предпочла замолчать, чтобы не нарваться на серьезные неприятности.

В корзине вместе с Адамом лежала банка с остатками детского питания. Не отдавая себе отчет, что она делает, Элисон взяла банку и поставила ее на крышку корзины. Когда она подняла корзину, банка соскользнула и липкое белое содержимое пролилось на тщательно начищенный ботинок чиновника.

— О, Боже!..

И она вышла за дверь, чтобы не засмеяться ему в лицо. Он вполне заслужил эту пакость.

Когда таможенник увидел подгузники и банки с питанием, он очень бегло и поверхностно осмотрел ее вещи, и она быстро освободилась. До отправления самолета оставалось всего пятнадцать минут. Элисон решила все-таки позвонить в отель, хотя это было рискованно. Сначала она набрала код

Белиза, наведя о нем предварительные справки, а потом — по памяти — номер телефона отеля Кита. Когда в трубке раздался нервный голос молодого повара, сердце Элисон упало, и она попросила к телефону Зекери.

— Его нет здесь, мисс, — ответил повар.

Взглянув на часы, она быстро сказала:

— А вы не знаете, где он? Можно, я передам ему несколько слов?

— Нет, мисс, он уехал. Он и мисс Ив уехали сегодня утром.

— Понимаю. А когда он вернется?

— Том Райдер говорит, что они не вернутся. Они совсем уехали. И даже не будут сегодня ужинать. Они уехали, мисс.

Зекери и Ив?

Она оцепенело уставилась на свои часы, следя за бессмысленным движением секундной стрелки по циферблату. Почему он уехал вместе с Ив? Она тряхнула головой. На это могла быть масса причин! Прекрати!

— Спасибо, — промолвила она с трудом и медленно нажала на рычаг, давая отбой.

Они уехали вместе.

До отлета самолета оставались считанные минуты, а она не могла сбросить с себя оцепенение. Зекери и Ив. Ив? Но почему! Это же так бессмысленно!

28

Самолет мягко коснулся земли. Пассажиры рейса 227 благополучно приземлились на комфортабельном аэродроме в О'Хара. Элисон подхватила свой рюкзак и взяла корзину. Подойдя к выходу из самолета, она почувствовала поток холодного воздуха и укрыла малыша шалью. Зекери и Ив. Эта мысль преследовала ее в течение всего часового полета, от нее невозможно было отделаться. Адам спал, уютно развалившись в своей импровизированной кроватке.

Сегодняшний сумасшедший день давал о себе знать, Элисон страстно хотела отдохнуть и ждала, когда же кончится это выматывающее силы — напряжение. Ей было трудно сосредоточиться. Джейк, должно быть, где-то здесь. Ей необходимо собраться в последний раз, пока он не встретит ее, и тогда уже она сможет отключиться и полностью положиться на Джейка.

Она перевела часы на местное время: пять двадцать. Покачивая корзину с Адамом, Элисон ждала своей очереди для прохождения таможенного и иммиграционного контроля теперь уже в своей собственной стране, стоя в длинном проходе с кожаными поручнями по обеим сторонам. Все пассажиры вокруг нее были нагружены плетеными циновками, сомбреро, огромными бумажными цветами, индейскими масками из папье-маше, — словом, дешевыми мексиканскими сувенирами.

Она устала от всего этого и ждала, когда все кончится. Если они спросят о гражданстве ребенка, то, по крайней мере, она — дома, в США, и если они захотят забрать у нее Адама, пусть, черт возьми, забирают и ее.

А если они заинтересуются ее правами на ребенка, они, без сомнения, обыщут также и рюкзак и, наконец, найдут окарину, а потом и тайник с деньгами Луизиты. Но Джейк где-то рядом. Он сможет помочь ей в случае, если петля начнет затягиваться. Она продвинулась вперед, когда женщине с двумя подростками разрешено было покинуть место досмотра.