Верь мне
Шрифт:
Я отстраняюсь и отпускаю ее волосы, чтобы суметь обхватить щеку ладонью. Я скольжу большим пальцем по губам Саши, и она по-настоящему стонет, а когда я пытаюсь протолкнуть подушечку пальца по ее губам в рот, она открывает их для меня. Святой Боже.
Я пялюсь на нее сверху, а она смотрит на меня снизу. Капельки с моих волос спадают на ее лицо, но она стоит абсолютно неподвижно.
— Я хочу пригласить вас на свидание сегодня, мисс Черлин. — Она сглатывает, когда я называю ее настоящим именем. — Я не принимаю «нет» за ответ. Так что заберу тебя в восемь. — Затем я снова ее целую, в
Достигая самой нижней, оборачиваюсь.
— Эй, — зову ее я. Она так и стоит, прижатая спиной к стене с открытым после поцелуя ртом. Вид ее, застигнутой врасплох мною, заставляет меня улыбнуться.
— Что? — шепчет она, ее рука тянется к сердцу.
Я поднимаю обе руки вверх, разворачивая их ладонями к ней, и смеюсь.
— У меня все еще десять пальцев, киллер. Кажется, будто ты проиграла свою игру, — затем я избавляюсь от улыбки, и строго смотрю на нее, что заставляет ее лицо скривиться. — Если мы нанимаем тебя помочь нам, ты захочешь отыграться, понимаешь?
Я не жду ответа, просто разворачиваюсь и ухожу. Оказавшись вне поля ее зрения, выхожу из здания. На улице все еще льет, но единственная влажная вещь, что у меня на уме сейчас, это рот этой девчонки.
Глава 6
Саша
— Что это за х…
Этот придурок. Он уходит прежде, чем мне удается закончить предложение.
Заберет меня в восемь. Работа на них. Говнюк.
— Эй, Саша. — Майк, мой коллега по офису обращается ко мне, поднимаясь по лестнице. Он останавливается на площадке передо мной. — Что ты делаешь?
Выдыхаю и бурчу:
— Ничего.
— Ты в порядке? У тебя голос расстроенный. И лицо все мокрое. Ты не использовала зонтик? — Он смотрит на него на полу. — Ты никогда не выглядишь расстроенной. Так что мир, наверное, перевернулся с ног на голову сейчас.
Изображаю подобие улыбки.
— У меня все хорошо, всего лишь думаю о сегодняшних устных экзаменах. Ну, а ты как? Подготовился к ним?
— Я сдал свои вчера.
— Что?
— Ага, меня не будет в городе на зимние каникулы — еду повидать семью в Европе — так что мне позволили сдать их раньше.
Я подхватываю зонтик, и мы начинаем подниматься по лестнице в наш офис на самом верхнем этаже.
— И как все прошло?
— Сдал, — улыбается он. Майк — среднестатистический парень во всем, кроме одного: улыбки. У него она милая, и мне повезло делить офис на протяжении двух лет с таким оптимистичным человеком. — Поэтому я проведу весь следующий семестр в качестве интерна у профессора Линг в Монтане.
— Это невероятно! — с энтузиазмом отвечаю я, но готова взорваться от зависти. Я хотела эту интернатуру. Мне казалось, она у меня в кармане.
— Ты же не злишься на меня, так? Что я получил ее?
— Да нет, — говорю я, хлопая его по плечу, как и делают друзья. — Правда, поздравляю. Ты заслуживаешь это.
— Спасибо. Я знаю, что ты тоже хороша. Наверное, все борются за то большое место раскопок в штате Юта.
Мы достигли двери офиса, и я бросила сумку на свой письменный
— Ага, можно понадеяться, — я улыбаюсь ему, а затем звонит его телефон и лицо Майка озаряется улыбкой. Должно быть, его девушка. Он выходит из офиса, весело болтая о своем многообещающем будущем.
Я падаю в свое захудалое кресло, и меня окатывает отчаянием.
Но затем я вспоминаю агента Джекса, и моя злость возвращается. Он поцеловал меня! Сказал, что мы идем сегодня на свидание! Сказал, я проиграла!
Я еще играю, черт его дери. У меня игр больше, чем у любого другого. Я как игрок-профессионал. Только я оставила свои игры давным-давно. Та игра закончилась, а эта началась. Я в новой игре.
Единственная проблема с этой новой игрой, это то, что я не вип-игрок. Паршиво признавать это, но аспирантура — не легкое дело, хотя по словам мамы наоборот. Она получила магистра психологии. В другой стране, ради всего святого. Говоря на абсолютно другом языке. Но я здесь, в США, говорю на английском, и все, что я делаю, кажется заурядным.
Я вздыхаю. Такой была моя жизнь на протяжении двух лет. Мне нравится преподавать. Нравится копаться на местах раскопок, на которые я ездила летом и на каникулах. Но у меня нет места для интернатуры на эти каникулы. По факту, это будет первый год за очень долгое время, когда я не буду занята чем-то на Рождество. Обычно, я ездила со своими родителями в Новую Зеландию, и мы оставались там на пару недель, если не было других планов по учебе.
А теперь у меня нет ничего. Потому что они не собираются в Новую Зеландию в этом году. Шоу, которое продюссировал мой отец, закончилось прошлой весной. Они даже не останутся дома, так что я не могу поехать к ним. Они забирают моего гениального маленького братика, Файва, смотреть колледжи. Ему десять. Десять, мать вашу. И он получит степень по философии быстрее, чем, кажется, получу я.
— Уф, — я захожу в свой преподавательский аккаунт и начинаю проверять сообщения.
Профессор Браун хочет видеть меня в своем офисе в три часа. Наверное, чтобы взбодрить меня перед экзаменами. Кроме этого, входящих больше нет. Последние экзамены выпускников закончились на прошлой неделе, так что кампус почти вымер. Остались только мы, скромные аспиранты и аналитики.
Я занимаю себя подсчетом итоговых оценок для своего класса. Майк возвращается и делает то же самое, прерываясь на много, много, много раздражающих звонков от сокурсников и членов кафедры, которые поздравляют его с успехом. Я рада за него. Он абсолютный ботаник-антрополог. Он правда заслуживает всего этого.
Но я завидую. Не могу ничего с этим поделать. Я заучка. Мне нравится антропология. А динозавры нравятся еще больше. Но нельзя получить магистра только за динозавров. Это была настоящая катастрофа, когда я узнала об этом. Именно поэтому я взяла практический курс по инженерной геологии. Я поняла, что он весьма красиво будет смотреться в резюме. Особенно с пометкой школы горнорудного дела.