Венера
Шрифт:
— Не понимаю, о чем ты, мы ведь только познакомились. Я старалась быть вежливой с ним, вроде получилось, правда? — ответила я, а сама широко улыбалась и не могла остановиться.
Смотрел? Правда? И вот как самой себе объяснить эту реакцию на него? В свои девятнадцать я не могла похвастаться какого-либо рода отношениями. Не потому, что меня это не интересовало или не было времени, нет. Просто, вспоминая своего отца, который на руках носил меня, для которого я — его семья — была самым ценным даром на свете, я задавала высокую планку и понимала это.
Но ведь Марк
Мы стояли рядом со стартом, когда две машины подъехали к разделительной полосе.
Первая машина синего цвета с двумя широкими белыми полосами посередине, красивый гоночный американец.
Вторая не просто машина. Зверь. Самый настоящий. Блестящий, агрессивный, черный красавец BMW, из окна которого вылез Марк.
— Прыгай ко мне, Венера, — крикнул в мою сторону парень.
Что? Гонять? На этом звере? Да с удовольствием!
— Пристегнись, Птичка, — Марк нагнулся ко мне, чтобы потянуть и вставить ремень в замок. Он был так близко, что мне пришлось вжаться в сидение, — теперь ты никуда от меня не сбежишь, — прошептал парень, его взгляд медленно опустился с моих глаз на губы, от чего резко захотелось облизать их.
Отвлёк нас водитель соседней машины, незнакомый мне парень, он начал сигналить и требовать начало гонки. Марк повернулся в его сторону и что-то показал, от чего тот громко заржал. Огромная и улюлюкающая толпа отошла чуть назад, и к машинам вышла Барби в коротенькой юбочке и такой же короткой майке, с флагом в руках, чтобы дать старт заезду. От меня не укрылся её взгляд, она смотрела на меня так, будто пыталась сжечь заживо.
Марк сделал музыку громче, из динамиков играли “Fall Out Boy” с песней “I Don't Саге”. Хотя вкусы у нас совпадали, и, казалось бы, любимая музыка должна была успокоить меня, но моё сердце сделало сальто, упало и разбилось об осколки нервов. Я старалась не нервничать, но разве это возможно сделать рядом с таким парнем? Внутри меня будто что-то горело, и этот пожар разгорался всё сильнее и сильнее.
— На старт! — Марк положил обе руки сверху на руль, мне открылся прекрасный вид на его мышцы, которые выглядывали из-под рукавов футболки.
— Внимание! — обе машины газанули, чтобы подзадорить толпу. Марк повернул ко мне лицо и лукаво улыбнулся. — Поехали, Птичка.
— Марш! — обе тачки сорвались с места, промчались мимо Барби, подняв облако пыли на радость толпе.
Музыка полностью заполнила салон, и я уперлась в панель перед собой руками так, что моя спина глубже вжалась в сидение. Чёрт, до чего же мощная машина, не зря я назвала её зверем, она полностью оправдывает себя. Источает мощь, тёмная, хищная, чертовски сексуальная. Меня так завлекло это состязание, что возбуждение, разгоревшееся раньше от вида парня, смешалось с волной адреналина. Это была жгучая смесь.
Оба парня ехали практически вровень, лишь иногда кто-то из них начинал
В конце трассы был крутой разворот, и машины должны были преодолеть весь этот путь обратно. Как раз после этого маневра Марк резко рванул вперед так, что меня припечатало к спинке сидения, это напомнило мне взлет самолета. В это время наш соперник пытался выровняться после заноса, что заставило его помедлить, и уже было понятно, ему нас не догнать. Под радостные возгласы и свист толпы мы пересекли финишную прямую.
Я откинула голову на подголовник, мой пульс до сих пор не мог успокоиться, и я чувствовала себя полной жизни.
Марк наклонился ко мне и провел пальцами по моим волосам, заправив их за ухо. Мышцы напряглись, он вторгся в невидимые границы моего личного пространства, от чего я неосознанно затаила дыхание.
Он смотрел мне в глаза, будто гипнотизируя и успокаивая меня. Мои нервы искрили, будто оголенные провода. Его прикосновения в сочетании с пронизывающим, туманным взглядом только еще больше раззадорили пульсирующее желание глубоко внутри.
И в этот момент Марк накрыл своими губами мои. От неожиданности я открыла рот, чем он и воспользовался, чтобы углубить поцелуй. Жадные, настойчивые и в тоже время мягкие губы будто пробовали меня на вкус. Я не заметила, как сама ответила на поцелуй, опустила руку ему на затылок и притянула еще ближе к себе.
Не знаю, сколько бы продолжалось всё это, но по крыше машины начала стучать толпа и, опомнившись, мы поняли, что находимся все еще на финише. Марк отстранился от меня, в то время как я вся красная, как помидор, пыталась привести себя в порядок.
— Какая же ты красивая, моя маленькая Птичка, — пробормотал парень. Провел пальцем по моим губам, затем резко развернулся и открыл дверь. Восторженные возгласы ворвались в салон, а я продолжала сидеть и думать о том, что сегодняшняя гонка стала самым захватывающим событием в моей жизни.
Глава 2
Я лежала в постели и размышляла о том, что же сегодня все-таки произошло. Образ Марка определенно толкал на грёзы, и поэтому страшно становилось вдвойне.
Из-за отсутствия личной жизни и неопытности я была не в состоянии справиться со своими мыслями. Я знала этого парня всего один день, и этого дня хватило для того, чтобы начать чувствовать трепет в своей груди от одной только мысли о нём.
Как оказалось, у моих чувствительных губ прекрасная память, и, едва прикоснувшись к ним пальцами, я ощутила заново тот безбашенный поцелуй, а та единственная фраза, которую он сказал мне перед тем как уйти: “Какая ты красивая…”, — постоянно отзывалась у меня в голове.